Утром, когда мы лежали, тесно обнявшись, и, по обыкновению, разговаривали обо всем на свете, я коротко звякнул в колокольчик – пришла пора сладкого сюрприза. В спальню вошла служанка с подносом, так старательно стараясь не глядеть на нас, что Яна даже прыснула от смеха.
Как же – спрячешь от прислуги, что в доме находится сама императрица! Они всегда больше хозяев знают. Ко мне они уже привыкли – такой же человек, как и все, а тут сама ее величество. Я взглянул на Янианну, которую откровенно забавляла ситуация и реакция прислуги на ее присутствие в доме.
– Что это? – спросила она, потянув носиком воздух.
– Приворотное зелье, называется шоколадом. Сейчас буду поить тебя, чтобы приворожить, – небрежно заявил я.
– Я уже пробовала его, – безмятежно сказала она.
– Когда это ты успела? – Я не смог скрыть разочарования: надеялся, что буду первым, кто угостит ее шоколадом.
На какао-бобы я наткнулся случайно и, поинтересовавшись у своего повара, узнал, что их используют только для получения масла, которое применяется в кондитерских целях. О том, что из них можно делать шоколад, никто и не слышал. А тут на тебе: Яна уже пробовала…
– Ты меня уже поил им, наверное, еще при первой встрече. Иначе непонятно, что я в тебе нашла… – И Яна засмеялась, довольная.
Ах вот оно в чем дело – шоколад здесь, оказывается, ни при чем.
– Тогда буду пить один. – Я налил себе полную чашку и с удовольствием отхлебнул.
– Дай и мне попробовать, – потребовала девушка.
Пожалуйста, солнышко! Я наполнил чашку и ей.
Шоколад Янианне очень понравился, и она попросила еще.
– Почему у меня во дворце такое не подают?
Я пожал плечами: у поваров нужно спрашивать. Мы со своим поваром убили довольно много времени, пока не получили шоколад, вкус которого меня удовлетворил.
– Вкусно? Тебе понравилось?
Яна энергично закивала.
– Понимаешь, шоколад нигде больше нельзя приготовить, кроме как в моем доме, и вывозить его отсюда тоже нельзя. Но ведь ты можешь бывать у меня часто и каждый раз пробовать его…
Сначала Янианна слушала меня внимательно, затем, очевидно сообразив, сказала:
– Хорошо, я буду приезжать, чтобы выпить чашечку, и сразу же возвращаться назад. Видимо, ты этого добиваешься, милый?
– Нет, нет, – заторопился я. – Мне вспомнился еще один рецепт шоколада, он вообще не портится, и готовить его можно где угодно.
Глава 11Бал-маскарад
В этот же день я собрал своих управленцев – Коллайна, Герента и еще нескольких новых сотрудников.
Один из них, принятый на должность счетовода, оказался совсем молодым парнем, не старше двадцати, но очень способным, если не сказать талантливым, математиком. Герент собирался взять его к себе в помощники, поскольку сам уже не справлялся – слишком уж много дел было завязано на нем.
Герент представил мне Криса Менолуза, отрекомендовав его как человека исполнительного, способного умножать в уме трехзначные числа и, кроме всего прочего, обладающего феноменальной памятью. Тощий и долговязый Крис поглядывал на меня весьма дерзко, но не от дерзости характера, а как раз оттого, что он пытался скрыть неуверенность в себе. Таким образом он пытался защититься от мира.
Я немного побеседовал с Менолузом на различные темы, пытаясь составить о нем объективное мнение. Все-таки Геренту необходим человек в большей степени пробивной, способный самостоятельно решать задачи, а не теоретик, пусть даже и талантливый. Наконец втянул его в спор, отстаивая свою точку зрения, заведомо ошибочную. Но не тут-то было: парень твердо стоял на своем, не горячась и не тушуясь, разбивал в пух и прах мои доводы.
– Подходит, – наконец бросил я Геренту и в шутку добавил: – Поздравляю с удачной покупкой.
Парень действительно хорош, когда обкатается с Герентом, найду ему занятие, достойное его талантов.
Сейчас я кивнул Крису как уже старому знакомому и начал:
– Итак, господа. Перед нами две новые задачи. Первая и главная из них – сделать один из залов императорского дворца зеркальным. Перспективы понятны: такой зал есть только в Индории, которая им очень гордится. Мы должны сделать его еще больше и лучше – это вполне нам по силам. Резонанс получится значительный, на всю Империю, а это, как вы сами понимаете, будет нам очень на руку. Кроме того, я больше чем уверен, что такой зал захотят иметь многие, пусть и меньших размеров.
Вторая задача – не столь сложная, больше для души. Нам предстоит сделать так называемый аттракцион с кривыми зеркалами. Поверьте, успех будет грандиозный.
С этим ничего сложного нет: кривые зеркала – они и есть кривые, вся суть заключается в том, что и отражения будут такими же. А насколько это смешно – вы сами сможете убедиться в скором времени.
И действительно, успех превзошел все ожидания. Даже я, давно избалованный всевозможными шоу, чуть не надорвал себе живот от смеха, рассматривая свои отражения. Что же говорить об остальных, для которых такое развлечение было внове. Мы сделали два аттракциона – один для благородной знати, а второй – для публики попроще. Я распорядился держать при обоих лекарей на тот случай, если кому-то станет плохо от смеха. Такая опасность реально существовала, некоторые посетители впадали в истерику, и их приходилось выводить под руки. Аттракционы работали полный световой день, и поток публики не прекращался ни на минуту.
Очень забавно было наблюдать, как знать, полная скепсиса, входит в небольшой лабиринт, где стояли причудливо изогнутые зеркала, и как она же еле выползает из него, держась за животы и вытирая слезы.
На третий день аттракцион почтила своим присутствием императрица Янианна со своей свитой. Я издали наблюдал, как прибыла компания из нескольких карет в сопровождении конных гвардейцев, из которых вышли чопорные дамы и не менее важные кавалеры. Все они, за исключением императрицы, выглядели очень скептично – мол, ну-ну, мало ли что говорят! Уж нас-то трудно чем-либо удивить!
Посмотрим, посмотрим, подумалось мне, не вы первые, не вы последние. Я не видел еще ни одного человека, который бы вышел оттуда с таким же лицом, какое было у него на входе.
Первой в лабиринт вошла Яна в окружении ближайших своих фрейлин, и буквально через несколько секунд послышался ее звонкий смех. Не отставали от императрицы и ее спутницы. Не минула чаша сия и остальных, и, даже садясь в кареты, они продолжали смеяться, вспоминая увиденное.
Вечером Яна поделилась восторгом от посещения аттракциона и настоятельно посоветовала мне его посетить. Я ответил обещанием и уже собирался переменить тему разговора, но она на секунду задумалась, и ее вдруг озарила догадка:
– Артуа, сознайся, ведь это же твоя работа? – спросила Яна.
– Да, – легко сознался я. – Но подарила эту идею мне ты, назвав одно из моих зеркал кривым.
– Я даже представления не имела, что могу так много смеяться. На последние зеркала старалась вообще не смотреть – боялась, что станет плохо.
– Очень рад, что угодил тебе. Если пожелаешь, мы сделаем Цветочный зал именно таким.
Янианна задумалась, затем отрицательно мотнула головой:
– Наверное, не стоит этого делать. Я хочу, чтобы была настоящая зеркальная зала. Мне рассказывали, что это очень красиво, когда со всех сторон окружают отражения и помещение кажется огромным.
Я согласился. Всем он хорош, этот аттракцион, но стоит посетить его несколько раз – и впечатления станут не такими яркими. Чтобы вновь стало смешно, нужен долгий перерыв.
В этот вечер я захватил с собой еще одну новинку для Яны: два номера газет, как и задумывалось – общеимперскую и для дам. Обе газеты были скромных размеров, примерно в половину от привычных мне, но зато отпечатаны в трех цветах – черном, синем и красном.
Дамская газета, помимо содержания, отличалась изящным шрифтом и более красочным оформлением. Яна пришла от газет в полный восторг. Я усадил ее в кресло, вручил газету для дам и подал знак, чтобы принесли чашечку горячего шоколада.
Когда Яна поинтересовалась, все ли в них соответствует действительности, я подтвердил, что да – и рыночные цены, и описываемые события, и все остальное.
Но здесь стоит завтрашнее число, удивилась она. Так люди и увидят их завтра, газеты будут печататься этой ночью: пятьсот экземпляров «Герольд Империи» и двести – «Дамского Спутника». Утром часть газет разнесут по наиболее значимым домам столицы, часть раздадут в руки всем желающим специально нанятые мальчишки. Этот номер бесплатный, чтобы привлечь к газетам внимание. Следующие выпуски будут уже иметь цену, поначалу чисто символическую.
Затем, по мере увеличения тиража, цена чуть подрастет, но ненамного. Газета должна быть общедоступной и рассчитанной на массовую аудиторию. Если кому-нибудь придет в голову выпускать газету специально для дворян – пожалуйста, никто ничего не имеет против. Эти же два номера отпечатаны специально для ее величества, чтобы императрица могла ознакомиться с ними и высказать свое мнение.
Янианна внимательно прочитала обе газеты, и мне было интересно наблюдать за выражением ее лица. Вот она слегка нахмурилась, вот улыбка тронула ее лицо. От небольшого рассказа о судьбе бедного дворянина из провинции, приехавшего в столицу и убитого на дуэли на второй же день, у Яны даже увлажнились глаза. Я сам скропал этот рассказик в дамский номер и точно знал, что данный факт действительно имел место.
Наконец когда она закончила читать, я попросил ее высказать мнение о газетах.
– Замечательно, просто замечательно, Артуа, мне бы даже и в голову не пришло, что это так интересно – читать газеты. И замечаний у меня никаких нет, они такие, какими, вероятно, и должны быть.
Еще бы – я сделал их такими, какими привык видеть в своем мире. То есть какими они будут здесь лет через триста. Все развивается в лучшую сторону – и наука, и искусство, и техника. Издание газет тоже не исключение.
Со шрифтами мне опять помог Гростар. Отпечатать газету никакой сложности не представляет. Для этого в специальные лотки укладываются литеры с буквами в зеркальном отображении. Затем буквы смазываются краской, сверху кладется лист бумаги, который прокатывается валиком. Все, одна сторона готова. Остается таким же образом отпечатать вторую.