– Ты бог? – Я задохнулась от неожиданности. Это было слишком! Рано я сказала себе, что перестала удивляться и готова поверить практически во все. Не походило поведение Яна на поведение бога.
– Когда-то очень давно я был человеком, – задумчиво отозвался Ян.
Его лицо сразу же стало серьезным, а в глазах появилась тоска. Он стал еще больше напоминать Демона, и это раздражало. Я зачитывалась этой поэмой, но ассоциации были совершенно неуместны. Этот беспринципный предатель не имел ничего общего с лирическим героем. И вообще из-за своих пронзительных черных глаз и изысканной самурайской красоты должен был ассоциироваться с героем аниме, а не с персонажем русской классики.
– Я – первый умерший на земле. Моя сестра Ями…
– Яна? – удивленно переспросила я. В голове возникли пока еще неясные ассоциации. Я смутно припоминала легенду о боге Яме и его сестре Ями. Не все ее подробности мне нравились.
– Она самая. Ями сильно тосковала из-за того, что я погиб. Она постоянно плакала. И тогда боги сжалились над ней и создали ночь, чтобы она могла отсчитывать свою скорбь днями. Но она так и не смогла пережить горе и ушла вслед за мной. Мы стали правителями мира мертвых. Теперь ты догадываешься, какой подарок приготовил для меня Шеша? – Улыбка Яна отчетливо напоминала оскал, в глазах зажегся алчный блеск. – Сотни, тысячи, миллионы новых подданных!
– А Владу зачем все это нужно? – с ужасом спросила я.
– Влад хочет гибели старых богов, особенно Индры. – Ян пожал плечами. – Я готов помочь ему отомстить, а мир… мир – лишь разменная монета в более серьезной игре.
– Разменная монета? – не поверила я своим ушам. – То есть ты считаешь, что гибель всего живого – это мелочь?
– Это лишь краткий миг в мировой истории. Потом все начнется сначала. Такое уже было. В этом нет ничего страшного, вот увидишь. У тебя есть шанс посмотреть на новый мир. Более того, воцариться в нем вместе с Владом. Разве это не прекрасно – жить вместе в идеальном мире вечно? Что в этом плохого?
– То, что погибнут все, кого я знаю!
– Не все. Самых близких ты можешь захватить с собой. Шеша не будет против, уверен.
– Ты просто не понимаешь, о чем говоришь! – горько воскликнула я, осознавая, что не смогу пробиться сквозь логичную и бесчеловечную позицию Яна. – А потом… Я умру раньше, чем увижу новый мир. Мне об этом услужливо сообщила Елена Владленовна.
– Это ее амбициозные мечты, – отмахнулся. Ян. – Она поставила не на того игрока.
– Я думала, вы на одной стороне?
– Я на своей стороне. Знаешь ли ты, как рождается новый наг? – неожиданно поинтересовался Ян.
– Есть какое-то испытание…
– Не совсем так. Не испытание. Поединок, в котором выигрывает сильнейший. Победитель получает все: и силы противника, и сущность нага.
– А проигравший? – с замиранием сердца шепнула я.
– От проигравшего остается одна оболочка, пустая. С остатками воспоминаний и некоторой жизненной активностью.
– Которая спустя какое-то время умирает… – Я сглотнула. Внезапно все стало на свои места. Вот откуда умирающие ученики, которых якобы исключили из лицея. Это потенциальные наги, проигравшие в схватке.
Мне стало плохо. Кружилась голова, а слезы комком застряли в горле. То, что я накануне считала кошмаром, оказывается, не шло ни в какое сравнение с реальностью. Все оказалось в разы хуже того, о чем говорил Влад.
– Этот процесс неизбежен.
– Вы сволочи, – сквозь слезы выдохнула я.
Руки дрожали, я рыдала в голос не в силах сдерживаться. В этом лицее убивали подростков, а его директор, словно злодей из дешевого боевика, планировал уничтожить мир. Только вот кино идет максимум два часа, а то, что творится здесь, похоже, не собирается заканчиваться.
Я не понимала, как оказалась втянута во все это и зачем вообще стремилась попасть в этот лицей! Если бы я только представляла, какие ужасы здесь происходят! Ни за что не ослушалась бы бабушку.
– А я-то тут при чем? – совершенно искренне удивился Ян и с удивлением посмотрел на мое заплаканное лицо. В его черных, словно угли, глазах промелькнуло нечто похожее на сочувствие, в котором я не нуждалась. Только не от него. – Я вообще к играм Шеши не имею никакого отношения, – отозвался парень, видимо, считая, что этот факт снимает с него всякую вину.
– Тут умирают люди! – возмутилась я. – Неужели это ничего не значит?
– Они умирают везде. Алина, буддизм – мудрая религия. Возможно, такова их карма? Смотри на это с другой стороны. Каждый из вас получает шанс на лучшую жизнь, но не у каждого получается им воспользоваться. Потенциал, который в вас заложен, ищет выхода вне зависимости от того, попадаете вы в лицей или нет. Те, кто не становится нагом, умирают в любом случае, но при других обстоятельствах. Они всю жизнь пытаются самореализоваться через алкоголь, наркотики, экстремальные виды спорта. И гибнут.
– Все?
– Нет, конечно. Но и здесь погибают единицы.
– А если я не хочу вашей лучшей жизни?! Если хочу быть просто человеком? Этого и Влад желал для меня! – Слезы текли по щекам, не прекращая. Я никогда не чувствовала такого опустошения.
– Ты уже выбрала путь, свернуть с него не выйдет.
Ян разговаривал со мной терпеливо, даже протянул отглаженный белоснежный платок, чтобы я могла промокнуть слезы. Он и правда не понимал, что ломает мне жизнь и приговаривает к смерти, удерживая взаперти.
– А что касается Влада… Говорю же, он просто потерял голову. Он влюблен, поэтому я и делаю ставку на тебя, а не на Веронику. Так будет правильно.
– При чем здесь я и Вероника?
– Шеша нашел старое пророчество, которое гласит, что началом конца станет вспыхнувшая страсть между Вритрой и юной королевой нагов.
– Вот почему он так цеплялся за Веронику… – задумчиво произнесла я, чувствуя, что больше не способна переживать. Меня охватило пугающее безразличие ко всему происходящему. Даже слезы высохли на щеках. – Хотел осуществить пророчество.
– Да, но ты всем спутала карты. Шеша и Елена надеются, что поединок пройдет без сюрпризов и Вероника заберет твою силу, сущность и, возможно, даже внешность. После поединка она снова сможет покорить Влада, так как в ней будет очень много от тебя плюс очарование и сила нагайны.
– А на что рассчитываешь ты? – Я поняла, что больше не могу плакать. Меня собирались использовать все. Все врали и хитрили. И только Ян, с которым меня ничего не связывало, сказал правду. Мне даже сложно было относиться к нему как к врагу.
– А я рассчитываю на карму. Раз она привела тебя к Владу, возможно, ты удивишь всех еще раз.
– Но я же не могу стать королевой нагов… Если я одержу победу, все ваши планы рухнут. Зачем тебе это?
– Ты меня не слушала, – сморщился парень. – Если ты победишь Веронику, к тебе, кроме силы, перейдут ее холодная расчетливость и змеиное сердце. Ты станешь просто невероятно притягательной королевой.
– Но я не хочу участвовать в этом! Я не собираюсь способствовать приближению конца света! Это бред! Я просто проиграю. Лучше умереть, чем стать змеей и послужить причиной конца света.
– Понимаешь, Алина, в чем суть? У тебя нет выбора. Либо ты погибнешь и отдашь все, включая собственную внешность и Влада, Веронике, и тогда она с удовольствием выполнит свое предназначение, либо вопреки ожиданиям всех выживешь и заберешь все себе. А сейчас я должен идти. Тебя скоро позовут. Не подведи, прежде всего себя. Ты сильнее, чем многие думают. И сможешь постоять за себя, если захочешь.
– А я не хочу!
– Тогда ты погибнешь. Поставь себе цель выжить. Характер закаляется в сражениях. Если ты победишь саму себя и свою нерешительность, станешь сильнее Вероники.
Ян беспечно улыбнулся и направился к двери, но на полпути остановился, словно что-то вспомнив, и резко развернулся. Я даже не успела выдохнуть, когда он подошел ко мне и одним рывком поднял с кровати. Мои губы обжег яростный змеиный поцелуй. Кончики пальцев словно пронзило током, дыхание перехватило, а голова закружилась.
Я не ожидала от себя подобной реакции. Мне совсем не нравился Ян. Сейчас я его просто ненавидела, но поцелуй заставил забыть о реальности. Голова кружилась, ноги подкашивались, а по телу пробегали колючие искры энергии. Они собирались вокруг ран на руке, и я чувствовала, что уходит саднящая боль; проникали в сердце и голову, откуда уходили страх и сомнения. Энергии было так много, что казалось, я смогу взлететь, если захочу.
Тяжело дыша, Ян отстранился, а я так и осталась стоять с приоткрытым ртом, пытаясь выровнять дыхание. Чувствуя себя глупой, но полностью здоровой.
– Ну, теперь все. – Он смущенно кашлянул, и его лицо тут же приобрело привычное надменно-отстраненное выражение. – Не принимай близко к сердцу. Просто посчитал, что тебе пригодятся силы. Не люблю неравные схватки. Удачи! Не подведи!
Меня все еще трясло после поцелуя, и я понимала, что вряд ли смогу простить Яну эту выходку. Даже сейчас тело пронизывали искорки силы. Они ощущались, словно слабые удары тока. Я и правда стала чувствовать себя намного лучше. Казалось, что могу свернуть горы, а лучше – шею черноволосому мерзавцу, который посмел меня поцеловать! А может, и сразу двум. И Яну, и Владу. Как они посмели втянуть меня в свои игры?
– Зачем ты это сделал?
– Сказал же – не люблю неравные схватки. Теперь ты сильная и злая. Это то, что нужно!
– Почему я чувствую себя так? – Я передернула плечами, пытаясь избавиться от покалываний во всем теле. Душевный подъем, прилив энергии, легкое головокружение – состояние было эйфоричным и странным.
– Все мы обладаем определенными способностями, – пояснил Ян. – Влад может заставить думать и делать то, что нужно ему. Не всех, конечно, но многих. А я своего рода гигантский аккумулятор – накапливаю энергию и при случае могу поделиться. Только это опасно.
– Почему?
– Не для меня, – усмехнулся парень. – Для тебя. – Он шагнул ближе и, пристально глядя мне в глаза, произнес хриплым, волнующим голосом: – Легко на это подсесть. Смотри, как бы тебя не постигла эта участь. Ты будешь скучать по этим ощущениям…