— Я уничтожила. — Арианна окинула всех взглядом. Она находилась всего в середине комнаты, но чувствовала себя так, словно стояла на парапете самого суда. — Я сожгла исследования. Моя работа, их работа, все до последней крупицы исчезло. А потом, прежде чем они успели пасть от переизбытка магии, напитавшись ею, чтобы отбиться от Всадников, или прежде, чем Всадники смогли наложить на них свои когти… Я убила их. Всех до единого.
Воздух в комнате менялся. Он наполнился их удивлением и страхом. И Арианна была проводником всего этого. Она питалась этим. Она черпала силу.
Флоренс улыбалась.
— А шкатулка? — Уиллард, казалось, был единственным, кто смог вернуть себе голом.
— Только одна. — Арианна постучала себя по груди. — А схемы для нее здесь. — Она поднесла пальцы к виску.
— Ты чудовище, — прошептал Револьвер.
— Да. — Арианна не стала отрицать этого. Пусть они боятся ее настолько, что оставляют в тени и безвестности, которые она предпочитала. — Я не Фентри и не Дракон. Я также не ограничена рамками того, что Лум называет Химерой. Я — существо собственного творения, и поэтому, если я и поделюсь с Лумом этим знанием, то только тогда, когда у него будет план, как его использовать.
— Что ты имеешь в виду? — Казалось, Наместник Дав пришла в себя.
— Я…
— Только одна. — Алхимик поднялся на ноги, Подмастерье, судя по тому, что он сидел в последнем ряду, не слишком важный. — Есть только одна шкатулка, и она в ней.
— Лео. — Наместник Этель произнесла предостерегающим тоном.
— Мы просто вскроем ее и посмотрим, что получится. — Алхимик посмотрел на Уилларда. — Ты, Клепальщик, можешь разобрать ее на части. Если она не отдаст ее нам добровольно, мы заберем силой.
Арианна не собиралась чувствовать себя под угрозой из-за ребенка, который выглядел не старше Хелен и имел в два раза меньше манер.
— Мы не собираемся забирать ее силой. — Уиллард защищал ее. Арианна не знала, было ли это из-за его инстинкта Наместника или из уважения к ее работе. В любом случае она оценила этот жест.
— Он прав. — Наместник Грегори наконец заговорил. — Осталось совсем немного времени, чтобы мы могли ожидать того, что приготовил для нас Король Драконов, особенно в таком составе. Нам нужно защищаться.
— Защита будет спланирована. — Флоренс напомнила всем, что она здесь, и возвысила голос над шумом. — Именно поэтому мы здесь. — Она повернулась к подмастерью-Алхимику. — А теперь займи свое место.
— Ты не можешь мной командовать.
— Займи свое место, Лео, — приказала Наместник Этель, окинув Флоренс взглядом, который чуть не переметнулся к ней за то, что она приказала одному из своих учеников.
— Нет, он прав. — Револьвер встал. — Я предлагаю убить предателя Лума. — Он выхватил пистолет и направил его на нее.
— Допустим, ты сможешь убить меня. Это трудно. Поверь мне, это трудно. И ты сможешь быстро переделать шкатулку. — Арианна наклонила голову в сторону, ее рот скривился в ухмылке. — Я не сказала тебе, какой цветок тебе нужен из Новы. Я не рассказала тебе, как закалить золото, чтобы получить его свойства. Я не объяснила принцип работы шкатулки. Как ты думаешь, надолго ли хватит Лума? — Она протянула руки. — Стреляй, если думаешь, что сможешь разобраться во всем этом до того, как Король-дракон убьет нас всех.
Рука Подмастерья дрогнула, ствол револьвера сделал крошечное колебание в воздухе.
— Или сядь, и пусть взрослые придумают, как сделать так, чтобы Лум достался тебе в наследство. — Она опустила руки к бокам.
На краткий миг в голове Револьвера промелькнула мысль. Но Арианна придавала ситуации слишком большое значение. Она жила в мире, где царила напряженная обстановка, и зачинщики Револьвера становились подмастерьями раньше времени, просто по необходимости.
Мальчик выстрелил.
В ушах зазвенело, но магия быстро исцелила повреждения слуха от выстрела в маленькой комнате. Из выбоины в камне яруса позади нее посыпалась пыль. Арианна открыла рот, чтобы что-то сказать, но раздался лишь звук выстрела из другого револьвера.
Дым исчез из ствола пистолета Флоренс, а тело Подмастерья Револьвера тяжело упало на пол, кровь заструилась по его лицу из пулевого отверстия между глаз. В комнате воцарилась тишина. Арианна посмотрела на девушку, которая была ее ученицей. Девушку, которую она вытащила из Подземелья.
Один выстрел — и эти образы исчезли.
Она не знала женщину, которая стояла на месте Флоренс мгновение назад. Эта женщина двигалась так же, как Флоренс, одевалась так же, как Флоренс. Она даже говорила так же, как Флоренс. Но Арианна видела ее как будто впервые и не могла не задаться вопросом, как долго она здесь находится.
— Сейчас не время для разногласий, — тихо проговорила Флоренс, убирая пистолет в кобуру. — Мы будем стоять вместе или не будем стоять вообще.
Никто не заговорил. Никто не двигался. Казалось, вся комната затаила дыхание.
— Ты согласен, Наместник Грегори? — Флоренс повернулась к наместнику человека, которого она только что убила в мгновение ока.
— Согласен, — отозвался Грегори после долгой паузы. — Револьверы должны помнить, что на каждый наш выстрел должно приходиться два, которые мы сдерживаем. С правом убивать приходит ответственность за защиту жизни.
— Хорошо сказано. — Флоренс оглядела комнату. — А защищать жизнь — это как раз то, что мы будем делать, используя силу Совершенной Химеры. Но сначала, я полагаю, Наместник-Харвестер хотел обсудить некоторые вопросы снабжения…
— Д-да, спасибо, Флоренс. — Пауэлл прочистил горло и пустился в пространные рассуждения о текущих ресурсах.
Все остальные казались увлеченными, но внимание Арианны было полностью сосредоточено на Флоренс. Она избегала взгляда Арианны, хотя, должно быть, чувствовала его тяжесть.
Арианна не сомневалась в том, что Флоренс будет полностью предана ей.
Но впервые она задумалась о том, что и кого она поддерживает. Впервые она не чувствовала себя самым опасным человеком в комнате.
15. Кварех
Весь вечер после приезда брата ему как-то удавалось избегать Финнира. Кварех не слишком скрывался, по крайней мере, явно, но боги присматривали за ним и постоянно отправляли его брата куда-нибудь подальше. Когда рассвело, он отмокал в ванне, пока вода не остывала, несколько раз переодевался и завтракал на террасе дольше всех.
Но как Лорд Син в свое время приходил за всеми людьми, так и ему в конце концов пришлось пробиваться к брату.
Кварех не был уверен, что его удивило то, что Финнир до сих пор не послал за ним. Конечно, им было о чем поговорить. Петра была самой храброй из них троих, она с головой уходила в решение проблем — ни одна ситуация не была слишком неудобной или пугающей. Теперь настала очередь Квареха быть храбрым.
И вот, облачившись в бронзовые латы и накидку из голубой ткани, прикрывавшую левую руку, Кварех направился в покои брата.
По дороге слуги настороженно поглядывали на него, явно не зная, что делать с младшим братом Син, направляющимся к Оджи. По настороженности в их глазах он понял, что они хотят, чтобы он бросил вызов, а по обиде и предательству — что никто из них этого не ожидал.
Кварех молчал, его шаги были бодрыми и длинными. То, что стало владениями Финнира, занимало третье крыло на нижнем этаже и состояло всего из нескольких соединенных между собой комнат. Это были самые красивые из тех, что Петра предназначила для гостевых покоев и покоев Кин. Достаточно хорошо, оценил Кварех, разглядывая убранство и тщательно обработанное дерево.
Это слишком хорошо для Финнира, подкрался коварный голосок.
Его уши уловили голоса за несколько шагов до двери. Кварех замер, пытаясь уловить слова, когда дверь внезапно распахнулась изнутри.
— Видишь, мне показалось, что я учуяла твоего брата, — сказала Фейи Финниру, но не сводила глаз с Квареха.
— Прости меня, брат. — Говорить было уже трудно. Его челюсть болела от гнева, который заставлял ее сжиматься. — Я не знал, что, не взяв с собой завтрак, ты будешь вынужден преломить утренний хлеб с Рок.
Финнир тупо смотрел на него из-за стола. Это был совсем иной образ, отличный от того, который он создал перед приездом. Теперь у него было преимущество. Поэтому он смотрел на Квареха с безразличием и двойственностью, словно оценивал собственного брата как малозначимого и малоценного.
— Я много раз обедал с Рок. Ты бы не отказался, брат, найти их компанию приятной. — Финнир оглянулся на свою тарелку, разгрыз небольшой каравай с семечками и обильно намазал его маслом.
— Я и не думал подразумевать обратное. — Кварех обернулся к женщине, которая все еще смотрела на него с ликующей ухмылкой. — Мне лучше знать.
Женщина вернулась в комнату, оставив дверь открытой. Покачивая бедрами, как подобает бордельной мадам, она подошла к кровати и улеглась на нее так, словно она принадлежала ей.
Может, он не так понял? Неужели Финнир просто вернул пару? Вполне логично, что за годы, проведенные на Лисипе, он должен был найти кого-то, кому можно довериться. Вытесненный Там имел такой же смысл, как и все остальное…
Финнир не обратил внимания на женщину, а настороженно наблюдал за Кварехом, когда тот вошел в комнату.
— Что тебе нужно?
— Я хочу поговорить с тобой. — Кварех сразу перешел к делу. По тону Финнира было ясно, что они не собираются вступать в дружеские или непринужденные отношения.
— Тогда говори. — Финнир запихнул в рот дыню, жуя как животное. Сок капал ему на подбородок, когда он вгрызался зубами в бледно-желтую мякоть.
— Можно нам уединиться? — Кварех взглянул на женщину, которая осматривала свои когти. Кварех четко понял смысл сказанного: Она была готова нанести удар в любой момент.
— Все, что ты скажешь мне, может быть сказано и перед Мастером-Всадником Фейи.
Как будто его брат начал говорить на языке Фенниш. Нет, это было нечто более непонятное, чем шепот серых народов, живущих под Линией Бога. Он собирался позволить Всаднице Рок присутствовать при разговорах Дома Си