- И ты прекрасно понимаешь, почему я вынуждена была так поступить, так ведь?
Пожалуйста, Джейрен, - молила про себя Атайя, - скажи мне, что все понимаешь, скажи мне то, что я хочу услышать. Или я не смогу спокойно жить на этом свете.
Когда он наконец ответил, его голос прозвучал устало и печально:
- Я понимаю, Атайя, но это вовсе не означает, что я согласен с тобой.
Она ждала, что Джейрен продолжит говорить - объявит ей о своем намерении присоединиться к ней позже, после непродолжительной поездки в Улард, - но, как ни странно, он не сказал ничего подобного. Сердце Атайи сжалось в комочек. Возможно, лорд Иан уже упомянул про соседку… Клару О'Фадден?
- Я могу прислать тебе весточку через месяц или… просто сообщу о том, как у меня дела, - сказала Атайя.
Джейрен едва заметно кивнул. Он прекрасно знал, да и она тоже, что такими фразами всегда обмениваются при расставании, просто из нежелания взглянуть правде в глаза: признаться в том, что они, возможно, никогда больше не увидятся.
Неожиданно Джейрен повернулся к ней и окинул пылким взглядом.
- Я знаю, ты изменишь мир, Атайя. По крайней мере какую-то часть его. Я верю в тебя.
Поспешно, словно боясь, что любимая ускользнет от него, Джейрен наклонился к ней и поцеловал в щеку. Не успела она и слова произнести, как он уже повернулся к ней спиной и пошел прочь, не успев заметить, как Атайя инстинктивно протянула ему навстречу руки, безмолвно пытаясь удержать его.
Пройдя ярдов десять, он остановился, поднял к звездам голову, словно прося совета, затем печально опустил ее и закрыл глаза руками.
- Я все еще люблю тебя, Атайя, - тихим голосом, не оборачиваясь, сказал Джейрен. - Помни об этом всегда.
Поспешно, как будто стыдясь собственных слов, он зашагал ко входу в замок.
Атайя чувствовала, как к горлу подступил ком, готовый вот-вот вырваться наружу оглушающим криком: Не уходи! Останься… едем со мной! Я выйду за тебя замуж, Джейрен, и мы проведем остаток своих дней вместе… только не оставляй меня сейчас!
Она так и продолжала молча стоять у конюшни, обхватив лицо руками, закусив, чтобы не разрыдаться, нижнюю губу.
- Прекрати. Подумай о чем-нибудь еще, - пробормотала Атайя, обращаясь к самой себе. - Подумай о чем-нибудь другом.
Совершенно неожиданно, будто инстинктивно, она закрыла глаза и принялась читать зазубренные когда-то наизусть строчки, заставляя мысли направиться по другим каналам.
- Кредони, лорд первого Совета, двадцать шесть лет; Сидра, лорд второго Совета, одиннадцать лет; Малькон, лорд третьего…
Атайя продолжала читать до тех пор, пока боль не отступила, пока нестерпимое желание броситься вслед за Джейреном не ослабло.
На сердце залегла свинцовая тяжесть, а день, еще не начавшись, был безнадежно испорчен. Вдруг в комнате на первом этаже, совсем недалеко от конюшен, зажегся свет. Через мгновение окно раскрылось, и Атайя увидела Николаса. Высунувшись по пояс, он пожал ей руку и поцеловал на прощание. Она тоже поцеловала его в щеку и почувствовала небольшое облегчение.
Послышался крик Ранальфа, извещавший о готовности к отправлению. Буквально через несколько минут путешественники уже выезжали из главных ворот замка: Ранальф управлял повозкой, где сидели Мэйзон и Тоня, и все так же мирно спал Кам. Кейл ехал следом, приглядывая за запасными лошадьми, а Атайя - позади всех.
Вот бы перенестись в Кайт при помощи заклинания транслокации, подумала она. Тогда не нужно будет тратить на утомительную поездку, во время которой не отделаться от мыслей о Джейрене и о близких, оставленных позади, столько дней и сил. И хотя в старинных трудах мастера Кредони она читала, что человек может транслокировать вместе с собой вещи и людей, находящихся с ним в физическом контакте, решила не рисковать: с пятью компаньонами, их вещами и провизией, наверное, не так-то просто справиться!
Они выехали на главную дорогу, ведущую из Ат Луана на юг, собираясь нанять судно в небольшом портовом городе Альравике и переправиться оттуда к восточному побережью Кайта.
Когда Грендольский замок уже начинал исчезать из виду, Атайя оглянулась и в последний раз посмотрела на отливающее серебром величественное здание, слегка освещенное теперь занимавшимся рассветом. Скоро оно оживет и наполнится суетой и повседневными делами, смехом и разговорами. Сейчас же все еще спали, спокойно и безмятежно, за исключением, наверное, одного человека - молодого мужчины, закутанного в теплый темный плащ с капюшоном, мужчины, который любил ее настолько, что смог отпустить.
Глава 9
- Николас не вернулся? Что, черт возьми, ты имеешь в виду? - заорал Дарэк, и его голос раскатистым эхом отозвался в затихавших к ночи коридорах замка Делфар. Усыпанная рубинами корона зловеще сверкнула, отражая сияние свечей, когда король вскочил с трона и гневно уставился на стоявшего перед ним, трусливо опустив плечи, седоволосого человека. - Ты хочешь сказать, что со спокойным сердцем уехал из Ат Луана, оставив его в этой проклятой Богом стране?
- Ваше величество, он…
- Только подумай, что эти сумасшедшие колдуны могут с ним сделать! В лучшем случае обратить в одного из них, так же, как когда-то Атайю. - Дарэк негодующе всплеснул руками, пораженный бестолковостью своего советника. - Ты хоть понимаешь, в какой опасности он теперь находится? - Король помахал перед лицом дрожащего герцога поднятым вверх указательным пальцем. - Знаешь, что я могу сделать с тобой за это? Назначить на место лорда-маршала в Саре вместо старого Де Брейси.
Джессингер побледнел при одной мысли об отправлении его на дикий, обдуваемый семью ветрами остров. Кому-то, быть может, такая перспектива показалась бы привлекательной, но все знали, что Кельвин в качестве наказания посылал туда лишь тех, чья служба не удовлетворяла его требованиям.
Звучно сглотнув, Джессингер опустил голову и съежился, словно мечтая с головой спрятаться под промокшим насквозь плащом. Он не успел переодеться с дороги и теперь стоял в лужице воды, стекавшей с его одежд. Король не обращал на его неудобство ни малейшего внимания, равно как Дагара и архиепископ Вэнтан, восседавший у камина у противоположной стены.
- Принц Николас сам пожелал остаться, ваше величество. Сомневаюсь, что кто-то принудил его принять подобное решение. Кстати, он… - Джессингер кашлянул, вероятно, оттого, что не решался договорить начатую фразу, но напряженный взгляд короля, устремленный на него, заставил его отбросить сомнения. - Его высочество, насколько я мог заметить, увлекся молодой дочерью Осфонина.
Дарэк шлепнул себя по лбу.
- О Господи! Я должен был это предвидеть. Его отправляют в другое государство с важной миссией, а он, вместо того чтобы заняться серьезным делом, флиртует с женщинами.
- Этот мальчишка никогда не повзрослеет! - воскликнула Дагара, злобно втыкая иголку в вышивание. - Дожил до двадцати двух лет, а ведет себя, как четырнадцатилетний подросток.
- Принцессу Атайю мы нигде не видели, - поспешил продолжить Джессингер, зная, что если сестра начала разглагольствовать о недостатках младшего сына Кельвина, то он запросто может простоять здесь до утра.
- Естественно, вы не видели ее, - раздраженно воскликнул Дарэк. - Они прячут эту мерзавку… Не исключено и другое: что она расхаживала прямо перед твоим носом под… Как они называют эти свои штуковины? Невидимым покровом, кажется. Колдуны прячутся под ними и становятся невидимыми.
- Именно таким способом принцесса проникла в собор Святого Адриэля на похороны Кельвина, - с важным видом заметил архиепископ.
Джессингер сжал зубы и чуть было не спросил, каким таким образом должен был обнаружить человека-невидимку, но, увидев каменный взгляд короля, отказался от столь смелого поступка и продолжил свой рассказ.
- Не могу сказать, что король Осфонин встретил нас очень любезно. - Он вновь смущенно и нерешительно кашлянул. - Заявил, что не знает, где находится Атайя и что… в его обязанности вряд ли входит разыскивать сестру его многоуважаемого друга короля Кайта.
Лицо вдовствующей королевы осветилось праведным возмущением.
- Да как он смеет…
- Не нервничай, Дагара, - сухо сказал Дарэк. - Я ожидал услышать нечто подобное. Осфонин правит страной вот уже тридцать лет, а я ношу корону всего лишь шесть месяцев. Наверное, он посчитал себя вправе так со мной обойтись.
Король прошелся вокруг комнаты, взволнованно теребя короткую щетину, которую мечтал отрастить в бороду.
- А Парр, значит, вернулся, чтобы отыскать-таки Атайю, - удовлетворенно пробормотал он. - Хорошо. Очень хорошо. Я не ошибся, назначив его на должность капитана. Кстати! - Дарэк резко остановился и повернулся к Джессингеру. - Ты видел этого чертова колдунишку, который помог ей сбежать? Джейрен… какой-то там. По-моему, этот мерзавец является ассистентом любимца-колдуна Осфонина.
- О да, ваше величество. - Джессингер воспроизвел в памяти вечер приезда в Ат Луан и непродолжительный разговор с Джейреном. - Он сказал, что ничего не знает о местонахождении принцессы Атайи, но капитан Парр не поверил ему. Позже мне довелось побеседовать с колдуном Осфонина… Насколько я помню, его зовут Хедрик. Старик утверждает, что встречался с Атайей лишь в сентябре и больше никогда не видел, что она, по его мнению, обладает огромным талантом и что ее лучше не сердить.
Дарэк насмешливо фыркнул.
- Хороший совет. Если вспомнить, что произошло по ее милости с Кельвином…
Последовало напряженное молчание, нарушаемое лишь потрескиванием горящих в камине поленьев да стуком падающих с плаща Джессингера крупных капель.
Первой заговорила Дагара. Повернувшись с гневным видом к брату, она воскликнула:
- О, Мозель! Как же глупо ты поступил. Неужели тебе не пришло в голову, что Николас остался в Ат Луане именно из-за Атайи? Он привязан к ней с детства. Быть может, еще в младенческом возрасте она опутала его своими дьявольскими заклинаниями. Так поступила и теперь, пожелав, чтобы брат остался с ней. Все настолько просто!