И я осталась одна.
Странно было оказаться без Эстеллы и Аделины. Но, по крайней мере, мисс Карсон не уехала с ними. Она, казалось, очень нервничала. Позже она объяснила мне, что тетя Флоренс — сестра миссис Марлин. Они много лет не виделись, потому что не ладили друг с другом. Это меня не удивило. Я не могла представить себе человека, который ладил бы с Грейс Марлин. А ее сестра, тетя Флоренс, казалось, очень на нее похожа.
Мисс Карсон рассказала:
— Семья миссис Марлин была недовольна тем, что она вышла замуж за доктора. Они полагали, что она вступает в брак с человеком, стоящим ниже ее на социальной лестнице — за простого деревенского врача. А могла бы выйти за пэра. Как жаль, что она этого не сделала, — с горечью, которая была ей несвойственна, добавила мисс Карсон.
Меня волновало, что будет со мной, когда расследование закончится. Я ощущала, что над домом навис злой рок. Мне довелось услышать, как няня Гилрой сказала миссис Бартон:
— Нас вызовут, я в этом не сомневаюсь. И я расскажу все, что знаю. В такие времена нельзя ничего скрывать. Они все равно все выяснят. Ничего не упустят.
— Ему не понравится, — возразила миссис Бартон, — что кто-то сует нос в его дела.
— Следовало думать об этом до того, как тебя поймают.
Я начала размышлять о том, что случится, когда будут проводить это ужасное расследование.
А потом появился дядя Тоби и я забыла обо всем на свете. Смеясь и плача, я кинулась в его раскрытые объятия.
— Они уехали… — сказала я. — Эстелла и Аделина.
— Я знаю. К моей сестре Флоренс. Бедняжки. Тебя покинули?
Я кивнула.
— Ну, не беда. Все равно, я ведь приехал забрать тебя на время к себе.
Я не могла поверить своим ушам.
— К себе? — переспросила я.
— На время. Пока все не утрясется. Разве мы не договаривались, что когда-нибудь поплывем вместе?
— Поплывем?! — воскликнула я.
Он посмотрел на меня и улыбнулся.
— По-моему, это хорошая идея.
Я не могла поверить, что все это происходит на самом деле. С того момента как умерла миссис Марлин, жизнь удивительным образом изменилась. Но это было самым потрясающим из всех событий. Уехать из этого мрачного дома и быть вместе с дядей Тоби! Плавать с ним на корабле! Это было чересчур для меня. Я не могла сразу уразуметь происходящего. Это был прекрасный сон, и я боялась, что в любой момент могу проснуться. Я просто растерянно смотрела на дядю Тоби, пока не осознала, что именно он сказал — и меня захлестнула волна радости и облегчения.
Должна признать, я была слишком взволнована, чтобы думать о бедной Аделине, которую разлучили с любимой мисс Карсон. Эстелла не будет слишком грустить. Ее даже обрадует перемена обстановки. В последнее время в Коммонвуд-Хаусе было не очень уютно. Но теперь передо мной открылась перспектива, прекраснее которой я не могла себе представить!
Дядя Тоби рассказал мне о своих планах.
— У нас всего неделя, а потом мы сядем на борт «Королевы морей», — сказал он. — Нужно многое успеть. Необходимо не только купить тебе новую одежду, но и уладить массу формальностей. Я позабочусь об этом, а вы с миссис Кью сможете позаботиться об остальном.
— А кто такая миссис Кью? — поинтересовалась я.
— Это моя экономка, Поли Квинтон. Да благословит ее Господь! Что бы мы делали без Поли? Дело в том, что я снимаю комнаты в ее доме. Очень удобно. Мы обычно стоим в Саутгемптоне, и это мое pied a terre[3]. Ты знаешь, что это такое. Я слышал, ты изучаешь французский. Это небольшое уютное местечко, куда ты можешь прийти, когда появляется такая необходимость. Когда распрощаюсь с морем, я где-нибудь осяду. Но пока мой дом — это pied a terre у миссис Кью. Она просто молодец. Эта женщина тебе понравится. Она заботится, как она выражается, о морячках. Я там не один, нас целая компания. Приходим, уходим. Это устраивает и меня, и миссис Кью. У меня четыре комнаты на верхнем этаже дома, с видом на гавань. Недалеко от моего корабля. Ну понимаешь, корабль становится частью тебя. Корабли просто прекрасны. Они темпераментны… они живут своей жизнью. Иногда выкидывают забавные трюки — и у каждого свой характер. И еще они довольно капризны. Прямо как женщины. Ты знаешь, что в английском языке корабль — всегда «она»… а не «он»? Нет, в корабле нет ничего мужского. Поэтому мы их так и любим, понимаешь?
Я задумалась над его словами. Дядя Тоби всегда был разговорчивым, у него была изящная манера выражаться, и все, что происходило в последнее время в Коммонвуд-Хаусе, постепенно отошло на второй план. Я была на пороге нового удивительного мира и с нетерпением ожидала приключений в обществе дяди Тоби.
Как он и говорил, дом миссис Кью находился рядом с доками. Поли Квинтон приветствовала меня так, словно знала всю жизнь. Она была очень полная, с румяным лицом. Глаза ее исчезали за щеками, когда она смеялась, а это случалось очень часто. У нее была привычка сплетать руки на пышной груди, и когда она радовалась, то вся тряслась от смеха.
В доме было пять этажей, и все комнаты в нем, кроме подвальных помещений, снимали моряки. Вскоре я узнала, что у миссис Квинтон особое отношение к морякам. Ее не нужно было долго уговаривать рассказать о себе. Лишь бы был человек, который готов ее выслушать.
— Мой Чарли был морячком, — рассказывала она мне, широко распахнув глаза, которые сразу наполнились слезами. — Настоящий мужчина! Как мы жили! — Она покачала головой, вспоминая. — Он, бывало, приходил домой с твердым намерением получить от отпуска как можно больше. Да, он у меня был такой! Такие, как он, берут от жизни все, что она может им дать! Что это были за деньки! А потом все кончилось. Их корабль отправился в Южную Америку… — Миссис Квинтон замолчала на мгновение, лицо ее было печальным. Потом она снова повеселела. — Да, мы много хорошего пережили вместе, и он оставил мне средства для жизни. Чарли всегда говорил: «С тобой все будет хорошо, когда меня не станет, Поли. У тебя есть этот дом. Так что средства к существованию у тебя будут». Так оно и вышло. А я всегда прерывала его, когда он об этом заговаривал. Меня это расстраивало. Но он оказался прав. Я сдаю эти комнаты морякам, они напоминают мне моего Чарли. Твой дядя Тоби живет у меня уже много лет. Он настоящий джентльмен. Не скрою от тебя, дорогая, у меня к нему особое отношение. Тебе повезло, детка. Он берет тебя с собой. Да, это — нечто! Хотелось бы мне оказаться со своим Чарли, когда… Нет, так не годится, правда? Мне всегда казалось, что я смогла бы выходить его. Но в этом вся я. Чарли всегда говорил: «Ты думаешь, что все делаешь лучше, чем другие». Это правда. Поэтому я нашла бы способ вытащить его из моря. Итак, дорогая, завтра мы с тобой отправимся по магазинам. Скажу тебе откровенно: больше всего на свете я люблю тратить деньги. — Она засмеялась, и ее печаль развеялась.
Мы вместе ходили по магазинам. Мы купили вещи, которые, по словам дяди Тоби, понадобятся мне на корабле — крепкие башмаки с подметками, которые не будут скользить на влажной палубе, и летние платья для жаркого климата. Миссис Квинтон искренне наслаждалась покупками — и я тоже.
Дяди Тоби подолгу не было — он целыми днями был занят. Корабль стоял в порту, и на нем делали какой-то ремонт. Дядя Тоби водил меня на корабль. Это было захватывающе! У меня будет своя каюта под капитанским мостиком, рядом с каютой дяди Тоби!
— Ты будешь пассажиром, — сказал он мне, — на особом положении. Я должен заботиться о пассажирах. За грузом присматривать не нужно, поэтому я смогу больше времени уделять тебе.
Он показал мне столовую с длинными столами. Были там еще и курительный, и музыкальный салоны, и общие кают-компании, где люди могли развлекаться, проводить время за разными занятиями. И шезлонги на палубах, где можно сидеть и любоваться морем. Я почувствовала, что попала в новый фантастический мир.
А потом мы отправились в плавание. Свершилась моя давняя заветная мечта. Меня переполняла гордость за дядю Тоби. Он восхитительно выглядел в капитанской форме, и все слушались его. Он был хозяином «Королевы морей» и всех, кто на ней плыл.
Он немного изменился — казался всемогущим и готовым на все, чтобы обеспечить безопасность тех, кто от него зависел. Обычно дядя был очень занят, но выкраивал время, чтобы побыть со мной. Меня переполняли радость и гордость, потому что я видела, что он получал от нашего общения такое же удовольствие, как и я.
— Я буду некоторое время на мостике, — говорил дядя Тоби, — и не смогу побыть с тобой, но как только у меня появится возможность…
Я кивала, в восторге оттого, что он объясняет мне это — взрослые редко пускались в объяснения. Я часто думала, как мне повезло, что у меня есть дядя Тоби. Он ведь на самом деле мне вовсе не дядя. Я говорила себе: никогда не забуду, что он взял с собой в море именно меня — а не Генри, Эстеллу или Аделину. Скорее можно было предположить, что он возьмет Генри — для таких приключений обычно выбирали мальчиков. Я втайне подозревала, что Генри — и даже Эстелла и Аделина — нравились дяде Тоби не так сильно, как я. Это было просто чудо!
Иногда я вспоминала о прежней жизни, сама того не желая. Сцены из прошлого сами всплывали в памяти. Я думала, как они там поживают с тетей Флоренс? Может, уже приехали домой? Закончится расследование, и все вернется на круги своя: уроки, прогулки с мисс Карсон. Миссис Марлин уже похоронили, и она не сможет портить всем жизнь. Аделина будет рада. Она будет немного скучать по мне, но мисс Карсон сможет ее отвлечь.
Так что все у них наладится. А я? Иногда меня посещали мысли о том, что будет, когда это путешествие закончится. Наверное, я вернусь в Коммонвуд-Хаус и все пойдет, как прежде.
Но мне не хотелось думать об этом. Я старалась насладиться каждым мгновением своего замечательного приключения.
Жизнь на борту полностью захватила меня. Во время трапезы мы садились за длинный стол. Это было весело. Все относились ко мне дружелюбно — я ведь протеже капитана — и говорили, что мне повезло иметь такого дядю, который взял меня в дальнее морское путешествие. Иногда к нам присоединялся дядя Тоби. Все хотели с ним побеседовать. Пассажиры задавали вопросы о корабле, и он разговаривал с ними в своей легкой, шутливой манере, которая, казалось, всем очень нравилась.