ргию (силу Духа), а для этого нужно, чтобы в наше общество вошло понятие «Чистая Душа».
— Очень хорошо, что эту пещеру защищает от нашего общества Харати, — задумчиво сказал Астаман. — Мы сейчас находимся за первой дверью и перед второй дверью. А знаете, сколько всего дверей в пещере?
— Сколько?
— Семь. Семь дверей, которые закрываются на прочные замки с огромными ключами. За каждой дверью Харати будет напускать на пришельца тантрические силы, останавливающие его. Если за второй дверью тантрические силы вызывают слепоту, то за другими дверями эффект их действия будет другой — боли, слабость… и даже смерть. Только за первой дверью, где мы сейчас находимся, не действуют тантрические силы, но Харати и здесь следит за нами, внимательно следит. Он видит нас.
— Как в сказке — за семью дверями и семью замками, — проговорил я.
Сказки и легенды пришли из древности, заметил Астаман, из таинственной древности.
Люди очень странные, — добавил я. — В детстве мы с упоением слушаем сказки, которые рассказывают нам наши бабушки, а когда становимся взрослыми, то начинаем напрочь отрицать то, во что искренне верили в детстве. Мы, став взрослыми, начинаем считать истиной только то, что укладывается в рамки наших обыденных представлений, хотя в периоды душевного смятения или безысходности ощущаем, что истина своими корнями уходит в безбрежные дали непознанного и что эту истину знает только Бог. Если ребенку задать вопрос «А ты веришь в чудеса?», то он почти всегда ответит «Да». А если этот вопрос задать взрослому, то ответ, естественно, прозвучит «Нет». Дети ближе к Богу, так как их души еще недавно прибыли из нашей главной родины — Того Света, где они очистились и были напрямую связаны с Богом. Там, на Том Свете, мы, наверное, видим прошлое и осознаем, что наши с Вами истоки уходят в далекую древность, вплоть до атлантов, лемурийцев, призраков и ангелов. Поэтому, когда бабушка рассказывает сказку, шепот древности стучится в еще романтичные и чистые детские сердца.
— Кстати, тантрические силы обладают тем свойством, что вначале они как бы шепчут, приговаривая «не ходи туда»…. — вставил Астаман.
— А может быть так, чтобы кто-то смог преодолеть барьер тантрических сил? Какой-нибудь злой гений?
— Нет, такого быть не может. Мощь тантрических сил слишком велика. Даже если этот злой гений будет знать ритуал вхождения в пещеру и заклинание, Харати все равно это разгадает.
— А каков этот ритуал?
— Ритуал вхождения в пещеру Харати.
— Этот ритуал проводится на 10-ый или 11-ый день лунного месяца.
Входить в эту пещеру разрешено только в эти дни, и ни в какие другие. Вот уже 2000 лет мои родственники ходят в пещеру в эти дни каждый лунный месяц.
— И ни разу не пропускали?
— Насколько я знаю — ни разу.
— Сколько человек ходят в пещеру?
— Двое. Одного мы условно называем «священник»[5], другого — «старший человек»[6]
— Что это за люди? — спросил я.
— О, это особые люди, — начал рассказывать Астаман. — «Священник» обязательно выбирается из рода Баджрачарайя (Bаjrасhаrаyа) и ни из какого другого. Род Баджрачарайя живет в Катманду и его окрестностях и является лидирующим родом среди невар[7] В роду Баджрачарайя насчитывается около 2000 семей. На роль «священника» может претендовать только тот мужчина (обязательно мужчина!) этого рода, кто имеет среднее имя (отчество) Билаш (Bilаsh).
В роду Баджрачарайя именем Билаш называют мальчиков по специальной древней шкале, в которой учитываются очередность, время рождения по лунному календарю и многое другое. Сын человека по имени Билаш может стать «священником», если его вы берут родственники. Нынешнего «священика», который ходит в священную пещеру, зовут Дхама Билаш Баджрачарайя (Dhаmа Bilаsh Bаjrасhаrаyа).
— А когда выбирают нового «священника»?
— Тогда, когда умирает предыдущий.
— А какова процедура избрания «старшего человека»?
— «Старший человек», который тоже может войти в пещеру, выбирается только из рода Биндачарайя, — Астаман ухмыльнулся, то есть из моего рода. Всего в моем роду насчитывается 26 семей.
Жизнь всего нашего рода вот уже 2000 лет посвящена только этой пещере. Собранием рода мы выбираем первого «старшего человека», а также второго, третьего, четвертого и пятого «старших людей». Первый «старший человек» — самый старший, а пятый — самый молодой. В пещеру ходит первый «старший человек». Если он умирает, начинает ходить второй «старший человек».
— Странное словосочетание — «старший человек»! Что оно означает?
— Я уже говорил, что это выражение условное. Да и на английский язык трудно перевести то, как мы называем этого человека по — непальски: это звучит так…. — Астаман сказал какое-то длинное непальское слово.
— А-а…. — глупо промычал я, невольно сделав вид, что что-то понял и путано задал очередной вопрос. — В связи с тем, что в вашем роду человек, который может ходить в пещеру Харати, выбирается более свободно, можно ли заключить, что ваш род в сравнении с родом Баджрачарайя является более «святым» или более «избранным»?
— Ну…. — Астаман задумался, — это, наверное, так.
— А они равноценны — «священник» и «старший человек»?
— Да.
— А какова церемония вхождения в пещеру?
— На 10-ый или 11-ый день после полнолуния четыре человека в специальных одеждах выходят на улицу. Они идут гуськом: впереди идет женщина, за ней — «священик», за ним — «старший человек» и за ним помощник. В руках они несут ключи от всех семи дверей и древнюю лампу. Одежда, которую они надевают, представляет собой длинную юбку и свободную накидку, закрепленную поясом. Вся одежда черного цвета с белой окантовкой и белыми добавками. Все они медленно проходят мимо закрытой первой двери в пещеру и направляются к пагоде Харати. Они делают несколько кругов вокруг пагоды, входят внутрь пагоды, вы ходят оттуда и снова делают несколько кругов вокруг пагоды. В этот момент «священник» и «старший человек» молятся, взывая к святому Харати, чтобы…
— Молятся или произносят заклинания? — перебил я Астамана.
— Есть специальная молитва, в которую включено произношение заклинаний, — Астаман пристально посмотрел на меня, — секретная молитва, состоящая в основном из заклинаний. Через эту молитву «священник» и «старший человек» получают доступ к общению с Харати. Они просят у него разрешения войти в пещеру.
— Было ли так, чтобы хоть раз Харати не разрешил войти в пещеру?
Кому? — переспросил Астаман.
— «Священнику» или «старшему человеку».
— Нет, насколько я знаю, такого не было. Харати читает мысли и узнает намерения «священника» и «старшего человека». Оба рода, Бадждачарайя и Бандачарайя, испокон веков считают служение святой пещере главной целью жизни. В обоих родах все знают о том, что Харати умеет читать мысли, поэтому боятся думать плохо или коварно. Это вошло в нашу кровь. Это свято. Более того, в момент ритуальной церемонии все родственники каждого из родов молятся, испрашивая у святого Харати разрешения на вход в пещеру своего родственника, чтобы он еще раз имел счастье пообщаться со святынями древности.
— Но, как говорится, в семье не без урода? — продолжал я домогаться.
— У нас, в отличие от европейцев и американцев, другая психология, — резким голосом ответил Астаман. — Мы, восточные люди, умеем почитать святыни древности. Нас еще не захватил грех считать себя Богом!
— Да уж, — тихо произнес я. — А какова в церемонии роль женщин и помощника? Они тоже выбираются по какому-то особому ритуалу?
— Нет, это обычные люди. Уважаемые люди. Участие их не имеет никакого принципиального значения. Но так принято по древнему ритуалу.
— Женщина и помощник слышат секретную молитву, которую читают «священник» и «старший человек»?
— Нет. Молитва и заклинания читаются не вслух, а про себя.
Если, положим, «священник» или «старший человек» скажут заклинание вслух и женщина или помощник это услышат, то все они умрут. Харати лишит их жизни. Жизнь этих людей ничто в сравнении с ценностью того, что находится в пещере.
— Скажите Астаман, а если «священник» или «старший человек» заболеет и не сможет пойти в пещеру, что тогда?
— Тогда в пещеру идет один человек — «священник» или «старший человек». Кстати, предыдущий «священник» под конец своей жизни много и сильно болел, поэтому в пещеру ходил только «старший человек» — мой родственник.
— А не было так, чтобы вдруг заболели оба?
— Такого еще не было.
— Итак, женщина и помощник, участвующие в ритуальной церемонии, в пещеру не заходят, — заметил я. — Когда они уходят?
— Все четверо открывают ключом первую дверь, заходят в комнату перед второй дверью и медитируют некоторое время, после чего женщина и помощник уходят оттуда. «Священник» и «старший человек», оставшись вдвоем, запирают изнутри первую дверь и открывают вторую дверь. Поочередно открыв все семь дверей, они входят в самую священную пещеру и…. — Астаман неожиданно замолк.
— И…? — поинтересовался я, сгорая от любопытства.
— В пещере они пребывают 7-8 часов.
— Какое расстояние они проходят внутри пещеры?
— 1,5-2,0 километра.
— А что дальше? Ведь Вы говорили, что длина пещеры более 10 км!
— Что дальше? — Астаман задумался. — Это знает только Харати.
— М… да…
— Разное говорят об этой пещере!
Говорят даже, что длина ее не 10 км , а значительно больше и что она уходит далеко северо-запад в сторону священного Кайласа, под которым, как мы верим, находится центр подземного мира. Там, в Шангри-ла…. — Астаман опять замолк.
— Скажите, Вы верите в то, что эта пещера является одним из входов в подземный мир? — не удержался и спросил я.