В этот момент никак нельзя было сказать, что он слеп. Возможно, он видел в других спектрах, недоступных нормальному зрению человека, и там, где тьма, ему – свет?.. И наоборот.
– Где ты взял… это?.. – сбившись, в два приема прошептал Слепыш.
– Скажем так, нашлась у одного покойника, когда произошел недавний множественный Захват.
Феникс старался говорить как можно безучастней, и ему это удалось.
– Мастер ты прикидываться невинной овечкой, – окрепшим голосом молвил Слепыш. – Ты принес то, с чем не стоит играть. – Левой рукой он протянул Фениксу контейнер, возвращая. Подержал на правой ладони пирамидку еще немного и тоже протянул сталкеру. Неожиданно взволнованным тоном произнес: – Избавься поскорей! Этим артефактом либо нужно пользоваться по назначению, либо он принесет беду…
– Научи меня пользоваться, – предложил Феникс. – За этим я пришел.
– Слишком опасно, – отверг идею старец. – Силы, с которыми ты собираешься играть, сотрут тебя, а вот окружающим потом будет не до игр. Ты не сможешь удержать контроль.
– Уверен?
– Уверен. Потому что и сам не смог бы. Поэтому и не желал бы им владеть.
– Но что же это такое? – снова спросил Феникс, принимая контейнер и пирамидку обратно.
– Осколок того, чего тут быть не должно, – неохотно объяснил слепец. – Его добыли в сердце другой Зоны Визита и вынесли за пределы… Повторяю, это лишь частица. Основная часть попала в другую страну на территории бывшего Советского Союза, там с ней доигрались, и получилась еще одна абнормальная отчужденка…
– Не может быть! – не поверил Феникс. – Ты ничего не перепутал?
– Может, я слеп глазами, но никогда ничего не путаю, – отрицающе покачал своей маской Слепыш. – А давай выпьем, – совершенно неожиданно предложил он.
– Ты же сказал, водки нет!
– Водки нет, а спирта сколько хочешь. Спиритус будешь? – риторически уточнил он и добыл откуда-то из-под ближнего стеллажа пластиковую канистру литров на пять, не меньше.
– Ну, от предложения знающего человека трудно отказаться… – Феникс посмотрел на пирамидку изучающе, кивнул своим мыслям по поводу, словно в чем-то убедился, затем спрятал зонный артефакт в контейнер, закрыл и засунул «сохранник» обратно в карман с надежным клапаном.
– Я знал, что ты не откажешь, – уголок рта старика, видный ниже маски, искривился в намеке на улыбку. Безошибочными движениями хозяин горы наклонил канистру и налил «це-два-аш-пять-о-аш» прямо в крышку. – Давай, тут ровно сотня граммов. Запивать соком, если что.
– Давай сначала ты, – уступил очередь Феникс.
– Не доверяешь, – качнул головой в маске слепой. – Напрасно. У меня в распоряжении тысяча и один способ тебя убить…
– Нет, нет, пойми меня правильно, я хочу посмотреть, как ты будешь пить, чтобы не облажаться. Ты удивишься, но я как-то ухитрился за все свои бурные жизни ни разу не употребить чистого! Чего только не пил, однако неразбавленного…
– Фе, что тут пить, – пренебрежительно сказал слепой. – Удачи в ходке, сталкер! – пожелал он и, взяв крышку, резко выдохнул: – Х-ху! – приставил ее край к губам и одним длинным глотком выцедил содержимое.
Шумно втянул воздух обратно, вновь наполняя им дыхалку.
И занюхал согнутым указательным пальцем левой руки…
– Вот так его и надо пить. Спирт, можно сказать, отец всех спиртных напитков, а разбавлять его или, еще хуже, запивать водой – просто святотатство.
Слепой снова наполнил крышку.
– Ну, ты силен по этой части! – восхитился Феникс. – А мать спиртных напитков тогда что?
– Что, что… вода, конечно. На, держи. – Он протянул крышку, полную спирта.
– Твое здоровье, – кивнул Феникс, принимая отца всех спиртных напитков.
Без дальнейших колебаний он в точности повторил увиденное. Выдохнул, употребил обжигающую жидкость, избежав спазма дыхания, и, снова втянув воздух… ка-ак закашлялся!
– Ничего, ничего, уже упало, – успокоил хозяин, – я слышал, как булькнуло.
– Мне бы твой слух, – прокашлявшись, исторг сталкер.
– Тебе и на свой грех жаловаться. Топаем обратно. Давай, давай! – категорично скомандовал Слепыш, буквально выталкивая своего гостя из кладовой.
Феникс, едва успев подхватить пакеты, выскочил в коридор катакомб. Спирт неслабо жахнул ему в голову, тем паче там еще предыдущие возлияния не совсем рассосались, и пока он распределял, что и как понесет, слепой старик закрыл дверь и помчался обратно по своим норам. Сталкер опять оказался далеко сзади.
– В этот раз я не буду состязаться с тобой в этом чемпионате, – проворчал пошатывающийся сталкер, отстав уже шагов на восемь. – Буду шагать, как получится, на кой мне эти гонки…
У него возникло ощущение, что выпил не сто грамм, а минимум литр.
Старый слепец тем временем не сбавлял темп и продолжал удаляться.
– А у тебя тут подождать гостей не принято? – не выдержал Феникс, понимая, что вскоре останется совсем один и будет плестись по норам невесть куда.
– Догоняй, догоняй! – прокричал хозяин, не оборачиваясь. – Не разочаровывай меня!
Феникс действительно поднажал и ломился вперед, стукаясь о стенки, но быстро выдохся. Правда, существенно сократил расстояние до своего слепого поводыря.
– Идем, идем! – кричал тот. – В толще скального основания Трота твой артефакт начал искажать реальность, его вини в том, что тебе дольше и тяжелее идти… Ты не можешь его контролировать, и я не могу!
– Ты не врешь? Я думал, это твои шуточки, – удивился сталкер.
– Даже не хочу представлять, что будет, если его сейчас, за пределами моей кладовой, вытащить из контейнера. Нам с тобой сразу песец навстречу прискачет, – угрожал слепой. Он по-прежнему удалялся с каждым шагом, увеличивая видимый разрыв.
– Ты спиртом баки заправляешь?! – прокричал Феникс вдогонку. – Так мы же не на гонках!
Едва успев крикнуть, он услышал характерный рев, раздавшийся за спиной, и почти сразу понял, что это ревет форсирующий мотоцикл, а еще через несколько мгновений он сообразил, что таких звуков больше чем один.
– Там за нами два мотоцикла! – крикнул он хозяину.
– Не за нами, а за мной! – обернувшись, поправил стремительно шагающий впереди старик. – И не два, а четыре. Это бандиты, я знаю, кто они, и даже догадываюсь, как попали в мои тоннели, но ты уж поверь, им недолго кататься осталось. Здесь не цирковой трек с препятствиями.
– А если они понимают, куда приехали, и подготовились к твоим фокусам? – спросил Феникс, снова поднажав и сократив расстояние.
Но Слепыш опять как бы уплывал от него…
– Черт с тобой, – буркнул сталкер, смирившись с фактом, что Слепыша в его пещерах хрен догонишь. – Ведешь – веди, главное, чтобы вывел.
– Не забывай, что взамен зрения я приобрел чрезвычайно чуткий слух.
– Начхать! – возмутился Феникс. – Я не с тобой говорил, а сам с собой. Подслушивать чужие разговоры некрасиво.
Рев моторов в тылу возрастал, становясь слышнее с каждой секундой, и стало понятно, что мотоциклисты скоро догонят.
– Стоп! Баста, нужно готовить оборону, сейчас настигнут! – прокричал Феникс и, побросав все, чем нагрузил руки, взялся за оружие.
– Вперед, сталкер! – донесся ответ удирающего хозяина. – Им никогда не догнать нас!
В подтверждение его слов шум моторов перерос в грохот взрыва, и после него наступила тишина.
– Когда я говорю, мне следует верить. Они не проедут. – Голос Слепыша был ровным, спокойным, его больше не волновал прорыв бандитов.
– А я вот не уверен, – стоял на своем сталкер.
– В ловушке, которая сработала, – открыл карты слепой, – достаточно взрывчатки, чтобы отправить к праотцам целый взвод.
– Погоди немного…
– Зачем ты годить собрался? Трупы есть кому прибирать.
И вдруг рев мотоциклетных моторов опять раздался где-то там, сзади…
– Твоя ловушка холостая! – Сталкер заливисто рассмеялся. – Ха-ха-ха-а-а, я так и знал!
Второй взрыв, гораздо мощнее и ближе предыдущего, перекрыл шум моторов. Сзади воцарилась тишина. Рычание мотоциклов исчезло.
– Не стой, – поторопил хозяин, – они уже мертвы. Раненых есть кому добить. Мои зверюшки быстро закончат начатое.
– Что-что? – переспросил Феникс.
Вместо ответа парочка жирных мутомышей, монстриков размером с кролика, прошмыгнула мимо. Феникс рефлекторно направил оружие на тварей, но те не атаковали, а просто пробежали мимо. Хозяин остановил его запрещающим жестом.
– Это не нарушители, а система защиты. Многие норы для меня прогрызли мышки. Я научился контролировать их. Подкармливаю и арендую у них территорию, а они защищают меня, вернее, систему коридоров и гротов.
– Но почему они не атаковали нас? – задал гость более чем логичный вопрос.
– На нас особые ферменты. Люди не ощущают их, а мыши воспринимают нас как членов стаи, – пояснил хозяин, сам оказавшийся гостем этих пещерных ходов. – Вот так я тут и живу уже много лет.
– Ну, с тобой понятно, – кивнул Феникс, – но я-то никакой фигней не брызгался.
– Вас всех покрыло, когда вы попали в гостевой уровень, – проинформировал слепой, снова вырываясь вперед. – Установка вмонтирована в стены и потолок, а сам фермент, я повторяю, на запах не ощутим.
– Но если твои враги узнают об этом, – озабоченно произнес Феникс, – они раздобудут этот фермент, и тогда…
– Где? – перебил Слепыш. – Где они раздобудут? Его можно раздобыть только в этой пещере. Все другие подобные сообщества мутантов обладают другими ферментами, так что раздобыть где-то там не получится, а подделку сварганить просто нереально.
– Возможно, ты верно мыслишь, – согласился сталкер, – но я знаю наверняка, что крепостей, которые невозможно взять, не существует. Самые неприступные крепости берутся без боя. Наступают времена, и хозяева сами сдают их, вынося ключи, потому как предательство преодолевает любую воинскую защиту. Это образно, про войну, а на самом деле – справедливо для всех видов взаимоотношений, и между людьми, и между сообществами… Измена, нарушение обещаний, срыв договоров… Нет оружия убойнее…