— Она давно с ним не встречалась, — напомнил Витя.
Он смотрел на Ладу внимательно и с уважением.
— Она отказалась встретиться с Павлиной. Значит, вечер у нее был занят.
Витя кивнул.
— Попробую узнать, где живет Сергей.
— Как?
— Прослежу за его отцом.
— А вы уверены, что тот доктор его отец?
— Не уверена, — вздохнула Лада. — Но… Фамилия Киреев не редкая, но уж очень странное совпадение.
Мать Сергея изводила его девушку, а отец пожалел и взял на работу? Годится для сентиментального романа, но в жизни и не такое случается.
Она достала телефон, снова полезла на сайт клиники. Доктор Степан Иванович Киреев сегодня работал.
— Поеду в клинику.
— Можно я с вами?
— Родители не забеспокоятся?
— Я взрослый, — удивился Витя.
— О взрослых тоже беспокоятся, — улыбнулась Лада.
— Не забеспокоятся. А если что, позвонят.
— Поехали, — Лада посмотрела на часы. Часами ей, как и всем вокруг, служил экран телефона.
До последней Дашиной работы доехали быстро, ждать доктора предстояло почти два часа.
— Прогуляйся, — предложила Лада. — Муторно в машине сидеть.
— Не хочу!
В клинику заходили пациенты, выходили. Пуская разноцветные мыльные пузыри, мимо машины пробежала девочка лет шести, ее окликнула пожилая женщина, наверное бабушка. Ребенок, пританцовывая, дождался бабушку и снова побежал вперед.
— Я раньше хотел врачом стать, — глядя на двери клиники, вздохнул Витя.
— Передумал? — покосилась на него Лада.
— Передумал. Профессию надо иметь мужскую.
— А врач, по-твоему, не мужская профессия? — изумилась Лада.
— С этой работой и женщины справляются. Лечат по методичкам, вот и все.
— А с какой не справляются? Ты в ОМОН собрался?
— Нет. — Он отчего-то улыбнулся. — Не хочу никому подчиняться.
— Подчиняться мало кто хочет, — усмехнулась Лада. — Только, как правило, приходится. Так какая же это работа, с которой женщины не справляются?
— Придумывать что-то новое. Чего не было. Новые виды энергии, например.
— А почему ты решил, что женщины на это не способны?
— Практика показывает. Вы много знаете женщин нобелевских лауреатов?
— За границей это называется «сексизм». Знаешь такое слово?
— Знаю, — засмеялся Витя. — Меня рано грамоте научили, успел много книжек прочитать.
— Молодец, — похвалила парня Лада и быстро тронула его за руку: — Тихо!
Доктор Степан Иванович спустился с крыльца клиники. Остановился, достал сигареты. Когда Лада к нему подошла, он с удовольствием выдыхал дым.
— Я хочу поговорить с вашим сыном!
Надо было начать не так. Сергей не обязательно сын доктора. Он может быть племянником или кем-то еще.
Доктор посмотрел на сигарету, зачем-то ее сломал и бросил себе под ноги.
— Убирайтесь отсюда! — четко выговорил он.
Хотел что-то добавить, выругаться, наверное, но смолчал и быстро пошел к стоявшей рядом «Киа».
Когда Лада добежала до своей машины, «Киа» уже успела выехать со стоянки и скрылась за углом дома.
Повезло, доктору пришлось остановиться у светофора, Лада почти сразу его догнала.
— Пристегнись! — прошипела она Вите.
— А ты?
— Потом!
Доктор ехал не быстро и не медленно, со скоростью потока. Свернул направо, раз и другой. А потом немного рванул вперед, прижал машину к тротуару и вышел на проезжую часть. Перед Ладиным «Пежо» сделал шаг вперед, останавливая машину. Подошел к двери водителя и, наклонившись, повторил:
— Убирайтесь отсюда!
4 августа, вторник
Найти в соцсетях нужную Елизавету Воронину оказалось непосильной задачей. И имя, и фамилия были слишком распространенными. Прохор промучился весь вчерашний вечер, проснулся с тяжелой головой и, понимая, что поступает не самым правильным образом, поехал к офису, в котором трудился Виталий Козанков.
Как и в прошлый раз, приехал рано, почти час сидел в машине, пока наконец не увидел знакомую фигуру.
Виталий отпер замок, взялся за дверь. Заметил подходящего Прохора, подождал, пока он приблизится.
Никакого беспокойства во взгляде Виталия Прохор не заметил. И любопытства особого не заметил. Только, пожалуй, легкую досаду.
Прохору бы тоже не понравилось, если бы кто-то отвлекал его в рабочее время.
Виталий вопросительно посмотрел, Прохор буркнул:
— Я надолго вас не отвлеку. — И решительно прошел в помещение, опередив хозяина.
Подождав, пока Виталий отопрет кабинет, уселся на стул и достал из кармана сложенный вчетверо лист с Алисой в чужом подъезде. То есть не с Алисой. С женщиной, которая очень хотела походить на Алису.
— Это ваша жена? — вздохнул Прохор.
Виталий брезгливо взял лист, равнодушно посмотрел на него и бросил на стол.
— Не понял.
— Чего тут непонятного? — буркнул Прохор. — Эта женщина — ваша жена? На волосы не смотрите, это парик.
— Я должен отвечать? — поинтересовался Виталий.
— Не должны, — признал Прохор. — Но сэкономите мне массу времени, если ответите.
— Что это за фото?
— Снимок с камеры в подъезде, куда Садовников приглашал дам.
— А при чем здесь моя жена?
— У вашей жены были причины не любить Садовникова?
— Были. И что? Кстати, ей было за что его и благодарить.
— Это ваша жена? — Прохор кивнул на лежащий на столе лист.
— Нет!
— Докажите!
— Вы хорошо себя чувствуете? — забеспокоился Виталий.
— Плохо, — вздохнул Прохор. — Не выспался. Голова тяжелая.
Хозяин кабинета озадаченно покачал головой, усмехнулся и достал из кармана телефон. Поводил пальцем по экрану и протянул Прохору.
С экрана на Прохора смотрела улыбающаяся молодая женщина. Курносый носик ей шел, делал очаровательной.
— Моя жена с прошлого вторника в декретном отпуске.
На фото женщина сидела на краешке стула. Прохор не удивился бы, если бы она отправилась рожать уже тогда.
— Простите, — покаялся он.
— Ничего страшного, — успокоил Виталий.
Прохор поднялся, но хозяин кабинета его остановил:
— Подождите.
Виталий побарабанил пальцами по столу, вздохнул.
— Вадим был неприятным человеком. На подчиненных орал. Иногда мне казалось, что ему нравится специально создавать имидж хама-барина. — Виталий откинулся в кресле. — Но назвать его законченным мерзавцем я бы не смог. У него было чувство долга, как ни забавно это звучит. Лиза не хотела, чтобы я шел к Вадиму работать. Но лучшего варианта у меня не было, и я решился. И знаете, ни минуты об этом не пожалел. Вадим вел себя со мной честно. Забавно, но мы отлично сработались.
Прохор потоптался и снова сел на стул.
— Не могу сказать, что я испытывал к нему какую-то симпатию, этого не было. Но я знал главное: Вадим меня не кинет и не подставит. — Виталий помолчал. — Мы все к нему неоднозначно относились. Лиза всегда уверяла, что ненавидит Вадима, но его смерть ее потрясла. Она даже на похороны пошла, хотя я этого не хотел.
Где-то в коридоре хлопнула дверь. Виталий внимания на стук не обратил.
— Я хочу знать, кто его убил. Я все время над этим размышляю.
— Пропали два миллиона, — напомнил Прохор.
— Да. Я пытаюсь отследить эти деньги.
Прохор помолчал и опять поднялся.
— Подождите!
Снова садиться Прохор не стал, оперся рукой о стол.
— Вадим просил секретаршу купить билет на поезд для его жены. Поезд отправлялся утром третьего июля. В тот день, когда его убили. Обычно, отправляя жену с детьми, Вадим выкупал все купе, а на этот раз просил заказать только один билет.
— То есть жены не было в Москве, когда его убили?
— Насколько я понял, она никуда не поехала. Она была в Москве вместе с няней и детьми.
— Передумала ехать?
Виталий пожал плечами.
— Это вызывает у вас подозрения? — не понимал Прохор.
— Нет. Это ничего у меня не вызывает. Просто это факт, который я не могу объяснить.
— Понятно.
В дверь сунулся мрачного вида мужик, увидел Прохора, исчез.
Прохор наконец вышел из кабинета.
Утренняя прохлада уже сменилась жарой. Хотелось пить. Он заметил киоск, едва отъехав от офиса Виталия, остановил машину, купил бутылку воды.
Лист с распечатанной фотографией женщины в подъезде остался в кабинете Виталия. Прохор достал телефон, посмотрел на электронную версию снимка, увеличил изображение. Верхняя часть лица была скрыта волосами и темными очками. Виден был только кончик носа, губы, подбородок.
Ну и фигура, конечно. Женщина была тонкой и довольно стройной.
«У моей снохи внешность фотомодели…»
Прохор убрал фотографию с экрана и набрал мать Вадима Садовникова.
— Появились новости? — сразу поинтересовалась Елена Викторовна.
— Появились, — вздохнул Прохор. — На снимке в подъезде не Алиса.
— А кто? — не поняла собеседница.
— Понятия не имею.
— Подожди, но ты же сказал, что это Алиса!
— Я ошибся.
— Ты не узнал собственную жену! — поразилась она.
— Алиса мне не жена!
— Прости.
— Не узнал. Фигура, волосы, все как у Алисы.
— А кто узнал?
— Ее гражданский муж.
— Понятно.
— Елена Викторовна, скиньте мне, пожалуйста, фотку вашей невестки.
— Зачем? — насторожилась женщина.
— Буду теперь всех дам примерять к этой фотографии.
— Хватит дурить, Прохор! — зло оборвала она.
— Почему дурить? — удивился он.
— Хватит, Прохор! — отрезала она. — Ты меня утомил своей навязчивостью!
В трубке щелкнуло. Он озадаченно повертел ее в руках.
Слово «навязчивость» не столько обидело, сколько удивило.
Прохор допил воду, поискал глазами урну. Не нашел, бросил пустую бутылку на соседнее сиденье и тронул машину.
Денис проспал. Быстро проглотил поданный Катей завтрак, наспех поцеловал ее и бегом спустился по лестнице. Около машины поднял голову — Катя смотрела на него в окно. Он помахал рукой, она помахала в ответ.