Вероника послушно зашла и присела в кресло, краем уха отслеживая, что говорит помощница директора.
– Так значит, она попалась? – В голосе возбужденное предвкушение. – Неужели спустилась в подземелья?
Вероника насторожилась и подалась вперед, пытаясь не пропустить ни слова.
– Как – что делать? Ты ее запер? Ну так иди наверх, учись. Сделай вид, будто ничего не случилось. Дальше мы разберемся сами.
Вероника поймала хищную улыбку на ярких пухлых губах и поспешно отвернулась. Стало страшно. Нормальный человек не может улыбаться так кровожадно. Впрочем, поняв, о ком идет речь, девушка расслабилась.
– Алина попалась? – хищно прищурилась она и довольно заулыбалась, когда Елена Владленовна едва заметно кивнула в ответ.
Потом помощница директора поинтересовалась:
– С чем пожаловала? Говори быстрее, у меня дела.
– А у меня проблемы…
– С этим я полностью согласна, но мы их решим очень быстро.
– Вы знаете? – удивилась девушка.
– Ну, вероятнее всего, не о тех, о которых хотела рассказать мне ты. – Елена Владленовна отмахнулась и, отложив телефон, внимательно посмотрела на Веронику. – Так что можешь говорить.
– Меня Влад бросил. – Слова дались с трудом. Через комок в горле. Девушка словно признавалась в чем-то постыдном.
– Так… – Елена Владленовна встала, на ее гладком лбу образовалась морщинка. Женщина нервно прошлась из стороны в сторону, но быстро взяла себя в руки. Она повернулась к Веронике и заметила: – Это хуже, но не смертельно. Мы поговорим обо всем позже. Хорошо? Подожди меня здесь. Я ненадолго спущусь в подземелья.
– Но как же я? Влад…
– Все это печально, трагично, но у меня сейчас нет времени работать психотерапевтом. Сию минуту изменить сложившуюся ситуацию невозможно. Поэтому я займусь тем, что не терпит отлагательства.
– Хорошо. – Вероника кивнула, чувствуя, как подступает злость, а глаза щиплют слезы обиды. Было сложно сдержаться, но девушка смогла. Сделала пару глубоких вдохов, а потом, немного подумав, произнесла: – А вообще давайте я загляну к вам чуть позже? Голова что-то разболелась. Пойду прилягу.
– Да-да, – рассеянно отозвалась Елена Владленовна и махнула рукой на дверь.
Вероника послушно вышла в коридор, но повернула не в сторону своей комнаты. В голове девушки созрел план. Нужно было только дождаться, когда Елена Владленовна вернется, а потом самостоятельно нанести визит запертой в клетке блондинке и расставить все точки над «i».
Девушка заняла стратегически выгодную позицию недалеко от кабинета помощницы директора, на широком подоконнике. Если немного задернуть тяжелую пыльную штору, можно просидеть незамеченной хоть весь день, а вид за окном открывается чудесный – сгущающиеся сизые облака, небо, собирающееся пролиться то ли дождем, то ли мокрым снегом. Не иначе как погода оплакивает Алину. А быть может, просто прошлое. То, чего уже не вернешь.
Но если получится осуществить созревший в голове план, возможно, все еще удастся исправить. Влад снова вернется к ней, а Алина больше не будет мешаться под ногами. Главное, действовать тихо, так, чтобы никто ничего не заподозрил. Когда все будет сделано, останется только подождать новостей, вовремя прибежать к Владу и как следует его утешить.
Впервые после разговора с Владом Вероника довольно улыбнулась. Она надеялась, что Елена Владленовна вернется быстро. Нужно только забежать в комнату за изящным, подаренным отцом на шестнадцатилетие охотничьим ножом – семейным талисманом, приносящим удачу. И можно спускаться в подвал.
«Вряд ли папа думал, что когда-нибудь я рискну использовать его подарок по прямому назначению», – хмыкнула девушка и повернулась к окну.
Глава 23Покушение на убийство
Время тянулось мучительно медленно. Олег и двое нагов, которые сторожили клетки, давно ушли, а я, уставшая и отчаявшаяся, все еще сидела, прижавшись щекой к стальным прутьям решетки. Сил орать и звать на помощь не было, как и смысла. Осталось только отупляющее безразличие, давно затмившее страх.
Ноги затекли, но устроиться поудобнее не получалось. Каменный пол был ледяным, и сидеть на нем не хотелось, а груда сваленных в углу грязных вонючих тряпок, среди которых виднелась Машина джинсовая юбка с вышитыми на ней цветочками, вызывала приступы паники и тошноты. Хотелось выть от бессилия, но я лишь изредка поскуливала, словно брошенный щенок, и надеялась, что все происходящее – очередной кошмар и я рано или поздно проснусь. Закрывала глаза и мечтала, открыв их, обнаружить себя в знакомой кровати.
Но на сей раз, похоже, неприятности оказались реальными, а Влада, который мог меня вытащить, рядом не было. Раньше, когда мне была нужна помощь, он всегда оказывался где-то поблизости. Что же изменилось на этот раз?
Где-то в конце коридора раздались шаги. Спустя минуту в слабо освещенном пятачке перед решеткой появилась ухоженная и нелепо смотрящаяся в этом месте Елена Владленовна. Я почувствовала непонятную радость. Больше всего я боялась, что про меня просто-напросто забудут и оставят здесь гнить, поэтому даже визит помощницы директора внушал надежду.
– Ну зачем ты сюда полезла? Не жилось спокойно. Захотелось узнать наши тайны? – почти ласково спросила женщина и, наклонившись к прутьям клетки, провела острым ногтем по моей щеке.
Я вздрогнула и отпрянула, а она тихо продолжила:
– Знаешь ли ты, что спутала все карты? Причем два раза. Первый – когда свела с ума Влада, а второй – сейчас. При других обстоятельствах ты была бы уже мертва, но так вышло, что еще можешь нам пригодиться.
– Отпустите меня! – всхлипнула я, не рассчитывая ни на какой ответ. И была права, Елена Владленовна лишь хмыкнула.
– Не нужно было лезть сюда. Тогда прожила бы еще месяца полтора.
– Но вы же сказали, что не убьете меня? – Страх вернулся и с удвоенной силой сжал горло.
– И не убью. Ты погибнешь сама. Увы, все выжить не могут. Чтобы стать лучше, сильнее, получить возможность к трансформации, нужно забрать всю силу у более слабого противника. Чем больше силы заберешь, тем больше возможностей получишь. Мы обычно не рискуем. Ставим умненькую и сильную девочку, такую, как ты, с кем-то бесперспективным, при таком раскладе результат известен заранее. Мы очень внимательно подходим к выбору жертв. Будь ты чуть умнее – не лезла бы туда, куда тебя не просят; не строила бы глазки тому, кто для тебя не предназначен; могла бы стать хорошей сильной нагайной и никогда не оказалась бы в роли жертвы. Мы бы не позволили тебе умереть, но ты сама определила свою судьбу.
– Я не понимаю, о чем вы? Что меня ждет? – Слова Елены Владленовны казались бредом сумасшедшей. Мозг отказывался их воспринимать.
– Не думаю, что тебе нужно об этом знать. Какая разница? Ты просто выполнишь свое предназначение, вот и все. Жаль только, все происходит очень быстро. Я думала, что у нас больше времени.
– Для чего?
– Для того, чтобы подготовить твою противницу, конечно. Впрочем, это твой шанс. Ты можешь попытаться победить и получить основной приз.
– Какой приз? В чем победить? – От туманных намеков мне стало еще страшнее и хуже.
– Прости, Златовласка, но я не на твоей стороне. – Елена Владленовна немного печально улыбнулась и повернулась спиной к клетке. – И не нужно кричать. Здесь хорошая звукоизоляция, тебя не услышат. Побереги силы, они еще понадобятся.
Я зарыдала в голос, а Елена Владленовна обернулась через плечо и, сморщившись, произнесла:
– Не привлекай лишнего внимания. Ты же не хочешь, чтобы твоим поведением заинтересовался наш директор? Он не будет столь терпелив, как я. Ты сильно его разозлила. Проникла в подземелья, соврала, привлекла внимание Влада…
Упоминание об Анатолии Григорьевиче заставило меня замолчать и сжаться в комок у решетки. Я даже не стала возражать по поводу Влада, хотя не понимала, что они все заладили! Неужели так важно, что я ему нравлюсь?
– Вот и хорошо. – Елена Владленовна улыбнулась, заметив, что я притихла.
Женщина махнула рукой на прощанье, улыбнулась и ушла, а я осталась всхлипывать в одиночестве. Снова стало тихо, если не считать завывания и шипения из соседних камер. На мое счастье, клетка на противоположной стороне коридора оказалась пуста. Я не была уверена, что какой-нибудь корчащийся перед глазами монстр добавит мне оптимизма.
Я сидела и молилась, чтобы обо мне вспомнил Влад или просто спустился вниз и случайно нашел меня здесь. Правда, я сама не верила в то, что это возможно. Вряд ли ему есть до меня дело. А если есть, никто не позволит меня забрать. Я понимала, что помощи ждать не от кого, и от этого становилось еще хуже. Накатили безысходность и тоска. Я не знала, чем все это закончится. Хотя почему же? Знала. Об этом милостиво сообщила Елена Владленовна. В конце концов я погибну, чтобы дать жизнь очередному нагу, точнее, нагайне. Знать бы еще, как это произойдет.
В соседней клетке дико, с надрывом, завывала какая-то тварь. Леденящие душу вопли ужаса и нечеловеческой боли заставляли зажимать уши и дрожать от страха. Я не знала, кто там за кирпичной стеной. Вдруг такой же любопытный лицеист, как и я? Что, если меня ждет подобная судьба и спустя какое-то время так же буду вопить я сама?
Думать об этом было нельзя, но другие мысли в голову не приходили. Накатывало удушающее отчаяние. Хотелось кричать что есть мочи, но на это просто не осталось сил. Я даже не обратила внимания на раздавшиеся в коридоре шаги. Легкая походка и стук каблуков – вероятнее всего, зачем-то вернулась Елена Владленовна. Я не представляла, что ей нужно на этот раз, и даже не стала поднимать голову, пока не услышала прямо над ухом презрительный смешок.
– Все же в этом мире есть справедливость…
Язвительный голос и сладкие летние духи оказались хорошо знакомы. Я исподлобья взглянула на гостью. У самой решетки стояла довольно улыбающаяся Вероника. В отличие от меня, она выглядела уверенно и свежо. Похоже, это место ее не пугало.