Двор Александра не был перегорожен шлагбаумом, Прохор подъехал прямо к подъезду. Отстегнул ремень, посмотрел на жену и засмеялся:
— Пойдешь со мной?
— Я не буду тебе мешать! — Жена так обрадовалась, что он почувствовал себя благодетелем. Быть благодетелем ему нравилось.
Кажется, в доме шел капитальный ремонт, сбоку от подъезда висела строительная люлька. Рабочих в ней не было. То ли ушли обедать, то ли их перебросили на более важный участок.
— Не испачкайся, — предостерег Прохор. Внутри подъезда было пыльно, краска со стен местами содрана. Двери квартир завешаны полиэтиленовой пленкой.
Александр открыл дверь, едва Прохор прикоснулся к кнопке звонка. Огромный мужик растерянно, как потерявшийся ребенок, переводил взгляд с Прохора на Ладу.
— Это моя жена, — кивнул Прохор на супругу.
— Лада, — тихо сказала она.
— Очень приятно. Проходите, пожалуйста, — Александр посторонился.
Похоже, Алиса действительно считала его дом своим, на спинке стула висела женская блузка.
Еще в квартире было много книг. Так много, как бывало в московских квартирах лет двадцать назад. Прохор мельком взглянул на корешки. Преимущественно фантастика и техническая литература. Последнее Прохора отчего-то удивило.
— Мы познакомились с Алисочкой десять лет назад…
Хорошо, что Александр заговорил сам, Прохор не умел задавать наводящих вопросов.
— Десять лет. — Александр дождался, когда Лада и Прохор сядут на диван, подвинул стул и сел рядом.
Блузка скользнула на пол. Он ее поднял и снова повесил на спинку.
Глаза у него были красные, заплаканные.
— Я ее увидел — и все!.. Я сразу ее полюбил. — Александр почему-то смотрел не на Прохора, а на Ладу. — Алисочка пришла к моей маме, та была предсказательницей. Я обычно приезжал с работы, когда мамины клиентки уже уходили, а в тот раз вернулся пораньше… И встретил свою судьбу.
Он поморгал, стараясь скрыть слезы.
— Можно поговорить с вашей мамой? — спросил Прохор.
— К сожалению, нельзя, — Александр жалко улыбнулся. — Мама умерла через полгода после того, как я встретил Алису.
— Это ваша мама научила Алису… — Прохор с трудом подыскал подходящее определение, — искусству предсказания?
— Этому нельзя научить, — Александр с удивлением посмотрел на Прохора. — Это дается от Бога. Это талант.
— А у Алисы такой талант был?
— Конечно! Иначе она не смогла бы помогать людям.
— Насколько я помню, раньше у Алисы такого таланта не было, — заметил Прохор.
— Мы часто не подозреваем о своих талантах. Алиса открыла в себе это после встречи с мамой.
— Зачем она приходила к вашей маме? Что она хотела узнать?
— Мама никогда не выдавала чужих тайн, — удивился Александр. Удивлялся он как ребенок, широко распахивая глаза. — Я и маму не спрашивал, и Алису. Зачем? Я Алису любил, и мне было с ней хорошо. И ей было со мной хорошо, я это точно знаю.
Он снова закрыл глаза, пытаясь унять слезы.
— Жаль, я не настоял, чтобы мы оформили брак.
Александр потянулся, взял со стола лежавший там ноутбук, протянул Прохору.
— Вот ее компьютер. Унести не дам, не обижайтесь. Там флешка, перепишите, что сочтете нужным.
В компьютер была вставлена пустая флешка.
Копирование диска заняло какое-то время, но Александр больше ничего не говорил, а Прохор не спрашивал.
Только прощаясь, хозяин напомнил, чтобы Прохор не забыл сообщить о времени похорон. Прохор заверил, что не забудет.
Еще Александр, прощаясь, поцеловал Ладе руку. Прохор такое наблюдал только в кино.
— Как он тебе? — спросил Прохор уже в машине.
— Он очень хороший, — серьезно сказала Лада. — Очень добрый. Алисе повезло.
— А тебе? — насторожился Прохор.
— А мне не повезло, — засмеялась Лада. — Ты злой и глупый.
— Ладка, я серьезно!
— Ты злой и глупый, но я тебя очень люблю, — Лада потянулась к нему, чтобы поцеловать.
Пристегнутый ремень ей мешал. Прохор наклонился и нашел ее губы.
Катя взялась рукой за железную дверь ворот и едва не упала, когда та резко распахнулась. За воротами стоял молодой человек. Взгляд у парня был мрачный.
— Вы кто? — сурово спросил он.
— Хозяева, — равнодушно объяснила Ника.
Незаметно она оказалась впереди Кати.
Подруга умела разговаривать с прислугой так, чтобы та знала свое место. Вежливо и равнодушно. Ника этому быстро научилась, едва выйдя за Вадима.
Иногда она и с Катей так разговаривала, но Катя старалась этого не замечать. Зря. Надо было давно уволиться, сейчас не пришлось бы начинать жить заново.
Как ни странно, Вадим вел себя со всеми нижестоящими по-другому, он превращался в веселого доброжелательного мужика, люди ему искренне улыбались. При этом он уничтожил бы любого, кто ему мешал.
Ника медленно пошла прямо на парня, тот отступил, пропуская хозяйку, и двинулся вслед за Никой, отсекая Катю.
Кажется, он правильно понял свое место.
Ника, поднявшись на веранду, достала ключи, отперла замок. Парень распахнул дверь перед хозяйкой, а Катю пропускать вперед не стал. Она вошла последней.
Внутри дом напоминал деревенскую избу — деревянные стены, нарочито грубоватая мебель. Ника хотела превратить дом в подобие городской квартиры, но Вадиму, когда дом строился, было уже наплевать на желания Ники.
— Это случилось здесь, — предугадав вопрос хозяйки, парень показал на пол в нескольких метрах от двери.
Как ни странно, крови там не было. То ли Вадим умер, не потеряв ни капли крови, то ли кто-то успел вымыть пол.
— Как вас зовут? — Ника старательно обошла место, куда показал парень, бросила ключи на стоящий рядом столик и села в кресло.
Кресел было три. Ника с телефоном в руках могла часами сидеть в одном из них, пока Катя с детьми играли на участке.
Катя уговаривала подругу переместиться на свежий воздух, Ника ненадолго выходила на веранду и снова возвращалась в кресло.
Ей надо было работать или по крайней мере полноценно заниматься детьми, а она наслаждалась бездельем, как кошка.
— Павел.
Ника села в кресло и показала Павлу на соседнее:
— Садитесь, Паша.
Катю сесть никто не пригласил, она сама села.
— Вадим Анатольевич просил меня траву косить. И вообще… приглядывать за участком.
— У вас есть ключи? — быстро спросила Ника.
— Есть, — парень привстал, достал из кармана джинсов связку, положил на стол.
— Не надо. Оставьте себе. — Ника на парня не смотрела. — Вы нашли Вадима?
— Я. Я в пятницу утром на участок заглядывал, все было в порядке. А в субботу заметил, что калитка приоткрыта. Зашел и… обнаружил его в доме.
— Замок был отперт?
— Да. Но дверь была закрыта. А калитка приоткрыта, и во дворе машина Вадима Анатольевича. Я позвонил в дом, никто не открыл. Я подергал ручку, дверь открылась… Вадим Анатольевич уже холодный был. Я ментов вызвал.
В пятницу утром Вадим встретил Катю на детской площадке у дома. Дети катались на качелях, подбежали не сразу. Рядом стояла машина, такси.
— Поезжай на дачу, — приказал Вадим.
— Где Ника? — непослушными губами спросила Катя. Ей показалось, что ноги не держат, и захотелось сесть на асфальт.
— С ней будет все в порядке, — он смотрел на Катю весело и понимающе. Ему нравилось ей приказывать и видеть, как она подчиняется.
— Что сказать детям?
— Я им уже сказал, что ты будешь жить с ними на даче. Я подъеду через пару часов.
Павел и Ника Катю не замечали, она отвернулась и стала смотреть в окно.
Она не поехала за город. Она отвезла детей к своим родителям и ждала, когда позвонит Ника. А потом прятала Нику и детей на старой родительской даче.
— Вы живете в деревне? — продолжала спрашивать парня Ника.
— Да.
— Полиция деревенских расспрашивала?
— Конечно. Только никто ничего не видел. Ваш участок на отшибе, тут мало кто ходит. — Павел замялся и неохотно добавил: — Одна соседка женщину видела. Но она не уверена, что женщина к вам приходила. И вообще плохо ее разглядела.
— Я хочу поговорить с этой соседкой!
— Сейчас не получится. Она в Москву уехала, к дочери. Через пару дней вернется. Я сам ее отвез.
— Телефон ее вы знаете?
— Нет. Я довез ее до ближайшего метро и вернулся. Если хотите, могу позвонить участковому. У него наверняка все телефоны есть.
— Нет. Пока не надо.
Парень отвечал четко и коротко, и Катя неожиданно спросила:
— Вы военный?
— Да. Я воевал, — с удивлением посмотрев на Катю, словно только что ее заметил, ответил Павел.
А Ника на подругу не посмотрела, как будто ее здесь не было.
Катя была права, не стоило сюда приезжать. Поисками убийцы должна заниматься полиция.
— Отвези меня домой, — попросила Катя, когда они снова сели в машину.
— Извини, не смогу, — Ника внимательно смотрела на дорогу. Она была осторожным водителем. — Я, вообще-то, завтра мужа хороню.
Перед Никой влез белый «Пежо», подруга поморщилась.
— Я и так детей на стариков бросила.
«Пежо» проскочил на мигающий зеленый, Ника остановилась у светофора.
— Приезжай завтра пораньше, часам к восьми.
— Я хочу пойти на похороны, — решительно отказалась Катя. — Завтра я с детьми не останусь. Извини.
Подруга, оторвавшись от дороги, с удивлением на нее посмотрела.
Катя не помнила, когда в последний раз в чем-то отказывала Нике. Наверное, никогда.
В город поток был слабый, потолкаться пришлось только у МКАД. Катя вернулась домой раньше, чем обычно.
Зачем Алисе был нужен компьютер, Прохор не понимал. Кроме массы фотографий и видео, на которых в основном фигурировала сама Алиса, и небольшого текстового файла, который, по-видимому, служил ей для заметок, в компьютере не было ничего.
Заметки старые и бессодержательные: «позвонить Лене…», «вечером восемнадцатого Ира…».
В последний раз файл редактировался два года назад.