В ответ зверь рыкнул, мне послышались вопросительные нотки.
— Всех самых злых собак у нас так называют, — почувствовал я необходимость дать пояснения.
Маблан удовлетворённо рыкнул, семеня рядом.
— Тогда договорились, — кивнул я ему серьёзно. — Будешь Колчаком.
Похлопав его по жёсткому боку, я двинулся дальше вглубь пещеры. Однако возле камеры с пищевыми запасами Логова остановился. Меня словно за рукав кто-то дёрнул. Из-за чего решил завернуть туда.
— Посторожи вход, Колчак, — бросил я и вошёл в камеру.
Что-то направило меня к коконам с гуманоидными очертаниями. Место было откровенно жутковатым, но я почему-то был твёрдо уверен, что мне приходилось бывать и во сто крат худших местах. Возможно, это давал о себе знать напрочь забытый опыт службы в космической пехоте. Отчего-то я был чётко уверен, что обычный человек без специальной психологической подготовки не сохранил бы присутствие духа в подобной ситуации. А мне всё нипочём. Так можно ли меня после всего этого назвать нормальным человеком? Если же вспомнить, что кожа, кости и головной мозг уже необратимо преобразованы, можно ли меня вообще считать человеком?
Подойдя к первому кокону, я достал из криптора десантный керамопластовый нож. Бритвенной остроты лезвие прочертило пластичный материал. Из разреза вывалился синекожий мутант, уже иссохший словно мумия. Следующий взрезанный кокон содержал мёртвого политропа, похожего на древнего человека, которого я узнал по обильному оволосению, чертам лица и раскраске. В третьем коконе снова оказалась мумия мутанта, а в четвёртом обнаружился живой мутант. Я еле-еле успел осознать этот факт, чтобы не дать ей упасть вниз головой.
Уложив её головой себе на колени, влил через плотно сжатые губы воду из фляги. Она пила, но в себя никак не приходила. Тогда я воспользовался Руной Малого Исцеления и вколол ей регенерирующее средство из своего медицинского набора. Решив, что это ей сейчас не помешает, влил ещё воды.
Внезапно синекожая открыла глаза, и зрачки, обрамлённые лазурной радужкой, расширились, узрев своего спасителя. Мутантка резко перекатилась и схватила десантный нож, который я беспечно воткнул рядом, когда занялся ей. Выставив оружие перед собой, она зашипела, словно дикое животное. От входа низко зарычал Колчак, но я держал его под контролем. Не хватало, только чтобы маблан отгрыз голову только что с таким трудом спасённой… Хм… Женщине. Хотя нет. Девушке. Или даже подростку. Труда жалко не было, помогал я по велению совести, но Звёздная Кровь и препарат на дороге не валяются.
Я разглядел скупо прикрытое одеждой тело голубокожей. Со всеми вполне себе гармоничными женскими признаками. Да, серо-голубая плотная кожа, сухие жилистые мускулы, играющие под ней, и полное отсутствие волос вносили свои коррективы во внешность, но… Сложение девушки было весьма и весьма гармоничным. Сказал бы, что фигура была спортивной, как у легкоатлетов, если только бывают легкоатлеты с наросшими роговыми чешуйками.
— Какой… ты… уродливый! — наконец сказала она.
Слова спасённой незнакомки звучали, словно рычание разъярённой рыси. Слова языка мне были неизвестны, но я её понял. У неё были пси-способности, по крайней мере, их зачаток.
— Кто бы говорил, — сформировал я насмешливый ответ и отправил его при помощи своего нового навыка.
— То-то ты пялишься на меня, как голодный маблан, — рыкнула она. — Это ты меня вытащил из кокона?
— Да, — кивнул я. — Может, опустишь мой нож?
— Ты кто такой? — даже не подумала она расслабиться.
Тем не менее поза мутантки стала менее напряжённой.
— Я — Кир, офицер Четырнадцатого легиона, Восходящий.
— Аркадонец! — фыркнула и презрительно скривилась она.
— Вообще-то, нет. Я из народа, который у вас принято называть Небесным.
Я нарочито медленно поднялся, чтобы не спровоцировать нападение этой ушибленной. Внимательно наблюдая за синекожей девушкой, старался не делать резких движений.
Она стояла напротив меня, сжимая десантный нож в руке, её глаза подозрительно сощурились. В расцветке моего ночного зрения её серо-голубая кожа казалась почти сияющей. Роговые чешуйки на плечах и руках придавали ей вид воительницы из древних легенд.
— Небесный? — переспросила она с недоверием, её глаза сузились. — Значит, ты из тех, кто спустился с небес на железных лодках? Почему на тебе тогда форма аркадонских псов?
— Я не знаю, что тебе рассказывали, но я здесь, чтобы помочь, — ответил я спокойно. — Я спас тебя из кокона Червей. Если бы не я, ты бы стала их пищей. А форма… Легионер я.
Она нахмурилась, явно борясь с внутренними противоречиями. Наконец, слегка опустила нож, но всё ещё держала его наготове.
— Меня зовут Кир, — повторил я. — А тебя как зовут?
Чем больше мы общались, тем лучше работал навык. Он словно подстроился к частоте синекожей дикарки.
— Зовут? — она задумалась на секунду и ответила уже без помощи речевого аппарата. — Моё имя — Аза. Ты Восходящий. Мы говорим без слов из-за этого?
— Хотел бы я сказать, что я рад с тобой познакомиться, Аза, — я попытался улыбнуться, но, судя по её реакции, вышло это не слишком дружелюбно. — Но я здесь, чтобы убить Имаго-Матерь. Ты мне будешь только мешать. Сможешь выбраться наверх без посторонней помощи?
— Зачем ты здесь, Небесный? — её голос прозвучал мягче, но настороженность всё ещё сквозила в каждом слове. Я понял, что она мне не поверила.
— Я пришёл уничтожить Червей, — честно ответил я. — Они угрожают всем, кто живёт в этой местности. И, похоже, они уже успели захватить многих, включая тебя.
Аза опустила взгляд, явно вспоминая недавние события.
— Я не здесь живу. Моя семья… мы путешествовали через Кровавую пустошь, когда они напали. Я пыталась сражаться, но их было слишком много. Потом… Темнота…
— Теперь ты свободна, — сказал я. — Но здесь всё ещё опасно. Предлагаю тебе выбираться отсюда. Я знаю, где выход, но провожать тебя не пойду.
Она посмотрела на меня долго и пристально, словно пытаясь заглянуть в самую душу.
— Хорошо, — наконец произнесла она. — Но знай: я не доверяю тебе.
— Это взаимно, — усмехнулся я.
В этот момент от входа в камеру послышалось тихое рычание. Колчак почуял что-то. Я насторожился.
— Похоже, у нас гости, — сказал я, взялся за свой карабин и проверил обойму. — Готова?
Аза кивнула, но от меня не укрылось, что её глаза сверкнули боевым азартом. Она поудобней перехватила мой десантный нож.
Всё произошло как в прошлый раз. Сначала раздался шорох хитина под сводами пещерного комплекса, а затем и появилась отвратительная шевелящаяся масса насекомых. Длинная очередь заставила споткнуться нескольких передних Червей, но задние ряды напирали и не останавливаясь, пробежали по своим павшим и раненым.
— Закрой глаза! — крикнул я, одновременно с этим послав пси-приказ.
Задействовал Руну Сияние, как в прошлый раз, запрыгнув на камень. Без паузы, даже не дождавшись окончания действия Сияния, я послал одну за другой Руны Огненного Шара, Ледяной Звезды, Алого Когтя. Приготовил Хитиновый Шип, но пока глаза не привыкли к темноте, спрыгнул за укрытие. А когда зрение снова восстановилось, то я вернул Руну в Скрижаль и взялся за «Десницу».
173
Эта новая волна Червей была какой-то малочисленной. На этот раз среди них не было ни одной условно боевой особи. Фуражиры и более крупные Охотники, конечно, тоже не фунт изюма, и среди них нашлось с десяток особей, содержавших Звёздную Кровь, но, насколько я начал уже разбираться в устройстве червивой семейки Имаго, это была завершающая волна.
Изрядно обожжённый здоровенный Охотник на ногах-ходулях выпрыгнул из копошащейся кучи-малы и побежал на меня, челюсти его клацали в предвкушении. Грохнул выстрел «Десницы». Тяжёлый револьвер дёрнулся в моей руке. Пуля аннигилировала часть головы с клювом. Агрессивная тварь переступила ещё несколько шагов, постояла, шатаясь, фонтанируя мерзким ихором, и рухнула.
Я беспощадно и без особых эмоций добил выживших и более-менее дееспособных Червей, поймав себя на мысли, что уже ко всему этому привык и адаптировался. Всё, что меня беспокоило в этот момент — собственная безопасность и Звёздная Кровь.
«Десница» ещё несколько раз дёрнулась в моей руке, я также добавил по особо резвым тварям из «Головореза». Но это, в общем-то, был уже не бой, а добивание подранков.
— Закрой глаза! — сформировал свои слова в пси-приказ для Азы.
Сияние вновь не оставило места теням в нашей части пещеры. Беспощадный Игг-свет разогнал любые намёки на темноту, заставляя корчиться, исходить дымом и подыхать Червей.
— Держись рядом и прикрывай меня, — бросил я Азе. — Колчак, вперёд!
Маблан с готовностью ринулся в атаку, его мощные мышцы играли под чешуйчатой кожей. Он вцепился в ближайшего, пытавшегося подняться, покалеченного Охотника, опрокинув его на спину, и начал рвать зубами и когтями.
Я же перезарядил револьверы и вновь открыл из них огонь, тщательно целясь и выбирая выживших Имаго. Пули пробивали хитиновые панцири и аннигилировали целые фрагменты тел, Черви дохли один за другим. Непредвиденное произошло только раз, когда я услышал возню за спиной. Где обнаружил, что в тыл пробрался Имаго-Охотник. Его встретила спасённая дикарка. Сразу стало ясно, что это совсем не кисейная барышня, а свирепый боец.
Аза удивительно ловко двигалась в бою. Используя десантный нож, она наносила точные удары в уязвимые места хитиновой брони. Не являвшейся у отродий Червей монолитной, хоть и довольно прочной. Я прицелился из «Десницы», но схватка шла на таких скоростях, что я не мог выбрать момент, чтобы выстрелить и гарантированно не задеть свою внезапную союзницу.
В какой-то момент Аза нечеловечески изогнулась, сгруппировалась, прыгнула и вонзила нож своему противнику в основание бронированной головогруди.
— Неплохо, — крикнул я, подбадривая её, и продолжил вести огонь.
Волна была малочисленной, но Черви никак не кончались. Их было немало, и они продолжали прибывать откуда-то из глубин пещерного комплекса, но плотнос