В стане царила деловая суета, и на наше появление почти не обратили внимания. Шатер воеводы – кстати, трофейный – был в лагере единственным, остальные воины довольствовались шалашами, так что дорогу было найти не сложно, но провожатый все равно довел нас до самого места. Может, он нам по статусу положен?
Внутри шатра нас ждали Анар, Вейг и Свиор. Им я и доложил о результатах рейда, а потом нас наконец накормили горячей едой и отпустили отдыхать.
Следующие несколько дней прошли в ожидании сигнала от оставшихся в тылу у орков разведчиков и возведении оборонительных укреплений на месте будущего сражения. Если, конечно, все пойдет по плану…
Узкая горная долина или, скорее, ущелье, где мы закрепились, была единственной подходящей дорогой, ведущей к двергской крепости, – натуральные Фермопилы. Конечно, существовали и другие проходы, но они не годились для продвижения войск. Да и перекрыть их можно было невеликими силами. К тому же эльфы не любят воевать в горах – это не их родные леса, а значит, будут стремиться дать решающее сражение именно здесь, используя подавляющее преимущество в количестве магов и надеясь одним ударом разбить основные силы двергов. Они даже не подозревали, что среди нас магов не было вообще! С точки зрения местной стратегии такое просто в голове не укладывалось и лишало нас любых шансов на победу. Это уж не говоря о гигантском численном превосходстве эльфов. На нашей стороне была только выгодная позиция… но это только на первый взгляд.
Долгожданный сигнал мы получили на пятый день ожидания – сломалась одна из рунных палочек Свиора. Таких у него было несколько – и столько же у Яри, каждая из них была помечена и имела определенное значение. В данном случае нас извещали, что эльфы купились и крупными силами ударили по не ожидающим такой подляны оркам. Однако оперативно эльфы на войну собрались! А еще через три дня до нас добрался отправленный Яри гонец – он и сообщил подробности.
По донесению разведчиков, эльфы устроили оркам страшную резню. Те в долгу не оставались: немного опомнившись, яростно огрызались и заключали межплеменные союзы, намереваясь расквитаться с длинноухими по полной программе. Группа Яри перехватила парочку гонцов, поэтому информация была из первых рук.
Операция «Прорыв» вступила в следующую фазу. На этот раз по тылам врага, сея хаос и разрушения, должен был прогуляться отряд двергов, не скрывая своего истинного лица. Отряд должен был имитировать попытку прорыва к границе Русского княжества, а заодно попытаться уничтожить еще одну из священных рощ – это дополнение мы внесли чуть ли не в последний момент. Даже если эльфы догадаются, что предыдущий набег был нашей провокацией, этим уже ничего не изменишь: война на два фронта им так и так обеспечена. Да и злее будут, а нам только этого и надо!
Уходило пятьдесят бойцов под началом Вейга. С ними отправился и колдун, а для нас опять потянулись томительные дни ожидания. Уж лучше бы еще раз в рейд сходить, но нельзя. Там и без нас справятся, а здесь я нужен для подготовки радушной встречи врагу как единственный грамотный подрывник.
Еще несколько небольших групп отправлялись чистить окрестности от папоротников-ретрансляторов. На основе доставленного нами образца Свиор изготовил несколько индикаторов-указателей, наподобие того, с помощью которого меня отыскали тролли. Только вместо крови в них использовались части растения. Уничтожать эльфов надо с гарантией, не оставляя им лазейки в виде переноса души в Пущу и последующего воскрешения.
Крепя обороноспособность наших рубежей, дверги перегородили ущелье невысокой каменной стенкой. А теперь вкапывали в землю заостренные колья. Вязали что-то вроде противотанковых ежей, только из дерева. Хорошо бы еще все это дело «колючкой» заплести, но чего нет, того нет. Хотя, наверное, стоит посоветовать им использовать в этом качестве колючие кустарники: палирус, терновник или акацию – они тут растут.
Не линия Маннергейма, конечно, но сойдет. Для эльфийских магов наспех возводимое укрепление помехой не станет – сметут и не заметят, но несколько ударов оно выдержать должно и на какое-то время врага задержит, а большего, надеюсь, и не потребуется.
По верху ущелья, с обеих его сторон, мы разместили катапульты[44]. Часть деталей, вроде зубчатых передач и волосяных канатов, была доставлена сюда на мулах, а несущие конструкции собирали на месте из подручного материала – дерева в округе было достаточно. Конечно, можно было не тащить с собой запчасти, а соорудить прямо здесь требушеты от начала и до конца как наиболее простые в изготовлении и наиболее мощные осадные машины, но уж больно они громоздки и для наших целей не слишком пригодны – нам города не брать.
Наши камнеметы были не столь могучи, а рассчитаны зашвырнуть камень весом в пять килограммов метров на триста-четыреста – этого вполне достаточно. Что роднило их с требушетами, так это только закрепленная на конце рычага праща, увеличивающая мощность катапульты минимум на треть и позволяющая метнуть снаряд почти в два раза дальше против обычной конструкции.
Бьющие, считай, прямой наводкой баллисты хотя и имелись у двергов, но оказались и вовсе не востребованы. Тем более что в условиях противостояния с магами расчет баллисты – это стопроцентные смертники. Другое дело – катапульты, укрытые стенами ущелья: они били навесом и находились вне досягаемости вражьей магии, в то время как сами были пристреляны по ориентирам на дне долины, перекрывая ее целиком.
Оборудуя позиции, дверги устанавливали и маскировали огнеметы. Я с помощью Хорта и нескольких выделенных мне для этой цели двергов вдумчиво минировал само ущелье. В общем, занятие нашлось для всех.
Как-то вечером после очередного трудового дня я решил расспросить Хорта о волколаках.
– А чего там рассказывать, – отмахнулся оборотень. – Нас теперь, считай, и не осталось! – чуть погодя, мрачно добавил он.
– Ну расскажи хоть, как ты в русской армии оказался. Или для оборотней это обычное дело? – продолжал упорствовать я.
Через некоторое время под моим нажимом Хорт все же разговорился.
История волколачьего племени терялась в веках. По легенде, предком и прародителем оборотней являлся некий бог, соблазнившийся смертной красавицей.
В общем, мотив знакомый: практически в любой мифологии встречаются похожие сюжеты. Правда, тут был один существенный момент – передо мной сидел натуральный волк-оборотень. А в межвидовое скрещивание, несмотря на всю здешнюю магию, я не верю. Если бы такое было возможно, на Сиде на каждом шагу попадались бы невероятные гибриды. Нет, тут работает какой-то иной принцип. Может, действительно какой бог отметился? Ну, бог – не бог, а какое-то высшее существо. Одно такое существо – Валара – я имел удовольствие лицезреть лично и даже помог ему покинуть этот мир. Правда, не совсем в том направлении, куда он собирался двинуться изначально. Так почему и другим богам-демонам не быть? И периодически не вносить свою лепту в демографическую ситуацию на Сиде? В общем, для этого мира версия оборотня выглядит вполне приемлемо.
– Может, угадаешь, как звали нашего пращура? – меж тем обратился ко мне волколак.
– Судя по тому, что ты задал этот вопрос, могу предположить, что он был моим тезкой. Я прав?
– Да, Волх. Прав. – Замолчав, оборотень испытующе взглянул мне в глаза.
– Расслабься, Хорт, я к тому Волху не имею никакого отношения. Ты уж поверь, это просто совпадение, – усмехнувшись, я спокойно выдержал его взгляд, не давая волку повода записать меня в родственники.
– Как знать… – пробормотал под нос оборотень, но потом продолжил рассказ.
Кровь бога оказалась сильна, и волколаки смогли расплодиться, беря в жены человеческих женщин, а не вырождаясь от близкородственных связей. При этом последующие поколения не утрачивали способностей к оборотничеству. Правда, это касалось исключительно мальчиков. Девочки рождались, считай, обычными людьми, разве что отличались завидным здоровьем, и никакая хворь их не брала. За что и ценились девицы у соседних народов в качестве жен.
Ни укладом, ни языком от соседних, славянских, племен волколаки особо не отличались. Разве что жили на отшибе да одежды носили мало, имея шокирующую посторонних людей привычку иногда оборачиваться хищным зверем. Ко всему, они славились отличными бойцами и следопытами, что и понятно.
Обитали оборотни в лесах, аккурат на стыке границ княжества Русь, Эльфийской Пущи и двергских владений. Именно в тех самых лесах, которые вместе с частью двергской территории оказались захвачены эльфами, отрезавшими от сородичей небольшую часть двергов-переселенцев, вместе с которыми нам предстояло вскоре принимать бой. Вот такой получался расклад.
– Эльфы вырезали всех, – глухо промолвил Хорт. – Я случайно спасся – в то время со старшими друзьями в княжество отлучался. Двое наших жен себе у казаков присматривать поехали, а остальных для компании прихватили. Вот от всего племени мы семеро только и уцелели. Что нам оставалось делать? Меня, как самого молодого да к тому же грамотного, в пехотное училище уговорили пойти. Я до этого в школу ходил в поселке при русской заставе, – пояснил оборотень. – А шестеро родичей моих сразу в ряды русского войска вступили, простыми солдатами.
– Кстати, Леший – это действительно твоя фамилия или все же кличка? – Опять влез с вопросом я.
Волколак пожал плечами:
– В школе так называли, а когда в училище документы выправляли, потребовалась фамилия, вот я так и назвался. У нас фамилии как-то не в ходу были – такой сын такого-то, и всем все понятно. А когда в княжество ездили, нам в подорожной дополнительно прописывали: из рода волков. – Оборотень усмехнулся. – Так что Волковы мы назывались – всем племенем…
После пехотного училища, дав подпоручика, Хорта распределили в пограничную стражу, где уже служили его соплеменники, люто мстя эльфам за свой народ.
– Почему все-таки Туземный полк, неужели для оборотней лучшего места не нашлось?