Утром Кира привычно соскочила с кровати в восемь утра.
– Ты куда? – спросил Егор, не открывая глаз. – Сегодня же выходной.
– Ну и что? – пожала плечами Кира. – Я в любой день встаю в одно и то же время.
– И что это тебе дает? – Егор потянулся и зарылся лицом в подушку.
– Как – что? Я таким образом тренирую внутреннюю дисциплину, – пояснила Кира.
– Ты собираешься служить в армии? – удивился Егор. – Иди ко мне, полежим еще немножко.
– Я не могу так бездарно тратить время! – простонала Кира, но тем не менее, поколебавшись несколько секунд, влезла под одеяло и уютно устроилась у Егора под боком.
– Знаешь, когда я училась, у нас как-то отменили все лекции, – Кира уткнулась лицом Егору в плечо, отчего разговаривала несколько невнятно. – И мы всей группой пошли гулять просто так. Шатались по улицам, заходили в магазины, болтали. А у меня в голове все время билась только одна мысль: сколько бы я успела всего сделать за те несколько часов, которые мы позволяем себе проводить в праздности. Это было ужасно! – она потрясла головой, словно пытаясь избавиться от гнетущих мыслей. – Подруги смеялись надо мной и пытались объяснить, что, если бы занятия не отменили, мы бы все равно в это время сидели на парах. Но я так и не могла справиться с чувством вины и корила себя за бездействие до тех пор, пока не пришла домой и с утроенной силой не взялась за работу.
– Да, тяжелый случай, – пробормотал Егор. – Но тогда какой смысл в жизни вообще, если ты не позволяешь себе элементарно выспаться в выходной?
– Не знаю, – жалобно провыла Кира. – Я всегда считала, что живу очень правильно, но ты подло рушишь все мои веками устоявшиеся стереотипы.
– Ну, раз так, тогда я совсем обнаглею и разнесу вдребезги жалкие остатки твоих жизненных принципов, – рассмеялся Егор. – Сейчас я принесу тебе завтрак прямо в постель и заставлю его съесть…
– Собственно, я никогда не просыпалась в одной постели с мужчиной, – улыбнулась Кира. – Встречаться – то встречалась, но ночевала всегда исключительно дома.
– Я начинаю все больше любить человека, устроившего фейерверк в твоей квартире, – доверительно прошептал Егор.
– Наглец! – Кира решительно встала с кровати, накинула халатик и пошлепала в ванную.
Егор полежал еще немного, нашарил под кроватью пульт и включил телевизор. Шла какая-то субботняя передача, разряженная ведущая бодрым, полным оптимизма голосом, расспрашивала о чем-то сонного дядечку в сером костюме. Создавалось ощущение, что дядечка до последней минуты крепко спал, а его разбудили, обрядили в костюм и зачем-то приволокли в яркую, веселенькую студию с круглым столом. И чашку дымящегося кофе перед ним поставили, вероятно, только для того, чтобы он побыстрее проснулся. Однако кофе, очевидно, не подействовал – дядечка продолжал вяло бубнить что-то нечленораздельное. Ведущая пыталась острить и задавать неожиданные вопросы, однако спасти ситуацию было уже никак нельзя. Егор еще немного попялился в экран и пошел на кухню – утром ему всегда хотелось есть, а вид кофейных чашек разбудил дремавший аппетит. На кухне Егор привычно поставил чайник на плиту, изучил содержимое холодильника и, когда розовощекая, с мокрыми волосами, Кира пришлепала из ванной, он уже сидел за столом и ел чудовищных размеров бутерброд с колбасой и свежими помидорами.
– Извини, я не смог тебя дождаться! – с набитым ртом промычал он.
– Твой аппетит вызывает у меня нехорошее предчувствие, – засмеялась Кира. – Боюсь, что, связавшись с тобой, я буду просто прикована к плите.
– Странно, но вчера я подумал о том же, – задумчиво проговорил Егор. – Только я полагал, что проведу остаток жизни прикованный к постели!
– Мне не нравятся твои намеки! – угрожающе произнесла Кира. Она взяла с тарелки кусочек сыра и отхлебнула из кружки Егора.
– Как ты это пьешь? – спросила она, поморщившись. – Сколько тут сахара? Ложек пять?
– Шесть! – гордо ответствовал Егор. – Правда, вкусно?
– Безумно! – иронично сказала Кира и налила себе чаю без сахара.
– Ну что, ты готов к подвигам? – поинтересовалась она, осторожно отхлебывая горячий чай.
– Всегда готов! – шутливо отсалютовал Егор. – Только оденусь. Кстати, знаешь, что мне больше всего нравится в тебе?
– Что же? – приосанилась Кира. – Моя великолепная внешность или незаурядный ум?
– Твое умение быстро одеваться, – ответил Егор. – Все мои знакомые девушки всегда доводили меня до обморока как минимум двухчасовыми сборами. А ты, к счастью, не имеешь привычки метаться между шифоньером и зеркалом, примеряя бесчисленные наряды.
– Собственно, мне и выбирать-то не из чего! – развела руками Кира. – Вот подожди, сегодня я перевезу к тебе весь свой гардероб, и тогда ты попомнишь свои слова!
– Я буду зорко следить за тем, чтобы ты много не взяла! – заявил Егор.
– Тогда будь готов к тому, что я буду каждый день ездить за одеждой и в один прекрасный день, возможно, не вернусь!
– Не надо! – Егор поднял руки вверх. – Лучше наймем фуру и перевезем весь твой скарб.
– Договорились! – согласилась Кира. – Ну что, поехали?
Домоуправша степенно, неторопливо пила чай – сосредоточенно дула в кружку, в которой плавал толстый кусок лимона, и откусывала от булки, намазанной маслом. Егор даже засмотрелся, настолько завораживающей была картина. Он пришел к Евгении Федоровне один, без Киры, чтобы дать ей возможность спокойно, без спешки собрать вещи. Впрочем, сначала он поднялся с Кирой в ее квартиру, проверил газовый кран и долго втягивал носом воздух, чтобы удостовериться, что газом не пахнет. В конце концов Кира выгнала его из квартиры, заявив, что он ужасно отвлекает ее своим пыхтением.
Егор поначалу хотел обидеться, но не смог, расхохотался и отступил. Он спустился на первый, где, в каморке возле лифта, обитала домоуправша. Каморка была маленькая, темная и неуютная, но Егор подозревал, что место выбрано не случайно – из открытой двери прекрасно просматривалась входная дверь. «Она, наверное, даже в туалет старается не ходить, чтобы не пропустить кого-нибудь», – неприязненно подумал Егор, вспомнив, каким подозрительным взглядом милейшая Евгения Федоровна наградила его, когда он вошел в дом вслед за Кирой.
– Что вам, молодой человек? – грозно осведомилась Евгения Федоровна, с сожалением отложив в сторону недоеденный кусок булки и утерев масляный рот тыльной стороной руки.
– Видите ли, у меня такое дело, – Егор присел на стул и доверительно взглянул на домоуправа, – в котором можете помочь только Вы, с Вашим бесценным жизненным опытом и внимательностью.
Евгения Федоровна смущенно зарделась и уже более ласковым голосом поинтересовалась:
– Откуда вы знаете, какая я?
– Мне рассказала про вас Кира Липатова. Видите ли, мы с Кирой… собираемся вскоре пожениться, – краем глаза Егор отметил, что при этих словах Евгения Федоровна чрезвычайно оживилась. «Уже мысленно представляет, как побежит с этой сногсшибательной новостью по всему дому!» – с мрачной иронией подумал Егор.
– Поэтому меня не может не тревожить эта ужасная история со взрывом, – тем же доверительным тоном продолжил он. – Я просто не могу поверить, что такая крайне аккуратная и внимательная девушка, как Кира, могла оставить чайник на плите. Тем более, – он помедлил, словно раздумывая, может ли довериться Евгении Федоровне, – тот злополучный чайник не принадлежит Кире.
– Как?! – Евгения Федоровна даже привстала, и обладающий буйной фантазией Егор явственно представил, как мощная нижняя челюсть домоуправши глухо стукается о полированную поверхность стола.
– То есть, вы хотите сказать, что Кирочку кто-то пытался… убить?! – полным ужаса голосом пролепетала Евгения Федоровна и снова рухнула в кресло, отчего последнее жалобно взвизгнула. – И что именно вы хотите узнать? Я сделаю все, что в моих силах!
Егор только хмыкнул: в отсутствии деловитости и собранности тетку нельзя было упрекнуть! Не зря она сидит на этом месте!
– Мне нужно знать, кто из посторонних входил в дом в тот день, когда произошел взрыв, – проникновенно сказал Егор. – Пожалуйста, Евгения Федоровна, постарайтесь вспомнить, это очень важно!
– А и вспоминать нечего! – пожала монументальными плечами домоуправша. – Сейчас посмотрю! Она взяла со стола пухлую записную книжку.
– С некоторых пор я не полагаюсь на память и все записываю! – смущенно пояснила она, листая ежедневник.
– Вот это тетка! Ей бы на границе служить – ни одна мышь незаметно не проскочит! – с восхищением подумал Егор, борясь с абсолютно идиотским желанием расцеловать милейшую Евгению Федоровну в пухлые щеки.
– Вот, нашла! – украшенный чудовищным перстнем палец Евгении Федоровны уперся в страничку ежедневника. – Девятнадцатое число. Слесарь из ЖЭКа в пятнадцатую квартиру, там была протечка. Служба доставки – это в девятую. Анна Ильинична – пенсионерка, ходить ей тяжело, и она всегда заказывает продукты на дом. Репетитор в тринадцатую, Наумовы подтягивают сына по английскому. Честно сказать, ему нужен не репетитор, а хорошая порка. Разгильдяй еще тот! И еще девушка, лица я не разглядела, она прошла очень быстро. Я так подозреваю, Волков из шестой квартиры опять загулял, его жена как раз была в командировке. Хотя, когда год назад дело у них дошло до развода, он вроде исправился. Но, видно, опять взялся за старое.
– Стоп! – оборвал словесный поток Егор. – С этого места, пожалуйста, поподробнее! Почему вы решили, что это именно молодая девушка, если вы не видели ее лицо? И откуда такая уверенность, что она шла к этому, как его?..
– Волкову! – подсказала Евгения Федоровна. – Да все очень просто! Девушка была высокая, стройная, походка легкая. Ну где вы видели пожилую женщину с хорошей фигурой? Разве что в Голливудских фильмах. И одета она была соответственно – джинсы, коротенькая курточка и бейсболка, которую она натянула глубоко, так, что козырек прикрывал лицо. Конечно, не хотела, чтобы соседи ее разглядели. Быстро прошмыгнула, ясно, что к Волкову, иначе зачем бы ей прятаться?