— Поторопись, Писатель, — зэк ногой перевернул труп солдата и присел на корточки, разглядывая чуть заметную рану на шее охранника в виде узкого отверстия с запекшейся черной кровью по краям, из которого все еще пузырилась розовая сукровица.
— Ха, а твоя фамилия значит Пушкарев, — Лютый ладонью смахнул кровь с часто вздымающейся в агонии груди конвоира, на которой красовалась алая роспись Писателя.
— Еще дышит, волчара, — Лютый большим солдатским штык — ножом раздвинул плотно сжатые челюсти солдата, — ишь ты, зубки — то у него из чисто червонного золота, — зэк ковырнул блестящим острием закаленной стали и на морщинистую ладонь плюхнулся золотой мост, обильно смоченный кровавой слюной. — Тащи его, браток, за штабеля, там будем кончать по команде старшого, — он передернул хорошо смазанный затвор на автомате, загоняя в патронник первую «ласточку смерти». — Минут через пять майор подаст свой петушиный голосок, а нам к этому времени надо закинуть золотишко в грузовик»
Лютый заточкой царапнул серую «чушку» в нижнем ряду пакета и оскалил от радости широкий рот, обрамленный частоколом железных зубов. Из-под серой краски высветилась желтым дьявольским светом полоска сверкающего металла.
— Мы богаты, Писатель, мы сказочно богаты и скоро будем свободны, ты хоть понимаешь это, по дороге, на первом же перевале, покрошим в винегрет остальных стрелков, а офицеришку возьмем в заложники, чтобы через запретку прорваться, а там либо в аэропорт рванем, либо на любой пароход в торговом порту и прощай Колыма. У меня в Магаданском торговом порту крановщицей бычит знакомая шалава, я с ней уже год переписываюсь, и адресок в голове забит, так что лови мою мысль на лету, «писатель-Пушкарев!»
Сергей усмехнулся, но ничего не ответил размечтавшемуся зэку. Он включил зажигание на электропогрузчике и, подцепив железными «рогами» первый поддон с пакетами, осторожно установил драгоценный груз в кузов. Тотчас рессоры фургона просели под тяжестью, и снаружи послышался голос майора.
— Эй, там, на складе, закругляйтесь и выполняйте дальнейшую инструкцию.
— Еще пару минут, товарищ майор, — крикнул Лютый и подмигнул Сергею. — Закидывай второй поддон, тихо прошептал зэк, закрывай борт и жди меня внутри будки, а я пойду еще раз напоследок орошу кровушкой колымскую землю.
Через минуту застоявшийся от мороза воздух встрепенулся от двух коротких и гулких автоматных очередей. Это был условный сигнал для шофера фургона, который тотчас запустил двигатель и включил первую скорость. «Эх, скорее бы домой» — думал молодой солдатик срочной службы и, закурив заначенную папироску, блаженно зажмурился от пестрых лучей ярко-желтого солнца, которое уже клонилось к закату, как и еще только что начавшаяся жизнь молодого бойца.
Трехосный «Зилок» медленно тащился вверх на самый крутой перевал под гордым названием Сталинский. Где-то далеко внизу, в пропасти лежала, так называемая, «Долина смерти». Здесь когда-то на этапе замерзли в одну ночь десятки тысяч безвинно осужденных русских людей вместе с грозной и преданной советской власти охраной и злыми сторожевыми овчарками. В снежной круговерти с трудом можно было разглядеть ржавые останки, сорвавшихся в пропасть и в прах разбившихся здесь когда-то автобусов и грузовых машин. Справа от дороги, на крутом заснеженном склоне, громоздились роскошные ели и сосны, а выше в облаках скрывались, покрытые льдом и снегом угрюмые вершины Колымского хребта, протянувшего свои отроги из глубины бескрайней тундры и вечной мерзлоты к самому Великому Тихому океану.
Лютый и Серый сидели на железной лавке бок о бок, плавно покачиваясь на ухабах, и молчали, уткнув ноги в, дышащую жаром, выхлопную трубу, что проходила, прямехонько, посреди будки, для прямого отопления. Они давно уяснили старую и мудрую истину, молчание — золото. Покрытые фосфором стрелки циферблата «атлантиков» — золотых часов, с памятной именной надписью «За отличную службу», и снятые Лютым с мертвого сержанта, показывали четыре часа по полудню, следовательно, в пути конвой находился уже более шести часов.
Страшно хотелось пить и есть, курево тоже отобрали, чтобы никому не взбрело в голову открыть двери фургоны, но все и охранники, и переодетые зэки, все как один, молчали и терпели, что они думали в этот час? Да, каждый о своем, но в одном они были солидарны, как бы поскорей закончить эту проклятую службу и живыми вернуться домой. Охранники с тоской и нетерпением ждали своего часа, и только эти двое переодетых и притихших на лавках заключенных знали, когда этот час наступит.
Лютый не раз проделывал столь длинный путь из Магадана на «омчаковскую зону» и обратно, когда его после очередной кассации возили в областной суд и в следственный комитет на дачу новых показаний. Он еще тогда лелеял мечту сбежать, но только сегодня он так близко подошел к той заветной грани, которая отделяет вечное рабство и смерть от свободы и богатства. Еще на складе подельники договорились, как будут действовать, если на перевале машина встанет, но, если, все же, шофер окажется опытным и дотянет до вершины перевала, решено было начинать расправу с охраной на самом пике вершины, когда грузовик будет тащиться на самой малой скорости.
Бензиновый шестицилиндровый движок «Лихачевского» завода все же не выдержал нагрузки и, не дотянув до вершины каких-то пятьсот метров, задымил, закашлял, словно чахоточный зэк, и заглох от перегрева. Молоденький шофер рванул ручной тормоз и на вопросительный взгляд майора только развел руками, мол, я не при чем, это железо не выдержало….
Майор смачно выругался, и, нехотя, вылез из теплой кабины наружу. Мелкий колючий снежок пощипывал иголочками щеки и нос. Уже стемнело и только два луча желтых фар вырывали из кромешной тьмы часть, занесенной снегом, узкой дороги. Майор постучал кулаком по бронированной будке и крикнул: «Быстро все из машины, схватились соколики и ручками понесли родную наверх, иначе через полчаса все здесь поперемерзнем к ядреней матери».
Четверо солдат, закинув автоматы за спину, уткнулись плечами в задний борт грузовика. Офицер дал команду водителю и сам ухватился за выпирающую раму, но вдруг обернулся и злобно крикнул, обращаясь к двум стоящим поодаль фигурам.
— Эй, а вы, что команды не слышали, бегом ко мне, — он начал лихорадочно расстегивать, задубевшую на морозе, кобуру пистолета, — я вам быстро слуховые и все остальные отверстия прочищу, обормоты.
— Ну, мы еще посмотрим, кто кому и что прочистит, — спокойно произнес Лютый и нажал на спусковой крючок.
В реве двигателя и свисте начинающейся метели выстрелы, практически, растворились в морозном, ночном воздухе и только четверо изрешеченных трупов говорили о том, что здесь произошла очередная колымская трагедия.
— Вы что натворили, идиоты, да я вас под трибунал, под вышку…
— Хватит кукарекать, — оборвал его Серый, — он подошел к офицеру и без слов смачно влепил ему промеж глаз полированным прикладом «Калаша». Майор замычал и завалился в снег, он попытался подняться, но второй удар по «афише» совсем оглоушил его, и он с залитым кровью плоским, обрюзгшим лицом, на время затих. Сергей вынул из офицерской кобуры заиндевевший ствол, обтер его об штанину и засунул в карман.
В это время Лютый за шкирку уже вытаскивал из кабины визжащего и упирающегося водителя.
— Мужики, вы что ошалели, вы же подписали себе смертный приговор, — молоденький шофер попытался вырваться из цепких лап Лютого, но тот перехватил его за горло и силой повернул на девяносто градусов. Под его рукой что-то хрустнула, и шофер весь сразу обмяк, глаза его закатились, и он затих.
— Дай-ка мне красивый чемодан этого козла, — Лютый указал Писателю на двери кабины, — а сам садись за руль, думаю, без балласта нам будет сподручнее доехать до конечной станции, — он по-стариковски захихикал и смачно плюнул в сторону распластавшегося на снегу охранника.
Сергей кинул серебристый кейс майора под ноги Лютому, а сам вскарабкался на место водителя и с первого оборота запустил движок, который после вынужденного «перекура» заработал, словно знаменитые часы фабрики «Победа» после очередного ремонта. Лютый примостился рядом и ножом вскрыл серебристый кейс.
— Вот они бумаги на «свинец», — Лютый распечатал папку, запаянную сургучом и скрепленную оттиском гербовой печати, — ты глянь, писатель, оказывается, золотишко надо доставить на пароход «Ангара», что сейчас заканчивает выгрузку в порту Магадана, а затем снимается на Америку, пункт назначения — Портленд, получатель — фирма «Нэви стилл Корпорэйшн», вот это да! Что же нам теперь тоже за кордон рвать когти.
— А где наш офицер, — спросил Сергей, не отрывая глаз от дороги. Он медленно выжал сцепление и начал слегка подгазовывать, чтобы не дать заглохнуть двигателю. Грузовик затрясся мелкой дрожью и потихоньку пополз вверх.
— Это майор, который, да я его спеленал скотчем и закинул в будку, пусть наше золото охраняет, а погоны его для себя припас, пригодятся, — Лютый рассмеялся, но вдруг снова помрачнел, — мы теперь, писатель, с тобой кровушкой повязаны, так что смекай, как дальше себя вести, разлучит нас теперь только твое предательство, или смерть.
— Что это тебя понесло, Лютый, на зоне от тебя ни разу за пять последних лет и полслова про смерть не услышал, а теперь, что, шибко жить захотелось? Думаешь, мы сможем это золотишко кому-нибудь скинуть, это тебе не бабские цацки по барыгам распихивать, груз серьезный.
— А я тебе про то и калякаю, что у нас в запасе не более суток. Завтра к утру, «Балда» и его лагерные псы определят, что мы с тобой дали деру, начнут с Магаданским начальством мосты наводить, хотя прямой связи у них нет, да и раньше времени шум не захотят поднимать, но нам к этому времени надо все свои дела порешать. Либо золото везти втихую на судне, ведь про этот маршрут кроме майора и его хозяина никто не знает, либо захватить самолет, загрузиться и попытать счастья в Южной Америке либо еще где, хотя второй вариант даже для меня от начала до конца кажется провальным. А если мы сдадим груз на пароход и сядем на него «зайцами», капитан, я думаю, под давлением неоспоримых фактов и аргументов, — Лютый похлопал ладонью по казенной части автомата, — не откажет нам в этом круизе, и мы сможем сами выйти на представителей фирмы. Они не станут прибегать за помощью к властям, груз-то контрабандный и вот тогда, я так мыслю, мы с ними сможем договориться.