Мы остались втроем. Сэр Тимоти нацепил очки, с какой-то неуместной веселостью посмотрел на меня.
– У нас существует идиотская традиция, – сказал он, – когда главой Службы обычно назначается либо политик, либо какой-нибудь родовитый аристократ, близкий к правящей партии. Короче говоря, совершенно не подходящий для работы тип.
…
– Я же профессиональный разведчик, в моей карьере есть и Московская станция. Вот я и хочу понять – удастся ли мне вас завербовать.
Я улыбнулся.
– Откровенность за откровенность – нет, сэр. Мы можем сотрудничать, обмениваться информацией – но это все.
– Забавно. Мне все же мыслится по-другому.
– Вы ошибаетесь, сэр.
– Как насчет пари?
Любимое занятие англичан.
Сэр Тимоти достал бумажник, порылся в нем.
– Вот тут у меня… шестьдесят три фунта наличными. Немного, но все, что есть. Отвечаете?
– Почему бы и нет, – я тоже достал свой бумажник, – боюсь, нет мелких денег, сэр. У меня есть две пятидесятки…
– Хорошо, тринадцать фунтов будете мне должны, – сэр Тимоти показал на кучку банкнот, похожих на пластиковые игральные карты, – кладите.
Я положил поверх банкноту в пятьдесят новых фунтов.
– Элис…
Женщина достала свой ноутбук, который, видимо, у нее был в сумке, стоящей у стула.
– Как вы думаете, на кого вы работаете?
– Простите…
– Ваш заказ, – сказала она, и мне не понравилось, куда пошел разговор, – «Крайс Групп», господин Александр Крайс.
– Простите, мэм, но я никогда не обсуждаю моих клиентов.
– Боюсь, придется обсудить, друг мой, – сказал сэр Тимоти, – Элис очень умная девочка, я рад, что она работает со мной. Ее отца, тоже разведчика, убили боевики ИГ. Элис вообще-то не кадровый сотрудник Службы, она работает в Сити. И благодаря этому мы обращаем внимание на то, на что обычно внимания не обращают. И вырисовываются очень интересные параллели. Элис, прошу тебя, продолжай…
– «Крайс Групп», – сказала она, – это компания, которая является едва ли не локомотивом новой экономики, она занимает примерно такое место, какое одно время до войны занимала «Эппл». Самого Крайса сравнивают со Стивеном Джобсом и Биллом Гейтсом. Однако в отличие от «Эппл» и «Майкрософт» – «Крайс-групп» никогда не была публичной компанией, не публиковала отчетность, не переходила на единую акцию, ее акций вообще нет ни на одной биржевой площадке мира. Вам не кажется это странным?
Я покачал головой.
– Нет, мэм. Сейчас не те времена. Государство так и норовит залезть в твой карман, а первичное размещение акций сейчас не в моде. Не те времена, не те биржи. Сейчас в основном деньги получают от государства.
– У вас и в Китае.
– Здесь то же самое, мэм. Инвестиционный банкинг переживает не лучшие времена.
– Как сказать. Вы знаете дату регистрации «Крайс Групп»?
– Нет.
– Одиннадцатое февраля двадцатого года. Первоначально она была зарегистрирована в одном из бизнес-инкубаторов в Кремниевой долине, в Стэнфордском университете. Сейчас сами понимаете, концов там не найдешь.
Я это понимал. Кремниевая долина – это самый юг США, у нас ее называют «Силиконовая долина», это от неправильного перевода. Когда-то давно это был инновационный центр мирового уровня, именно там рождалась компьютерная революция, это колыбель «Хьюлет-Паккард» и «Майкрософт». Несколько десятилетий это место притягивало интеллектуалов со всего мира, само название «Кремниевая долина» стало нарицательным, многие пытались повторить успех. Сейчас небоскребы, в которых некогда рождалось будущее, – это офисы наркомафии, а верхние этажи – это огневые точки. А само это место известно забористой марихуаной, растущей на местных полях, на которых трудятся рабы.
– Стэнфордский университет… Обитель хай-тек.
– Да. Учредители этой фирмы – очень интересные, два доцента этого университета. Причем, как думаете, чем занимались эти доценты?
…
– Они были доцентами факультета политологии. Нетипично для хай-тековского стартапа[53], не правда ли?
– Нетипично, – согласился я.
– Скажу более, это неправдоподобно, – сказала Элис, – как думаете, откуда взялось название этой фирмы, не догадываетесь?
– Нет.
Элис вызвала какой-то файл, толкнула – он перелетел ко мне через стол и раскрылся.
– Кондолиза Райс. Доктор политологии Стэнфордского университета, бывший кандидат в президенты США, бывший советник президента США по вопросам национальной безопасности, бывший госсекретарь США, ближайший советник и друг сорок первого президента США Джорджа Буша-младшего. Во время ее работы в Белом доме была не только советником, но и другом президента, по свидетельствам других членов президентской команды, оказывала решающее влияние на принятие всех ключевых решений, в том числе – по вторжению в Ирак. Кондолиза Райс. Конди Райс. К. Райс. Понимаете?
Я смотрел на презентацию, проматывающуюся передо мной в низком темпе. Женщина средних лет, чернокожая. Довольно симпатичная для государственного чиновника.
– Вы полагаете, она организовала «Крайс-групп»?
Эллис покачала головой.
– Вряд ли. По крайней мере у меня нет никаких доказательств этого, помимо нескольких совпадений. Да и сама Райс никогда не интересовалась бизнесом, у нее никогда не было своего бизнеса, хотя она и входила в советы директоров нескольких крупных компаний. Я бы сказала, что эта компания была одной из множества таких же, организованных в неизвестных целях предпринимателями, близкими к сорок первому президенту США, а через него – и к Саудовской королевской семье. Кстати, еще один факт про Кондолизу Райс – уже не будучи госсекретарем США, она приняла в подарок от саудовской королевской семьи в подарок колье стоимостью примерно семьсот тысяч долларов США. По-видимому, это было частью оплаты за ее влияние в Республиканской партии с тем, чтобы протолкнуть решение о нанесении США воздушных ударов по Сирии, по режиму Башара Асада.
– Группа Рокфеллеров, – сказал я.
– Эти слова здесь не надо произносить, – сказал сэр Тимоти, – прошу вас.
Понятное дело. Европа, и прежде всего Англия, – против США. Рокфеллеры и Морганы – против Ротшильдов.
– Хорошо, – принял я правила игры, – но при чем тут тогда Крайс?
– При том, что этот человек появился на свет уже взрослым. Первые данные о нем датируются всего двумя годами ранее, как он скупил «Крайс-групп». Точнее, он появился во главе «Крайс-групп» – сказала Эллис.
– Забавно, – сказал сэр Тимоти, – сначала появилась компания, а потом – фамилия ее владельца. Никто не знал про Александра Крайса, пока он по стечению обстоятельств не выкупил «Крайс-групп». Забавно…
– Есть еще кое-что, – сказала Эллис, – мы проанализировали пул патентов, которые держит «Крайс-групп». По странному стечению обстоятельств первоначальный пул патентов один в один совпадает с пулом патентов, которые в России получала одна ваша крупная компания, которая была создана специально как институт развития Российским правительством. Совпадение стопроцентное. По идее, она должна была получить и международные патенты на эти изделия – но международные патенты получила «Крайс-групп» и сразу начала производство. Назвать вам эту компанию или вы сами догадаетесь?
– Не надо, – сказал я.
– Как вам будет угодно. Как бы то ни было, все данные о том, чем занималась «Крайс-групп» до Александра Крайса, утеряны в связи с гражданской войной в США. Концов не найти. Теперь головная компания имеет регистрацию в Панаме, в Европе зарегистрированы только дочки. Происхождение денег Крайса, на которые он начал производство, мы не выяснили до конца, но все следы также ведут в Россию.
Ясно…
– Таким образом, – подытожил сэр Тимоти, – есть серьезные основания полагать, что «Крайс-групп» – на самом деле подставная компания, созданная первоначально с неизвестными целями, а потом – ставшая мостом между североамериканскими и российскими политическими элитами. Русские дали и деньги, и технологии для того, чтобы «Крайс-групп» начала работать. И не просто начала работать, а стала одним из столпов экономики посткризисного мира. Получается, это своего рода канал перекачки русских технологий и реализации их на Западе.
– Для чего вы мне это говорите?
– Для того, чтобы вы понимали – то, что делает «Крайс-групп», не в ваших интересах и не в интересах вашей страны. Фактически они грабят Россию.
– И что?
– Разве вы не патриот?
– Патриот. Кстати, позвольте спросить: ваша новая связка Китай – Великобритания – она против кого нацелена? Грабитель и ограбленный – великолепно просто.
– Ну, это было давно. Какое значение имеют сейчас опиумные войны? Никакого. Время выстраивать новый геополитический порядок.
– Нацеленный против России.
– Это распространенное заблуждение.
– Нет, это правда. Даже если то, что вы мне сказали, соответствует действительности, что вы от меня хотите?
– Нам нужен человек внутри схемы. Человек, который поможет нам помочь России… в конце концов, Крайс и его схема грабят вас.
– Только потому, что вы так сказали? Не слушай его, ибо он лжец и отец лжи. Англия всегда была нашим врагом, еще с семнадцатого века.
– Я полагал вас умнее. Вы мыслите реалиями семнадцатого века после трех мировых войн, полностью перекроивших геополитическую карту мира.
– Знаете… есть такой принцип ежа. Еж. Простое и глупое животное, но великолепно умеющее выживать. Если он видит что-то съестное – он бежит к этому и ест. Если он видит что-то опасное – он сворачивается в клубок, и съесть его почти невозможно. Он не размышляет, не философствует. Он просто делает одно из двух. И остается жив.
Сэр Тимоти надел очки, которые до этого вертел в руке.
– Что ж. Был рад знакомству.
– Взаимно сэр, – я встал со своего места, – меня выпустят?
Сэр Тимоти пожал плечами.
– Можете идти. Элис вас проводит. И даже вызовет такси.
– Премного благодарен.