— Цветы Агенди выкорчевывают.
— Что? Кто? — Ее удивление успокоило его: не было никакого вспомогательного метода, который она использовала для их получения.
— Кто еще это может быть?
— Рок?
— Думаю, да. Я сейчас в храме. Подожду и посмотрю, кто придет. — Кварех прислонился к одной из колонн на вершине каменных ступеней, оглядывая половину бесплодной земли. — Ты знаешь кого-нибудь, кто мог бы предать нас?
Последовала долгая пауза, которая сказала больше, чем ее ответ.
— Я не уверена.
— Но ты подозреваешь.
— Подозреваю.
Он был поражен тем, как хорошо складывается их разговор, хотя все в нем говорило о том, что не стоит заходить слишком далеко.
— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить цветы, но тебе нужно получить их как можно скорее.
— Понятно.
Это был конец их общения, момент, когда все должно было закончиться.
— И еще кое-что, — поспешно добавил он.
— Что? — Он с облегчением услышал в ее голосе скорее любопытство, чем раздражение.
Что он собирался сказать? Я все еще люблю тебя? Кварех было лучше знать; ее не интересовали подобные признания.
— Будь осторожна.
— И ты тоже.
Связь прервалась.
Кварех прошел под сенью крыши храма, подошел к дальней стене и пристроился в углу за статуей Лорда Агенди. Он подождал бы там, чтобы узнать, какая сила нарушила жизнь цветов, которые были так дороги им обоим.
2
7. Арианна
Он связался с ней.
Она просила его не делать этого. Она сказала ему, что если он что-то ценит в них, то не станет этого делать.
Почувствовав его шепот, она отлучилась с производственной линии и теперь стояла в маленькой боковой комнате, примыкающей к этажу. Арианна смотрела на линию через окно. Она начала работать хорошо. Количество брака было почти достаточно низким, чтобы назвать ее правильной линией. Но все было бы бесполезно, если бы у них не было цветов.
Ее Дракон обратил на это внимание. Как бы глуп и неумел он ни был во многих вещах, он понимал, как важны для них цветы. На ее губах заиграла улыбка.
Ей не следовало улыбаться. Это противоречило здравому смыслу. В конце концов, он сделал то, о чем она недвусмысленно просила его, и цветы, в которых они нуждались, были уничтожены. Не говоря уже о том, что оставались еще нападения Драконов и схемы, которые она должна была отправить Флоренс.
Но сердце ее колотилось. Ее разум был начеку и готов. Даже будучи Клепальщиком, Арианна испытывала те острые ощущения, которые обычно свойственны Арианне — Белому Призраку, и которые означали, что грядет нечто грандиозное.
— Чарльз! — позвала она, бросаясь обратно к линии. — Чарльз!
— Да, я здесь! — С дальнего конца шеренги виднелся взмах руки, и Арианна помчалась к другому Мастеру. Она схватила его за локоть и потянула в сторону. За шумом шестеренок и жужжанием машин они едва слышали друг друга, не говоря уже о том, чтобы их мог подслушать кто-то еще.
— Чарльз, где Клепальщики держат планеры?
— Прости?
— Я знаю, что вы держите их здесь.
— Есть ангар, недалеко от самого Гарре… — Его голос прервался, и он бросил на нее взгляд, который, скорее всего, должен был быть изучающим. Когда она замолчала, он перешел к прямому вопросу. — А зачем тебе планер?
— Передай Уилларду, что я пошла за цветами, которые нам нужны.
— С Новы?
— Да, именно так. У нас достаточно шкатулок, можно приступать ко второму этапу. — Арианна сделала паузу, вспомнив о пистолете, над которым работала несколько недель. — Я оставлю несколько схем оружия в зале Мастеров. Проследи, чтобы их отправили Флоренс.
— Флоренс? Не Наместнику Револьверов? — Чарльз выглядел озадаченным. Требование было нестандартным.
— Да, Флоренс, только Флоренс, — подтвердила она без колебаний.
— Когда ты вернешься? — Он нервно посмотрел на линию.
— Когда смогу, — ответила она. — У тебя дела идут хорошо. Ты понял, что это за шкатулка.
— Код к ангару: красный, тридцать два, пять, оранжевый.
— Услышала. — Арианна быстро отошла, выдавая срочность ситуации.
Он поймал ее за локоть.
— И будь осторожна.
— Я…
— Правда, Арианна, будь осторожна. — Чарльз крепко сжал ее руку, прежде чем отпустить. — Ты нужна миру живой прямо сейчас.
Слова «прямо сейчас» засели у нее в голове, пока она бежала по коридорам, возвращаясь в комнату Мастера Оливера. Они прозвучали как тихое обещание, когда она схватила прототип оружия и разложила схемы, чтобы Чарльз нашел их позже. Она с максимально возможной скоростью направилась к одному из планеров в дальнем ангаре.
Сейчас она была нужна миру как Арианна, изобретательница и создательница Философской Шкатулки. Однако, когда борьба закончится и восстание достигнет успеха, она сможет исчезнуть, оставшись в истории незамеченной. Она могла быть кем угодно и ни перед кем не отчитываться, как делала всю свою жизнь в годы, предшествовавшие восстанию.
Но прежде чем она сможет проскользнуть между трещинами времени и памяти, ей нужно было увидеть, как Лум одержит победу. А для этого нужно было вернуться на Нову.
2
8. Кварех
Он ждал уже час, показавшийся ему вечностью, когда появился Каин.
Его друг и неизвестная Квареху Всадница приземлились, разделись и начали спускаться по тропинке к храму. Кварех встал, выходя из тени позднего часа на остатки солнечного света.
— Убери своего боко, — обратился он к ним.
— Что?
— Убери своего боко, — повторил Кварех, уже мягче, когда они оказались рядом.
— Почему? — скептически спросил Каин. — Разве мы не перевозим цветы?
— Пока нет. — Кварех оглядел горизонт в поисках приближающихся. — Мы подождем, пока не узнаем, кто их забирает.
— Кварех, мы должны сначала попытаться спасти некоторые из них.
Это был здравый совет, но мысль о том, чтобы покинуть остров и, возможно, упустить виновных в исчезновении цветов, была немыслимой.
— Мы будем ждать, — сказал Кварех, придав последнему слову нотку законченности. Чтобы окончательно убедить его в этом, он обратил внимание на молчавшую до этого женщину и сменил тему. — Кто ты?
— Довин Син'Анх Бек, — ответила женщина с сапфировой кожей. У нее были длинные золотистые волосы, ниспадающие волнами, не похожие на кудри Петры, но отличающиеся от них настолько, что на нее было не больно смотреть.
— Ты знаешь, почему ты здесь?
— Каин сказал мне, что это нужно для того, чтобы сохранить некоторые из Цветов Агенди, пока они все не исчезли. — Она опустила глаза из уважения, но голос ее был тверд.
— Посмотри на меня. — Довин подчинилась. Ее радужные оболочки были цвета меда, вылитого в воду, — желтые по краю и голубые вокруг радужки. — Как давно ты служишь в Поместье Син?
— Всю свою жизнь.
— Сколько тебе лет?
— Тридцать пять. — Она была совсем юной, но не ребенком.
— Если ты будешь вовлечена в эти дела, я не могу гарантировать твою безопасность.
— Ты можешь гарантировать мне безопасность в поместье? — У Квареха не было ответа, поэтому он промолчал, а она продолжила. — Нет, не можешь, больше не можешь. — Довин посмотрела на Каина, потом снова на него. — Я не осведомлена во всех нюансах, но я знаю, что Рок убил нашу Оджи и отравляет наши залы, как они отравили наше вино. Я не боюсь умереть, Кварех'Оджи.
Этот титул снова преследовал его, словно зверь, который, как он не хотел признавать, набирает силу. На этот раз он не стал прямо опровергать это утверждение.
— Пойдем, поговорим, пока ждем. — Кварех хотел убрать их с открытой местности. Он не хотел, чтобы разбойники знали, что их кто-то ждет, пока они не приземлятся, пока не станет слишком поздно. Они вошли следом за ним и сели вдоль задней стены. — Почему?
— Почему я попросил Довин о помощи? — Каин попросил разъяснений, и Кварех кивнул. — Потому что она предана Син настолько, насколько это вообще возможно, а ее семья владеет винодельней на западном побережье Руаны.
Упоминание об отравленном вине стало гораздо понятнее. Кварех встретился взглядом с необычно окрашенными глазами женщины. Это была преданность ее дому, а также личное дело. Ему не нужно было спрашивать, было ли вино ее семьи подделано.
— На винограднике есть участки земли, где цветы будут процветать, — объяснила Довин. — Моя семья лично позаботится о них, соблюдая максимальную осторожность.
Кварех надеялся, что она права.
Разговор продолжался с относительной легкостью, пока не угас естественным образом. Напряжение и нетерпение ожидания поглотили их внимание. Кварех слышал и чувствовал, как Каин начинает шевелиться. Но он не шевелился. Если понадобится, он будет ждать несколько дней, и они будут ждать вместе с ним.
Когда луна была уже высоко в небе, а туманные облака погрузили мир в полумрак, тишину прорезал крик боко. Кварех присел, готовый к бою. Каин и Довин сделали то же самое.
— Не принимайте никаких действий раньше меня… Держите свою магию в узде.
Даже в бледном лунном свете красная кожа приближающихся Всадников ярко блестела, словно от их собственного света. Три женщины сошли со своих боко. Две направились к цветам, но одна остановилась на полшага. Она протянула руку цвета рубина.
— Выходите. — Она прищурилась и заглянула в храм.
Кварех стоял, а с ним Довин и Каин. Он прошел вперед, ступил в лунный свет и остановился на верхней ступеньке храма.
— Кварех Син, похоже, у тебя привычка появляться там, где тебя не должно быть, и вмешиваться в дела Рок.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — отчеканил он. Зачем пытаться скрыть ложь, которую и так все знали?
— Ивеун'Доно будет рад получить доказательства твоего предательства.
— Ивеун'Доно не может запретить мне поклоняться в храме моего покровителя.
— Он может делать все, что пожелает. — Женщина сузила глаза. — А теперь, по его приказу, уходи.
Кварех не двинулся с места. Разумнее всего было уйти. Это соответствовало бы той роли, которую отвела ему Петра: не высовываться, добывать информацию, быть забытым, недооцененным. Планировать и осуществлять нападение она будет позже. Но ее не было, и он должен был бороться за себя. За Син.