Педро сегодня было от чего выпить! Сделка, которую он провернул на базаре в Лас-Крусес, принесла ему неплохой барыш. Поэтому он задержался в городке дольше обычного и выехал на шоссе, ведущее к поселку, где проживала его многочисленная семья, когда уже начинало смеркаться. Задержка объяснялась тем, что стоящего покупателя на свой товар он смог найти только к вечеру. Затем последовала почти двухчасовая «беседа» за рюмкой текилы, во время которой, каждый из них тянул цену на себя и только перед самым заходом солнца они смогли договориться и десять ящиков жгучего перца «чили» ушли к покупателю по цене доллар за фунт.
Нащупав в кармане пачку новеньких стодолларовых банкнот, Педро радостно улыбнулся и стал раздумывать на чтобы их потратить. День его свадьбы приближался и, если он не хочет ударить лицом в грязь, ему предстояли большие расходы. Да и свадебное путешествие, которое они вместе с его невестой Карлитой планировали провести на Багамах, тоже требовало немалых средств. Но будущее рисовалось ему в радужных тонах. Если все его сделки будут такими же успешными, как сегодня, недостатка в деньгах он испытывать не будет.
Заметив впереди крутой подъем, Педро прибавил газ и когда его «Форд» взобрался на пригорок, с хрустом врубил пятую передачу. Неожиданно свет фар выхватил из темноты, стоящий прямо на шоссе вертолет. Педро успел нажать на тормоз. «Форд» занесло и он, визжа тормозами, задом неуклюже скатился в глубокий кювет. Громко, проклиная все на свете, Педро с трудом выбрался из помятой кабины.
— Usted ser maldicho! Будь ты проклят! — заорал он в темноту, и эти слова словно застыли у него на губах.
Глаза Педро удивленно расширились.
— Mi dios! Мой бог!.. — тихо прошептал он, растерянно озираясь по сторонам.
Такую картину он видел только в нашумевших на всю страну гангстерских боевиках! Вся местность вокруг шоссе была оцеплена полицейскими машинами с включенными красно-синими мигалками. Чуть поодаль стояли выкрашенные в пятнистый цвет вертолеты. А человек двадцать вооруженных помповыми ружьями полицейских окружили одиноко стоящий у обочины старенький «бьюик». Его двери были распахнуты настежь, и от него к вертолету, в который чуть было, не врезался Педро в окружении плотного кольца одетых в темно-синие куртки людей шли три человека. До них было метров десять, и Педро разглядел, что одной из них была высокая закутанная в шерстяное одеяло женщина. Двое других: седой мужчина и примерно его возраста юноша, понуро опустив головы, шли рядом с ней. Глаза женщины и Педро вдруг встретились и он, пораженный ее красотой беззвучно замер на месте. Лицо женщины, как магнит притянуло его. Ее глаза, словно что-то хотели ему сказать. Просили о чем-то… Искали помощи… Проходя мимо него, она вдруг споткнулась, и покрывающее ее одеяло упало на дорогу. Один из полицейских ногой отбросил его к обочине. А женщина, повернув голову, глазами показала на него Педро.
— Стоять!.. — послышалось рядом и, Педро увидел, как два здоровяка, одетые в темно-синие куртки с надписью «FBI», отделившись от окружавших «Бьюик» полицейских, направились в его сторону.
У Педро перехватило дыхание. Здоровяки жестом приказали ему лечь на землю и, прижав прикладами автоматов, не отпускали до тех пор, пока стоящий рядом вертолет, пронзительно ревя двигателем и мигая разноцветными огнями, не взлетел в ночное небо. Затем раздался шум винтов других вертолетов и спустя минуту Педро остался на дороге совершенно один. Встав с земли, он нашел брошенное женщиной одеяло. На одном из концов одеяла губной помадой был написан номер телефона. Педро хотел отбросить одеяло подальше от себя, но что-то заставило его остановиться. Он вспомнил печальные глаза женщины, и, повинуясь какому-то необъяснимому чувству, вытащил из кармана мобильник и набрал на нем, написанные на одеяле цифры. После третьего гудка в трубке послышался спокойный уверенный голос.
— Посольство Российской Федерации. Вас слушают…
Лас Вегас. Наши дни…
Поблескивая разноцветными огнями, вертолет с пронзительным свистом несся в ночном небе. В кабине пилотов зеленоватыми бликами переливались панели многочисленных приборов, а в пассажирском отсеке было темно и, несмотря на работающий за тонкой перегородкой двигатель, относительно тихо. Надежда, Федоров и Андрей, молча, сидели на откидных диванчиках и, положив закованные в наручники руки на колени, смотрели друг на друга. Говорить, им было запрещено. Рядом с каждым из них сидели по два агента ФБР и, придерживая за локти, внимательно следили за их лицами. Стоило кому-нибудь из них пошевелиться, как два крепких плеча тут же сжимали ослушника с двух сторон, а пальцы фэбээровцев клещами впивались в запястья рук. «Не двигаться!» — слышался в салоне грозный окрик, и все пленники, затаив дыхание, замирали на месте.
Спустя час за стеклом иллюминатора показалось слепящее многоцветие огней Лас Вегаса. Пролетев над взлетной полосой аэропорта Маккаран, вертолет сделал круг над прямой как стрела Фримонт-стрит и, обогнув линии электропередач и ветряки энерго генераторов, приземлился в шести километрах от города на небольшом частном аэродроме. Здесь в окружении полицейских автомобилей стоял, поблескивая серебристым фюзеляжем двухмоторный «Боинг-737» с опознавательными знаками ВВС США. Пленники вышли из вертолета и их, в сопровождении вооруженных автоматами полицейских, быстрым шагом повели к самолету. Идя по бетону взлетной полосы, Надежда вдруг подняла голову и увидела стайку летящих высоко в небе птиц. Присмотревшись, она узнала в них жаворонков. Клин стаи медленно тянулся к югу и в их неспешном полете, она почувствовала, что птицы летят домой в Россию. Уже поднимаясь по ступенькам трапа к входу в самолет, она еще раз оглянулась на них и, словно прощаясь, махнула вслед закованными в наручники руками.
Вашингтон. Наши дни…
Рано утром «Боинг» подлетал к Вашингтону… За окном иллюминатора уже промелькнули утопающие в садах бело-голубые кварталы и проспекты Филадельфии, и до посадки в аэропорту имени Даллеса оставалось не более получаса. Майкл Дуглас неимоверным усилием воли заставил себя открыть сонные глаза и, в очередной раз, проверив на мобильнике почту, включил лежащий на коленях ноутбук. Хоффман звонил уже третий раз и срочно требовал отчет о проведенной в Лас-Крусес операции. Судя по его взволнованному голосу все руководство ФБР, пребывало в нервозном состоянии. С Государственным департаментом вдруг связалось посольство России и в настойчивой форме потребовало дать исчерпывающую информацию по факту задержания российских дипломатов в Нью-Мексико. Директору бюро позвонили из администрации президента и попросили прояснить ситуацию, и он срочно потребовал к себе на ковер Хоффмана. Сейчас директор поехал объясняться в Госдеп, и в каком настроении он оттуда вернется и что за этим последует, никто не знал.
Дуглас озабоченно потер ладонью лицо и, не сдержавшись, выругался.
«И когда только эти русские успели обо всем пронюхать? — с досадой подумал он. — С момента задержания прошло только три часа, а им уже все известно! Правда, задержан только один дипломат, и даже не дипломат, а сотрудник ООН. Двое других имеют американский вид на жительство и формально под юрисдикцию посольства не попадают. Но избежать скандала все равно не удастся, так как арестованный сотрудник ООН все же имел дипломатический статус и являлся лицом неприкосновенным. Откуда же могла произойти утечка информации? — напряженно размышлял Дуглас, перебирая в памяти всех, кто знал о предстоящей операции. — Из ФБР?.. Исключено. Из полиции?.. Тоже маловероятно. Там не знали, на кого организуется облава. Где же произошел прокол?.. — ломал голову он, чувствуя, что за этот скандал с него как с руководителя операции спросят в первую очередь. — И что делать дальше?.. — все настойчивее спрашивал он сам себя. — По разработанному ими с Бродди плану арестованных, пока посольство было в неведении об их судьбе, должны были доставить на одну из военно-воздушных баз и там попробовать «расколоть». Физические меры воздействия применять не планировали. Но даже с помощью наркодопроса имелись хорошие шансы их основательно «выпотрошить». Теперь ситуация менялась! Посольство, зная, где находятся интересующие его люди, будет внимательно следить за их судьбой, и, если с ними поступят слишком жестко, может пойти на ответные меры. Например, взять и похитить в Москве одного из работающих там сотрудников ЦРУ. Конечно, такой вариант был маловероятен, учитывая, какое влияние сейчас имеет в мире, Россия и какое США. Но исключать его полностью тоже было нельзя. Весь смысл операции по задержанию Смирновой, Федорова и Черкашина и сводился к тому, чтобы их исчезновение осталось бы тайной для окружающих. Именно поэтому руководство ФБР дало согласие на ее проведение. Официально о своей поездке они никого в известность не ставили. И мало ли что могло с ними случиться в безлюдных и труднодоступных районах Нью-Мексико. Никакой ответственности за них официальные власти штата не несли. Пока бы их разыскивали, из арестованных можно было выжать всю необходимую информацию, а если сильно постараться, то и перевербовать их. В случае отказа сотрудничать с ФБР их просто бы ликвидировали, а трупы оставили где-нибудь в горах, имитируя несчастный случай. Вначале все шло согласно разработанному плану… Арест произвели на пустынном участке шоссе, вдалеке от населенных пунктов. Телефоном никто из задержанных воспользоваться не успел, так как их машину остановили сотрудники бюро в форме дорожной полиции и заковали в наручники за считанные секунды. И надо же было в конечном итоге так проколоться!..»
Дуглас с раздражением захлопнул ноутбук и, отложив его в сторону, встал с кресла. Недовольство и гнев душили его, не давая, сосредоточится и закончить текст отчета, и чтобы немного успокоить нервы, он решил пройтись по салону самолета. Взяв на стойке бара стакан с апельсиновым соком, он прошел в отсек салона, где находились арестованные. Первый ряд кресел, в которых они сидели, оцепили красной лентой и поставили вокруг нескольких сотрудников ФБР, вооруженных помповыми ружьями. Такие меры предосторожности показались Дугласу излишними, но когда он сказал об этом шефу отделения бюро в Лас Вегасе, который лично руководил посадкой арестованных в самолет, тот раздраженно ответил, что от них и вообще от русских можно ожидать любых неожиданностей. Перешагнув через ленточку, Дуглас остановился рядом с пленниками. Против каждого из них на откидных креслах разместились одетые в штатское детективы и, борясь со сном, внимательно наблюдали за арестованными, хотя те, в отличие от других, летевших в самолете пассажиров, давно и крепко спали. Их лица утомленные и угрюмые были опущены на грудь, и только лицо женщины можно было хорошо рассмотреть.