- Очень надеюсь, что мы еще встретимся…
Атайя медленно повернула голову в ту сторону, где на вершине мрачной башни белела голова Тайлера.
- Конечно, встретимся, - твердо ответила она. - Я еще не сделала того, что обязана сделать для Кайта. Даже не начинала.
Ты будешь гордиться мною, отец. Я продолжу твое дело. Клянусь тебе.
- Позаботься о ней, пожалуйста, - обратился к Джейрену Николас и по-дружески похлопал его по плечу.
Атайя и Джейрен забрались в лодку и укутались плащами. Николас в последний раз помахал им рукой, и гребцы взмахнули веслами.
Не обращая внимания на холод, Атайя опустила в воду руку, сполоснула лицо, смывая засохшую кровь Родри.
- Прощай, Тайлер, - прошептала она и еще раз оглянулась назад.
За великий дар расплачиваются дорогой ценой. Так говорил Хедрик.
Я расплатилась. Невероятной ценой.
Атайя не знала, как и когда это случится, но она обязательно вернется сюда. Она докажет неверящим, что магию не нужно презирать и уничтожать. Она - дар Божий. Это чудо, подаренное Господом избранным.
Я нужна людям. Я должна выполнить перед ними свои о6язательства.
С каждой минутой берег становился все более расплывчатым и неясным, и вскоре черные башни замка Делфар слились с темнотой.
Атайя Трелэйн покидала Кайт, и в нем теперь не оставалось ни одного колдуна.
Это ненадолго, - уверенно подумала принцесса. - Ненадолго…
ПОСЛАННИКИ МАГИИ
Глава 1
- Богохульство! - негодующе пробормотал архиепископ.
На мясистой физиономии отразились возмущение и гнев. Отложив в сторону куриную ножку, продолжая жевать, он перевернул страницу старинной книги, оставив жирное, величиной с монету пятно на пожелтевшем от времени пергаменте.
- Горделивая, бахвальская ересь - вот что это такое.
- Итак, я понял вас, - проворчал в ответ сидевший напротив мужчина.
Беспрестанная болтовня прелата то и дело прерывала ход его собственных мыслей. Дарэк Трелэйн, король Кайта, лорд острова Саре, покрутил головой, разминая затекшие мышцы шеи, и поудобнее уселся на стуле с жесткой спинкой. Вообще-то он терпеть не мог книжные наставления, а находиться в тесной, душной палате, где пахло выделанной кожей и чернилами, становилось практически невыносимым. Даже шум пылающего в камине огня не способен был скрасить уныние леденяще-холодного январского вечера.
Однако сегодняшнее занятие представляло собой не обычный скучный урок, сегодня Дарэк планировал извлечь из него нечто крайне важное. Поэтому-то он готов был терпеть не только духоту и неудобный стул, но и занудные речи своего архиепископа. Поуютнее закутавшись в черную мантию, король отхлебнул из кубка подогретого вина с пряностями и на мгновение закрыл глаза, с наслаждением ощущая разливавшееся по телу тепло корицы. Затем отвернулся, давая понять пастору, что не желает больше слушать его.
Но архиепископ не собирался так быстро сдаваться. Не прошло и минуты, как он раздраженно фыркнул и прищелкнул языком.
- Вы только послушайте! «Господь наделяет даром колдовства лишь избранных, тех, кому предназначено дарить добро окружающим, чье призвание - изменить, улучшить наш мир». Просто глазам своим не верю. Какая чушь! И каким таким образом, осмелюсь спросить, человек, отравляющий жизнь окружающих безумием и разрушениями, может улучшить мир? Смешно. Нелепо.
- Я не просил тебя комментировать и критиковать то, что там написано, просто прочти.
В голосе короля прозвучало предостережение, однако архиепископ сделал вид, что ничего не заметил, и захлопнул книгу с такой силой, что в воздух взмыло облако пыли.
- В этих учебниках магии не найдешь ничего, кроме зла и черни.
- Они пригодятся нам в будущем, Даниэль. И запомни: впредь я больше не намерен выслушивать твое ворчание и критику по этому поводу.
Король окинул архиепископа злобным взглядом, потер уставшие глаза, закрыл свою книгу и отложил ее в сторону, понимая, что дочитать очерк до конца сможет лишь тогда, когда останется один.
- Но ведь колдовство… - пробормотал Вэнтан, с отвращением и страхом передернулся и окинул палату боязливым взглядом, словно опасаясь увидеть призрак.
Хотя единственное, что здесь можно было увидеть, так это толстый слой пыли, скопившейся за три месяца на полу и полках. За все это время практически никто не решался заходить сюда. Люди боялись, что человек, некогда обитавший здесь, все еще способен причинить им вред. Лишь король не верил в привидения и спокойно подолгу просиживал тут, коротая длинные зимние вечера за прочтением многочисленных старинных книг и рукописей, пытаясь постичь таинства магии и узнать больше о тех, кто применяет ее проклятые силы.
О проделанной им здесь работе можно было судить по окружающей обстановке. Повсюду царил страшный беспорядок. Если бы прежний обитатель комнат - ныне покойный колдун Родри - увидел это, то пришел бы в ужас. На полках одна на другой лежали раскрытые книги, вокруг письменного стола, за которым сидели сейчас Дарэк и Вэнтан, валялись развернутые листы пергамента, исписанные причудливыми знаками. Заляпанные окна, казалось, никогда уже не отмыть от сажи и грязи. С потолка, подобно тонкому кружеву, свисала паутина. Но Дарэк терпеливо относился к временным трудностям, твердо зная, что по окончании изучения имевшихся здесь материалов он навсегда закроет эти комнаты и предаст забвению их историю, забудет об их существовании.
Заметив, что Вэнтан набирает в легкие воздух, собираясь начать очередную речь, король жестом остановил его.
- Ты сам знаешь, Даниэль, что я отношусь к магии с той же неприязнью, что и ты. Но для того чтобы изучить искусство ведения боя, не нужно дожидаться момента, когда на тебя нападут. Так и нам, я полагаю, стоит узнать о колдовстве как можно больше, чтобы быть во всеоружии в случае возможной атаки.
Дарэк встал со стула и потянулся - послышался хруст суставов, напоминающий треск сухих веток под ногами.
- Никогда не думал, что Родри увлекался науками. У него столько книг, что можно создать из них целую библиотеку. Я уже нашел кое-что о корбаловом кристалле, том самом, что был у тебя, а также прочитал несколько страниц о так называемой визуальной сфере. Но в некоторых записях Родри, - Дарэк нахмурил брови и покачал головой, - все выглядит так, как будто колдун осуществлял какой-то эксперимент. У меня есть подозрения, что он вовлек в это отца. Увы, заметки Родри очень запутанные - мало того что почерк трудно разобрать, еще и смысл уловить невозможно.
- Все колдуны сумасшедшие, ваше величество, - твердо заявил архиепископ. - А в случае Родри, по всей вероятности, дела обстояли еще хуже. - Он взял с серебряного подноса в центре стола недоеденную куриную ножку, жадно откусил и принялся сердито жевать. - Кельвину стоило сразу же избавиться от этого колдуна и ни в коем случае не позволять ему на протяжении двадцати лет оставаться при дворе и безнаказанно творить зло. Вы ведь помните: ваш отец чуть было не отменил обряд отпущения грехов! А все потому, что ему передали магические способности. Колдовство совратило Кельвина, и в этом нет ничего удивительного. - Архиепископ звучно проглотил прожеванный кусок. - Чего же добился ваш отец? Чем все закончилось?
Дарэк помрачнел и задумался, вспоминая о многочисленных разговорах с отцом. Сколько раз он тщетно пытался заставить Кельвина взглянуть на вещи трезво! Дарэк всегда испытывал глубокое уважение по отношению к родителю, даже несмотря на то что так и не смог полюбить его. И как мог один из лучших королей в истории государства допустить столь непоправимую ошибку? На протяжении всей жизни Кельвин постоянно проявлял себя как проницательный тактик и отличный военный стратег. Перед его способностями преклоняли головы даже бунтующие повстанцы времен гражданской войны. Им пришлось подчиниться воле короля ради установления столь долгожданного мира в Кайте. Теперь-то было понятно, что прекратить войну Кельвин смог бы и своими усилиями, не ввязываясь в колдовские переделки.
При одной мысли о магии Дарэк почувствовал, как по спине побежали мурашки. Вэнтан прав: волшебные заклинания отца, которым его обучили после передачи дара, не привели ни к чему хорошему. Он был просто одержим идеей помочь колдунам, улучшить их жизнь. Эти проклятые, сумасшедшие колдунишки! Главной своей задачей Кельвин считал отмену священного обряда отпущения грехов - безумное, нелепое желание! В его планы также входило добиться легализации обучения лорнгельдов их чертовой магии. Он практически не принимал во внимание бесконечные просьбы старшего сына и Курии отказаться от своей ужасной задумки. А ведь они постоянно напоминали ему о том, что все волшебники - дети дьявола, что к спасению у них есть один-единственный путь - отказаться от магических способностей и добровольно отдать душу Господу. Отказ Кельвина признать этот факт привел к настоящей катастрофе. Он был жестоко убит, убит колдуньей, представительницей того самого рода, которому так мечтал помочь.
Был убит не просто колдуньей, а собственной единственной дочерью Атайей.
Приглушенный стон прервал мысли Дарэка: Вэнтан, зевая, поднялся с места и направился, тяжело ступая по мягкому ковру, к камину. Подол его черной рясы, обтягивая толстый живот, поднимался сантиметров на пять от пола, являя взору мясистые ступни в дорогих бархатных тапочках, вышитых золотистой нитью. Он встал спиной к огню, чтобы погреться. Яркое пламя осветило его рукава: по краям они были испачканы жиром. Вероятно, архиепископ тайком вытер ими губы.
- Уже поздно, ваше величество, - со вздохом пробормотал Вэнтан. - Вам пора отдыхать.
- Благодарю за заботу, - ответил король снисходительным тоном, прекрасно понимая, что прелат просто-напросто ищет повод улизнуть. - Я хочу дочитать начатый очерк. Только потом пойду спать. А ты тем временем мог бы просмотреть вон те документы. - Дарэк кивнул в сторону внушительных размеров стопки каких-то бумаг, перевязанных лентой пурпурного цвета. - Чернила достаточно свежие. Скорее всего это написано не так давно.