— Давайте мне ее с-сюда…
Андрей покачал головой.
— Я же сказал, что готов отдать только половину. — спокойно сказал он.
Хаузер криво усмехнулся.
— А зачем мне половина, если я могу взять все… — сквозь зубы процедил он и взвел курок пистолета. — Если вы не отдадите деньги добровольно, я пристрелю вас обоих, возьму сумку, а полиции скажу, что вы пытались бежать. Такой вариант вас устраивает?
Надежда увидела, как рука Андрея, держащая сумку, напряглась. «Видимо он что-то задумал…» — поняла она и внутренне сжалась. Она обвела взглядом кафе. Оно было пустым и только у стойки бара двое негров, скучая и позёвывая, сосали через соломинку коктейль. Андрей медленно встал со стула и, незаметно подмигнув Надежде, протянул сумку Хаузеру.
Неожиданно сумка описала в воздухе круг и всей своей тяжестью ударила по руке Хаузера, в которой был зажат пистолет. Пистолет со звоном упал на пол и, вращаясь как юла, покатился под соседний столик. Не останавливаясь, сумка описала еще один круг и с глухим стуком врезалась в лицо Хаузера, размазывая на нем кровь и брызги «Спрайта», хлынувшие из разбитой бутылки.
Все это произошло так быстро, что Надежда не успела даже испугаться. Она неподвижно сидела на стуле, пытаясь понять, что происходит, и вдруг боковым зрением увидела справа от себя руку с пистолетом. Поблескивая черной матовой сталью «Браунинга», рука медленно поворачивалась в сторону Андрея. Громко, вскрикнув, Надежда вскочила и перламутровыми ногтями, вцепилась в нее. В баре раздался, похожий на хлопок лопнувшего воздушного шарика, выстрел. Услышав его, негры от стойки бара бросились к выходу, а бармен с испуганным лицом, спрятался за стоящий на стойке холодильник. Надежда заученным рывком завела руку Сильвии за спину. «Браунинг» упал на пол, а лицо Сильвии исказила гримаса боли.
— А-а-а! — не сдержавшись, закричала она и вместе с Надеждой повалилась на усыпанный окурками и пустыми стаканами пол.
Отбросив сумку в сторону, Андрей прыгнул на Хаузера, сбил его с ног и с силой ударил ребром ладони по шее. Тот придушенно захрипел и спустя секунду другую перестал шевелиться. Увидев, что его противник больше не опасен, Андрей поспешил на помощь Надежде. Из-за холодильника выглянуло бледное лицо бармена.
— Сеньоры, не могли бы вы покинуть мое кафе! — косясь на лежащие, на полу пистолеты, попросил он. — На другой стороне дороги есть пустырь, где вы можете продолжить выяснять ваши отношения.
Андрей помог Надежде подняться. Та, придерживая Сильвию за руку, встала с пола. Сильвия тяжело дышала и испуганно глядела, то на Андрея, то на Надежду.
— Приношу вам свои извинения! — обратился Андрей к бармену. — На шоссе с этой парочкой у нас возник небольшой конфликт. Они не уступали нам дорогу, и мне пришлось поучить их хорошим манерам. Ваши убытки мы готовы возместить.
Бармен замотал головой.
— Об убытках можете не беспокоиться. — заверил он Андрея.
Андрей поднял с пола сумку и пистолеты. Затем он подошел к, лежащему на полу Хаузеру, и вытащил из кармана его брюк документы. Надежда тоже извлекла из заднего кармана джинсов Сильвии небольшую пластиковую карточку. «Центральное разведывательное управление США» — прочла она на ней. Повертев карточку в руках, она перебросила ее Андрею.
— Все равно вы не выберетесь из страны, — с ненавистью прошептала Сильвия. — И смерть Марка вам не простят. — Сильвия кивнула на Хаузера. — Он в Лэнгли большой начальник. Специально сюда прилетел, чтобы вас поймать.
Андрей усмехнулся.
— Ничего с твоим Марком не случится. — сказал он. — Полежит часик-другой и очухается. А чтобы нас поймать, большим начальником быть мало, надо еще и голову на плечах иметь.
Вспомнив прощальные слова Дугласа, Андрей окинул Сильвию задумчивым взглядом.
— А может быть эту красотку нам взять с собой? Мало ли что в дороге может произойти. Да и знает она очень много. Хотелось бы с ней в спокойной обстановке побеседовать. — повернувшись к Надежде, предложил он.
Надежда пожала плечами.
— Я не против. — согласилась она. — Сильвия местная. Хорошо знает страну и язык. Может пригодиться.
Сильвия испуганно побледнела.
— Я с вами никуда не поеду. — зло отрезала она.
За окном послышался шум подъехавшей к кафе машины.
Андрей подошел к бармену.
— Сеньор, позаботьтесь, пожалуйста, о пострадавшем. Его подруга согласилась поехать с нами и показать дорогу до границы с Венесуэлой.
Андрей положил перед барменом две стодолларовые банкноты, и они вместе с Надеждой, взяв под руки упирающуюся Сильвию, вышли из кафе.
Карибское море. Квадрат «45–12»…
Запись в судовом журнале крейсера «Вирджиния»:
«19 сентября 201… года, 20.00
Координаты: 21° 40’ с.ш.; 80° 35’ з.д.
«Петропавловск» закончил операцию по спасению экипажа с затонувшей подводной лодки. Согласно радиоперехвату на борт «Петропавловска» поднято семьдесят восемь человек команды во главе с командиром лодки. Пятеро подводников погибли. Двое пропали без вести. Куда они исчезли, никто из оставшихся в живых членов экипажа объяснить не смог. Видимо их исчезновение станет еще одной тайной бермудского треугольника, в водах которого и произошла эта катастрофа.
Вахтенный офицер лейтенант-командер Рой Макномара.»
Колумбия. Граница с Венесуэлой…
За окном забрызганного грязью «Рендж ровера» мелькали изумрудно-зеленые заросли тростника. Машина то и дело проваливалась в глубокие, заполненные водой ямы и, натужено ревя мотором, с трудом выбиралась из них. Ветки деревьев хлестали по лобовому стеклу. Андрей, стирая с лица капли пота, с напряжением вглядывался в дорогу. Несмотря на то, что в салоне работал кондиционер, его рубашка намокла от пота, а ноги из-за налипшей на них грязи постоянно соскальзывали с педалей. На заднем сиденье машины сидели Надежда и Сильвия. Руки Сильвии были обмотаны скотчем, а к поясу джинсов привязана толстая веревка, конец которой держала Надежда.
Иногда, когда машина особенно сильно подскакивала на ухабах, Сильвия начинала злобно ругать Андрея и Надежду, посылая проклятия на их головы, а также на головы их родных и знакомых. Постепенно запас проклятий у нее истощался, и она замолкала до нового толчка машины. Выбравшись из очередной ямы, Андрей притормозил и, повернувшись к Надежде, облегченно сказал.
— Судя по карте, мы почти приехали. Граница проходит вон за тем холмом. — он показал рукой на небольшую возвышенность справа от дороги. — Сейчас надо быть особенно осторожными.
Он свернул с дороги и по, еле заметной, в быстро сгущающихся ночных сумерках, колее, поехал к холму. Внезапно «Рендж ровер» повело в сторону. Он скатился в болотистую низину и завяз в ней. Андрей дал газ. Фонтаны грязи вырвались из-под колес, но машина осталась на месте. Выругавшись, Андрей вылез из салона и стал осматривать завязшие в липкой зеленоватой тине колеса.
— Ничего, сейчас выберемся! — бодро сказал он.
Вдруг словно эхо от его слов над дорогой прозвучало.
— Руки вверх! Не двигаться!
Растерянный Андрей замер на месте. Стена тростника за его спиной зашевелилась, и из нее показались увешанные оружием люди в желто-зеленом камуфляже.
Колумбия. Военная база «Пуэрто-Лопес»…
Просьба сержанта-детектива колумбийской полиции Майкла Дугласа крайне удивила. Тот разыскал Майкла в баре отеля за игрой в «покер» и, показав ему свое удостоверение, предложил встретиться для передачи каких-то важных документов. На все вопросы Майкла, что это за документы, детектив отвечал, что расскажет о них, только оставшись с Майклом наедине. Пожав плечами, Майкл предложил детективу прийти к нему через час.
Ровно через час они встретились и детектив, передав Майклу толстую красную папку, рассказал о следующем. Его зовут Хосе Ольенде. Он возглавляет отдел, который занимается борьбой с наркоторговцами, перевозящими кокаин на восточное побережье США. По словам Ольенде, Майами в последние годы стал кокаиновой столицей Америки. «Снег» — так называют кокаин, его производители, доставляется сюда из Колумбии. Его привозят люди, представляющие разные интересы, как в Майами, так и в Колумбии. Это неизбежно приводит к конкуренции между ними, и является причиной кровавых разборок среди американских, кубинских и колумбийских гангстеров. Полиция взирает на это философски, предоставляя преступникам право, самим убивать друг друга. Подобное положение вещей всех устраивает.
Но с некоторых пор ситуация изменилась. По данным полиции в Майами ежемесячно, стали прибывать дополнительно двести килограммов кокаина, которые попадали в руки кубинских эмигрантов, обосновавшихся в одном из пригородов города. Им покровительствует сам Рауль Массини — наиболее влиятельный лидер кубинской эмиграции. Разразилась настоящая война между кубинцами и их конкурентами, среди которых главным была «семья» дона Хорхе Родригеса, вернее, ее филиал в Майами.
Война закончилась вничью. Ни одной из сторон не удалось одержать решающей победы, но люди Рауля Массини с полным правом считают себя победителями: им удалось отвоевать значительный кусок рынка и закрепиться на своих позициях в жесткой борьбе с колумбийскими поставщиками товара. У кубинских эмигрантов был серьезный козырь — возможность практически беспрепятственного ввоза кокаина во Флориду, в то время как каналы поставки наркотиков их конкурентов постоянно подвергались атакам, как со стороны колумбийской полиции, так и со стороны ФБР.
Хосе Ольенде решил выяснить, как кубинцы привозят кокаин во Флориду и вскоре нашел доказательства того, что в этом им активно помогает Центральное разведывательное управление США. Ольенде показал Майклу несколько фотографий, на одной из которых, тот сразу узнал Марка Хаузера. По словам Ольенде, Хаузер использует каналы ЦРУ для транспортировки наркотиков и втянул в этот криминальный бизнес еще несколько высокопоставленных сотрудников управления. Многочисленные фотографии, записи телефонных разговоров и банковские счета, хранящиеся в красной папке, красноречиво свидетельствовали о том, что Ольенде говорит правду.