Распрощавшись, Сашка убрала телефон в карман, встала с диванчика и задумчиво огляделась. Идти обратно в зал ей не хотелось. Скучно. И уйти нельзя. За работу, на которую она подрядилась, так-то неплохо платят. Кофе выпить, что ли? Она видела, что на первом этаже есть кафе. Не будет ничего страшного, если она задержится еще на десять минут.
Сашка повернула к лифту, у которого стояла такая же скучающая Рита, при виде ее замахавшая ей рукой. Видимо, тоже кофе захотела. Она ускорила шаги, но не успела дойти до лифта, который уже вызвала Рита. Хромированные двери распахнулись, и из них на блестящие плитки пола шагнул Юлий Клипман собственной персоной. Сашка ойкнула и попятилась, понимая, что сбежать не успеет.
Юлик, разумеется, сразу ее увидел. Остановился как вкопанный, хлопнул в ладоши, словно не веря собственным глазам.
– Саша, здравствуй! Как же я рад тебя видеть. Ты чего трубку не берешь? Целую неделю не могу до тебя дозвониться.
– Так вы, оказывается, знакомы? – удивленно протянула Рита, и Сашка застонала, понимая, что та теперь разнесет этот слух по всей блогерской тусовке.
– Конечно. Эта прекрасная девушка один раз согласилась сходить со мной на свидание, и теперь я рассчитываю на повторение, – подмигнул Клипман.
Сашка не поднимала глаза, желая провалиться прямо на этом месте. Клипман подхватил ее и Риту под руки:
– Девушки, тут внизу есть неплохое кафе. Давайте выпьем кофе.
– Но у нас мероприятие, – сказала Рита, с обожанием глядя на Юлика. Сашку она демонстративно не замечала.
– И у меня тоже. Но дела подождут. Без проблем! – провозгласил Клипман и фактически силой затащил их в лифт.
В день кастинга на роль девочки-блогера в четвертый сезон сериала «Неслухи» Натка ужасно нервничала. Ее сразу предупредили, что пробы могут затянуться, поскольку очередь из желающих образовалась довольно солидная, не меньше пятидесяти детей, и Натка совсем пала духом. Конечно, она понимала, что далеко не все являются претендентами на нужную ее дочке роль, но режиссер отсматривал всех детей подряд, а это означало, что своей очереди придется ждать чуть ли не до вечера.
К долгому ожиданию она приготовилась, взяв для Насти, то есть Аси, парочку любимых девочкой бутербродов с сервелатом, два пакетика сока и маленькую шоколадку, но вот о себе не позаботилась совершенно, прихватив с собой лишь бутылку воды. Из дома они выехали, когда на часах еще не было и семи утра, и вот сейчас, к трем часам дня, она ужасно хотела есть.
Как на грех, в здании, где проходил кастинг, не было не только кафе, но и даже завалящего автомата с чипсами и конфетами. Отлучиться, чтобы сбегать в кафе напротив, Натка не могла, ведь Настю могли вызвать в любой момент. То есть Асю. Девочка от долгого ожидания устала и начала капризничать, что ей вообще-то совсем несвойственно. Будущая звезда Ася Константи обладала очень терпеливым характером.
Еще с того момента, как Константин Таганцев впервые увидел ее в больнице города Энгельса, она никогда не плакала и не жаловалась. Однако сейчас девочка заметно устала и чуть ли не дремала на стуле, привалившись к Наткиному плечу и периодически хныча.
– Мамочка, мы скоро пойдем домой? Я хочу к своим куклам и Веньке.
Венькой звали их кота, с которым Настя подружилась с первых же дней пребывания в доме Таганцевых. Вообще-то Венька своим хозяином признавал Сеньку, но Насте иногда разрешал гладить себя по мохнатому пузу и за ушами, хотя терпеть не мог никаких нежностей.
Натка поймала себя на том, что мысленно опять назвала дочь Настей, и вздохнула. Если ей трудно перейти на новое и непривычное для слуха имя, так чего уж от других членов семьи ожидать. Сенька тоже то и дело сбивался с Аси на Настю, а Таганцев и вовсе проигнорировал пожелание жены и, как и раньше, звал дочь исключительно Настюшей.
В животе заурчало так громко, что на Натку оглянулась сидящая рядом бабулька с ребенком лет десяти. Ровесник Сеньки был одет в белую рубашку с галстуком-бабочкой и черные брюки со стрелками, только скрипки не хватало. Бабуля, громко разговаривающая по телефону, успела поведать всем своим родственникам, что ее внук претендует на одну из четырех главных ролей в «Неслухах». Нет, надо поесть, а то так и до голодного обморока недалеко.
Натка набрала номер мужа, хотя и понимала, что в разгар рабочего дня он вряд ли сорвется с места, чтобы привезти ей какой-нибудь бутерброд. Так и есть. Таганцев даже на звонок не ответил, сбросив его и прислав короткое сообщение, что он не может говорить и обязательно перезвонит позже. Так, кто еще может ее выручить? Сестра Лена? Не вариант. Судья Кузнецова в это время тоже на работе. Племянница Санька? Та не ответила на звонок, видимо, была занята какими-то своими девичьими делами. Оставался только Сенька, и Натка набрала номер телефона старшего сына. У него сегодня, к счастью, нет занятий в бассейне, и после школы он должен быть дома.
– Да, мам. – Сенька ответил после первого же звонка, из чего следовало, что он держит телефон в руках, играя в какую-нибудь игру.
Вот и хорошо, пусть отвлечется, прогуляется и принесет ей еду, тем более что до места кастинга всего три остановки на метро без пересадок. Материнское задание приготовить два бутерброда, заварить чай в термосе и привезти это все по нужному адресу Сенька воспринял спокойно и пообещал все сделать. К этому моменту у Натки снова громко заурчал живот, так что в свое поручение она привнесла небольшие коррективы.
– Вот что, сыночек, ты делай бутерброды и чай, а я вызову тебе такси. Очень есть хочется.
– Мам, ты что как маленькая, – удивился Сенька. – На метро же быстрее будет. Сейчас уже час пик начнется, на такси я гораздо дольше ехать буду.
Все-таки у нее очень разумный ребенок.
Сенька появился в кастинг-центре в районе половины пятого, когда Натка уже была близка к голодному обмороку.
– На, держи, – деловито сказал он, снимая с плеч рюкзак и вытаскивая из него завернутые в фольгу бутерброды и термос с чаем. – Я побольше сделал, вдруг Настюха тоже захочет.
– Ася. Зови сестру новым именем, – попросила Натка невнятно, потому что в этот момент уже жевала божественно вкусный бутерброд, на который накинулась, словно голодный зверь.
– Конечно, захочу, я уже опять проголодалась, – заявила Настя-Ася. – Когда мне скучно, я всегда есть хочу. А тут та-а-ак скучно.
Сенька протянул ей бутерброд и начал с интересом оглядываться по сторонам.
– Да не сказал бы. Тут прикольно. Все бегают, слова какие-то повторяют, родители суетятся. Мам, можно я с вами подожду, пока вы освободитесь, и тогда уже вместе домой поедем?
– А уроки?
– А нам не задали.
Сенька явно хитрил, потому что уроки в его школе задавали регулярно и по всем предметам, но у Натки не осталось сил спорить. От долгого сидения без дела она, оказывается, тоже сильно устала. Вдруг им повезет, и Настю уже вот-вот вызовут на пробы, а потом можно будет с чистой совестью поехать домой. То есть Асю.
– Кондратьев тут есть? – Из комнаты, где проходил кастинг, высунулась молоденькая девочка – помощник режиссера, которая и вызывала детей пред светлые очи режиссера.
– Мы Кондратьевы, – засуетилась бабулька рядом.
Натка посмотрела на нее с завистью, где-то граничащей с ненавистью. Вот ведь повезло, сейчас отстреляются и поедут себе домой.
– Проходите. Константинова здесь?
Никто не отзывался.
– Константинова! Родители, кто привел девочку с фамилией Константинова? Вы следующие. Вам приготовиться нужно.
– Это, видимо, мы, – услышала Натка спокойный голос Сеньки. – Только моя сестра не Константинова, а Константи. Ася Константи. Вот она.
– Девочка, ты готова? – Теперь девушка обращалась к малышке.
– Да. Я Ася Контанти, и я готова, – звонко отчиталась Настена.
Натка от изумления чуть бутербродом не подавилась. Ай да Сенька, вот ведь молодец. Не растерялся, пока она сама ушами прохлопала.
– Следующими будете, – повторила кинофея и снова скрылась за дверью, ведущей в святая святых. – Кондратьев, пойдемте, сейчас режиссер вернется, и будем пробоваться.
Режиссер? Вернется? Натка в пылу поедания своего бутерброда даже не заметила, чтобы он куда-то выходил, но сейчас краем глаза вдруг увидела, что по коридору к ним приближается тот самый Юрий Мальковский, благодаря которому они с Настей тут и оказались. То есть с Асей.
– Здравствуйте, – сказал он, подойдя к ним ближе.
– Здравствуйте. – Натка приосанилась, впечатленная тем, что режиссер, который видел их всего один раз на пробных съемках рекламного ролика, сразу их узнал. – Мы вот здесь. По вашему приглашению. И в школу вашу записались, и уже на двух занятиях были.
– Отлично, – сообщил режиссер. – Мальчик, пройдем в студию.
Натка не сразу поняла, что он обращается не к стоящему рядом мальчику с фамилией Кондратьев, а к ее Сеньке.
– Простите, но мой сын не пробуется, он просто принес нам еды, – поспешила исправить ошибку Натка. – Я тут с дочкой. Вот. Ася Константи. Вы ее уже видели и сказали, что у нее явно есть способности.
– Хорошо-хорошо. Способности есть практически у каждого ребенка. Но сейчас меня интересует ваш сын. Я видел, как он появился тут и доставал бутерброды из рюкзака. Это именно тот типаж, который я ищу для своих новых съемок. Вы же знаете, что мальчик, который должен был играть одного из четырех главных героев в «Неслухах», переехал с родителями в другую страну. У него отец дипломат. И вот я теперь ищу замену, нужно вводить нового актера. Персонаж – мальчик Данила, десяти лет, по типажу очень похожий именно на вашего сына. Тебя как зовут?
– Арсений, – пробормотал Сенька.
– Тоже Константи?
– Нет. Я Арсений Кузнецов.
– Отлично. У нас сериал про совсем обычных мальчишек. Вычурные фамилии нам ни к чему. Ну что, Арсений, хочешь сниматься в кино?
– Нет.
Мальковский, похоже, не ожидал такого ответа, по крайней мере, на лице его было написано полное изумление.