Из воспоминаний вырвал голос огненного монстра:
— Настя…
— А? — я перестала теребить оборку на юбке, вскинула голову.
— Через пару часов мы приедем в родовой замок герцога Фарриана. Герцог — один из предводителей аристократии Фаргоса. Он лоялен к короне, так что визит обещает быть приятным. Кроме герцога, наверняка, будет несколько баронов, а так же граф Ванолис и граф Дунрар. Женщины тоже будут — жены, возможно и дочери. Тебе не обязательно с ними общаться, но если всё-таки захочешь… — Принц глубоко вздохнул, словно подбирая слова. — Женщины могут проявлять любопытство. Их вопросы могут показаться тебе некорректными.
Я изобразила заинтересованный взгляд, а красноволосый хмыкнул и пояснил:
— Мама рассказывала, что в твоём мире не принято обсуждать интимную сторону жизни. По крайней мере, такие выводы она сделала, общаясь с тем колдуном. Как его…
— Валера из Свердловска, — напомнила я.
— Да, он самый. Так вот, ты не обязана отвечать. Ты вообще ничем никому не обязана. Единственное — постарайся обращаться ко мне на ты.
Я кивнула. Рука невольно потянулась к причёске.
— Не беспокойся, — сказал Эрик. — Ты превосходно выглядишь.
Кажется, я смутилась — просто как-то непривычно слышать в свой адрес слово «превосходно». Скользнула взглядом по платью — сочетание бледно-золотого и ярко-пурпурного, да ещё белоснежные оборки… Чёрт возьми! Слишком ярко! Чем я думала, когда выбирала платье?
В сознании раздался тихий, явно недовольный стон Вереза.
«А что?» — нахмурилась я.
«Ничего. — Отозвался маг. А потом как гаркнет: — Хватит трястись!»
Поджала губы. Верез, конечно, прав. Может я не писаная красавица, и платья у меня средненькие — всё-таки портниха не выходные наряды шила, а повседневную дворцовую одежду — но переживать из-за этого бесполезно. Подумаешь, бледная мышь! Зато я вроде как подруга принца… А что он в такой поганке нашел — вопрос не ко мне.
Старик снова застонал.
«Женская логика… — горестно проблеял он. — Ты уж определись, какая ты — яркая или бледная!»
Мда… Что-то я опять загоняюсь.
Карета свернула, а спустя четверть часа остановилась. Я глянула в окошко, но никакого замка не обнаружила, вместо него — голая каменистая площадка, в отдалении всё тот же неказистый лес.
Снова тронулись — в глаза ударил ослепительный свет, появилось чувство, будто душа отделяется от тела. Когда всё прошло, пейзаж за окном изменился — тоже площадка, но уже мощёная булыжником, тоже лес, но вполне обычный, как в нашем Подмосковье.
— Стационарный портал, — пояснил красноволосый.
Впрочем, я уже и сама догадалась.
— А до замка сколько?
— Примерно полчаса.
Я нахмурилась. Почему порталы так далеко? Ведь и в Западный Оплот добрых полчаса ехали, и из Каззинтса до портала добирались достаточно долго. Озвучила своё недоумение и услышала:
— По официальной версии стационарные порталы имеют неблагоприятный фон. А в действительности, такое расположение удобней при военных манёврах. В случае, например, бунта, можно спокойно переправить через такой портал несколько отрядов, оценить обстановку, переформироваться и незаметно подойти к городу. А если здесь будет засада, то переправить через портал боевой заряд и уничтожить противника не повредив собственные войска.
Я немного припухла от таких подробностей, спросила осторожно:
— А почему вы мне об этом рассказываете?
— Не вы, а ты, — поправило высочество. А на вопрос не ответило, только плечами пожало.
Я решила не искушать судьбу и не грузить себя лишними знаниями и загадками, тем более пейзаж за окном довольно занятный — то кусочек леса, то поле, то снова лес… И всё такое обычное, точь-в-точь как дома.
Потом лес кончился, взгляду предстало бескрайнее поле, в центре которого расположился высокий замок из белого камня. Я нервно сглотнула — уж очень столицу Ремвида напоминает, тоже жемчужина, только очень маленькая.
— Нравится? — тихо спросил Эрик.
Я ответила честно:
— Нет. Не очень.
— А дворец?
— Какой дворец? — снова нахмурилась я.
— Королевский.
Сделала большие глаза и промолчала. Странный он сегодня. Может тоже с лошади упал?
Когда подъехали ближе, с удивлением увидела, что замок окружен широким рвом и оснащён подъёмным мостом с решеткой. Белые стены испещрены бойницами, а на воротах самая настоящая стража, с копьями и очень внушительными арбалетами. Я невольно напряглась и заёрзала, несмотря на то, что вояки вытянулись и отсалютовали.
Когда проезжали под решеткой — почувствовала себя птицей, угодившей в клетку. Но Эрик был спокойней каменной статуи, и я запретила себе паниковать.
За внешней стеной обнаружилась вторая, за ней — ещё одна, и только миновав третьи ворота с подъёмной решеткой, въехали на широкий замковый двор.
Нас уже ждали. Делегация была большой и знатной. От одного взгляда на эту аристократию в глазах зарябило, а сердце дрогнуло от ещё одной неприятной ассоциации — встреча сильно напоминала приветствие в ратуше Западного Оплота.
— Эрик, ты уверен? — осторожно спросила я.
Он скривил губы и сказал:
— Не бойся.
Ладно, не буду.
Я натянула на лицо сиятельную улыбку, задрала подбородок повыше, а когда Эрик вышел из кареты и подал руку, смело вложила ладошку в его ладонь. Вот так, рука об руку, мы предстали перед аристократами, слетевшимися под крыло герцога Фарриана.
Мужская часть делегации слаженно согнулась в поклоне, женская — она была куда меньше, зато несравнимо роскошнее — изобразила глубокий реверанс. Я тоже хотела присесть, но Эрик повернулся, шепнул, касаясь уха губами:
«Не кланяйся.»
Сам тоже остался столбом, и лишь улыбка намекала подданным, что принц-таки рад видеть их благородные физиономии.
Как и в Западном Оплоте, вперёд вышел один — седеющий, высокий, с острым носом и надменным лицом. Низко поклонился, сказал:
— Ваше высочество! Госпожа Настя! Рад приветствовать вас в своём замке.
Эрик крепко сжал мою руку, но я не поняла — приседать или так постоять. Подумала и всё-таки сделала условный реверанс. В конце концов, с меня не убудет.
Мужчина растянул губы в улыбке, отступил в сторону и сделал приглашающий жест. Толпа расступилась — я не удивилась, такое тоже уже видели. Но, в отличие от градоначальника Западного Оплота, герцог Фарриан не сзади шагал, а рядом с Эриком. А вот с моей стороны примостился Кардер. Я бросила мимолётный взгляд на блондина, тот прям-таки лучился довольством.
Чёрт. Тоже с лошади упал?
«Не отвлекайся…» — протянул Верез.
Я такой заботе, конечно, не порадовалась. Тем не менее, к совету прислушалась — подновила улыбку, бросила игривый взгляд на Эрика и сосредоточилась на происходящем.
Внутреннее убранство замка не удивило — благо, даже я фильмы о рыцарях и королях Артурах, смотрела. Да к тому же, во дворцах бывала, причём не раз. Зато по лицам аристократов было видно — они ждали, что начну удивляться картинам в дорогих рамах, коврам, статуям, витражам и витиеватым светильникам, которые горели, несмотря на то, что за окном день.
Это выяснилось пока герцог, на правах гостеприимного хозяина, рассказывал Эрику о недавнем «ремонте». Не уверена, что по этикету Фаргоса подобное позволяется, но принц делал вид, будто ему не всё равно. А может действительно заинтересовался, ведь герцог и о защитных плетениях говорил.
Поймав очередной выжидающий взгляд от очередного мужчины в дорогом камзоле, я не выдержала, спросила:
«Верез, что происходит?»
«Думаю, кто-то из них бывал в твоём мире и, по случаю приезда колдуньи, рассказал о своих впечатлениях остальным. У вас ведь такой роскоши нет. У вас квартиры или простые дома.»
«Есть у нас роскошь. И получше вашей.»
«Ну… заколдовать замки в Петергофе или Кремле я не мог, так что в Фаргосе про них не знают.»
Выходит, толпа расфуфыренных и распомаженных считает меня девочкой из убогого захолустья? Тогда тем более удивляться не буду, даже если кормить станут с тарелок, усыпанных бриллиантами.
Про «кормить» я угадала… Подтянутый лакей распахнул высокие арочные двери и мы оказались в обеденном зале. Столы были накрыты. Слуги, поджидавшие гостей, напоминали официантов фешенебельного ресторана — строгие, прямые, в тёмных камзолах а-ля смокинг.
Наша компания завтракала совсем недавно, но слюноотделение пошло — в воздухе витали умопомрачительные ароматы. Свежий хлеб, жаренное мясо, специи…
— Прошу! — герцог снова сделал приглашающий жест и повел к отдельно стоящему, самому роскошному столу.
Эрику предлагалось сесть во главе, но он отказался, уступив место Фарриану. Их недолгий обмен любезностями наводил на мысли, что предложение хозяина замка — простая формальность, как и отказ принца.
Когда мы всё-таки расселись, выяснилось — тарелки действительно инкрустированы камушками, некоторые из которых очень похожи на бриллианты. Я усмехнулась и подумала — а не выковырять ли парочку? Просто так, из вредности.
А потом закрутилось… Завтрак и разговоры, прогулка и разговоры, осмотр библиотеки и разговоры… Боже сколько слов! И все абсолютно бессмысленны! То погода, то мода, то самочувствие королевы, то ярмарка… Они даже дойку коров упомянуть умудрились. И ведь всё это с великосветскими оборотами, в стиле «премного благодарен, но позволю себе не согласиться и оспорить ваше мнение» или «вы не могли бы быть столь любезны и объяснить мне, сущему профану в такого рода вопросах…».
В разговоре участвовали, в основном, Эрик и герцог. Остальные вклинивались и очень быстро выпадали из беседы. Я же просто выпадала, в глубокий астрал — я же всё это время при Эрике была и, в отличие от большинства, каждое слово слышала! А принц придерживал за талию, изредка наклонялся, чтобы пощекотать дыханием шею, или касался губами волос, или ловил свободной рукой мою ручку… Короче, смущал жутко.
Когда герцог Фарриан вывел Эрика, а вместе с ним и меня, и толпу аристократов, в застеклённую галерею, соединяющую две башни замка, я неожиданно поняла, что вся эта чушь имеет глубокий смысл. Это не просто болтология — это способ разведать обстановку, надавить на противника, намекнуть и посмотреть, как собеседник отреагирует на намёк, и прочее, прочее, прочее… В общем — брачные танцы павианов, ритуал, необходимый для спаривания. А с