Вода и правда оказалась холодной. Зайдя до пояса, поднял руку над головой и сказал уверенным голосом:
— Мы пришли с миром…
Но эти слова не возымели действия, пришлось заходить глубже. Однако уже через несколько шагов дно резко ушло вниз, и пришлось поплыть. Естественно, направился я к группе голов над водой.
Всё, что мне пока удалось приметить, так это то, что «речные люди» носили длинные волосы, а лица их белели над водой.
Они смотрели на чужака настороженно, не приближаясь.
— Мы не причиняем зла, — негромко, но отчётливо сказал я. — Мы путешественники. Просто немного заблудились.
Я остановился и снова поднял руки в знак мира, показывая открытые ладони, из-за чего окунулся в холодные воды с головой.
231
Когда я вынырнул, едва удержался от того, чтобы не выругаться. На расстоянии вытянутой руки от меня было лицо речной девушки. Оно не было страшным или уродливым, просто появилось очень неожиданно. Пока я сделал несколько гребков, она, получается, проплыла больше пятнадцати метров.
— Мы пришли с миром, — сказал я нейтральным тоном, отплёвываясь от воды. — Мы путешественники и кое-что ищем. Поможете нам?
— Вы торговать? — спросила девица.
Её голос звучал необычно, с непонятным акцентом, но самое главное было то, на каком языке она задала свой вопрос. Говорила она на глобише. Моим родным был русский, но до Импакта человечество разговаривало именно на глобише. Естественно, что Земные Колонии не стали ничего изобретать нового и оставили всё как есть. Мы все могли без труда на нём объясняться, особенно те, кто летал в космос. Но встретить местную русалку, болтающую на знакомом с прошлой жизни языке, я был не готов.
От удивления я снова забыл на мгновенье грести и сразу же пошёл на дно. Нет, я всегда плавал отлично, но организм за последнее время очень сильно изменился. Кости и мышцы стали больше весить. Не сказать, что это мне причиняло хоть какие-нибудь неудобства, но требовалось привыкнуть.
— Торговать? — обалдел я, но ответил на глобише. — У нас нет с собой товаров, но мы можем поделиться провизией.
— Провизия? — озадачилась русалка.
— Пища, — пояснил я. — Выпивка. Ням-ням, буль-буль-буль…
Я щёлкнул себя по шее пальцем в международном жесте, означающим намерение прибухнуть, из-за чего снова окунулся. Когда же вынырнул, то увидел, что головы пловчих приблизились, и они посмеивались.
— Идём на берег, — заключила первая решительно. — Ты сам сейчас буль-буль…
— Хорошо, — хмыкнул я. — Наперегонки?
Естественно, что пришёл к берегу я первым… С конца, но это было хитрым манёвром с моей стороны. Когда доплыл и вышел на берег, то застал напряжённую картину. «Найторакс» Ами уж был извлечён из седельной кобуры и лежал поперёк седла, а речные женщины топтались стайкой на берегу, словно не понимая, что они тут делают. Повисло напряжённое молчание.
Водоплавающие были полностью обнажены, если не считать куцых набедренных повязочек вроде мини-фартука. У каждой был на поясе ремень с ножом и что-то вроде перевязей с карманами. Бусы из ракушек и вовсе носили чисто декоративный характер, ничего не скрывая.
Кроме ножей, оружия при них вроде бы и не было. Вполне себе симпатичные девушки с очень хорошими спортивными фигурами. Несколько бледнокожие, немного остроскулые и имеющие перепонки на первых фалангах пальцев, а так — вполне себе… Липшие к телу, прямые длинные тёмные волосы, контрастировали со светлой кожей. При всей атлетичности, фигуры довольно… Хм… Женственные. То, что показалось мне татуировкой, имитировавшей чешую, при ближайшем рассмотрении оказалось вроде как естественным пигментом или действительно чешуёй, скрытой под верхним слоем эпидермиса. Заканчивала образ фирменная фишка народов Единства, вёдших родословную от Кел — заострённые ушки.
Отличались речные девы от привычных мне женщин не так чтобы и слишком, но здесь немного и там чуть, отличия накапливались и представляли взгляду довольно чужеродную личину.
— Торговать? — сказала старшая, та, что с серебристыми прядями в волосах.
— Что она говорит? — напряжённо спросила Ам’Нир’Юн, настороженно следя за группой купальщиц.
То, что Ами не поняла сказанного, было неудивительно. Ведь вопрос звучал на глобише.
— Спрячь винтовку, пожалуйста, — попросил я нейтральным тоном. — Они хотят торговать.
— Чем торговать? У нас нет ничего…
Ответ прозвучал скептически, но «Найторакс» вернулся в кобуру.
— Что вы хотите обменять? — спросил я, доставая пару пайков из экстрамерности.
Девы с интересом взглянули на них.
— Что это? — спросила сереброволосая.
— Еда. Возможно, вам понравится.
Они взяли пайки, осторожно изучая их. Затем одна из них рассмеялась, её смех был чистым и звонким.
— Забавная пища, — сказала она. — Спасибо.
Та, что первой заговорила с нами, подняла на меня взгляд.
— А как это есть?
Я достал ещё один брикет и вскрыл вакуумную упаковку. Отломив кусочек, закинул его в рот и начал усиленно жевать, потирая живот и показывая всем видом, как мне вкусно.
— Ммм… Какая вкуснятина! — прокомментировал свои действия я.
Всю мою попытку в торговлю разрушила Ами, фыркнув, сдерживая смешок. Отломив от пайка ещё кусочек, предложил старшей. Та недоверчиво взяла его и понюхала, лизнула и попыталась откусить.
— Твёрдый, — сообщила она.
Девушки окружили её, подойдя ближе и наблюдая с интересом. Я отломил каждой по куску от безвкусного брикета. Все приступили к дегустации.
— Какая гадкая еда! — скривилась их старшая.
Улыбнувшись, передал брикет ей.
— Это пища для дальних походов или голода. Вы что обычно едите?
Девушка с серебряными локонами пожала плечиками, из-за чего её крепкие грудки пришли в движение. Я аж забыл, о чём спрашивал, залюбовавшись открывшимися видами.
— Мы ловим рыбу и собираем водоросли…
— Ну у вас случаются дни, когда вам не удаётся ничего поймать или собрать? — продолжал я.
Старшая задумалась.
— Очень-очень редко, — призналась она. — Исс изобильна и добра к своим детям, но иногда случается.
— Эти брикеты сухого пайка для такого случая. Сколько вы хотите их получить?
Старшая задумалась ещё крепче.
— Сколько они могут храниться? — наконец заинтересовалась она.
— Если не вскрывать упаковку, то неограниченное количество времени. Со вскрытой упаковкой… Думаю недолго.
— Я бы взяла у тебя два — три десятка упаковок на всякий случай, но что ты хочешь взамен.
— У вас есть вкусная рыба? Копчёности? Солёная рыба?
— Заготовленная укса… Да, конечно.
Переведя взгляд на Ами, спросил её:
— Ты знаешь, что такое укса?
— Рыба? — удивилась она. — Конечно, знаю, стоит баснословное количество ун. Мы с тобой двух тауро купили, а в Аркадоне укса стоит также за одну порцию.
— Три десятка брикетов на три десятка рыбин, — повернулся я к старшей речной женщине. — Идёт?
Та спокойно кивнула, соглашаясь со мной.
— Только вам нужно будет отправиться в нашу деревню или подождать здесь.
— Поедем с вами, — ответил я. — Пообщаемся. Вдруг ещё чем-нибудь обменяемся.
Быстро одевшись, мы пошли по берегу. С нами осталась старшая, остальные девушки отправились вплавь.
— Вы Восходящие, — произнесла она мелодичным голосом, когда мы с Ами по привычке замолчали. — Что вам нужно в наших краях?
— Мы кое-что ищем, — начал я. — Это лесное растение, содержащее Звёздную Кровь, оно называется Медовое Дерево. Мы хотим собрать его плоды. Ты знаешь, где его можно найти?
— Нет, — созналась старшая. — А как вас зовут?
— Я Кир. Это Ам’Нир’Юн. А как тебя?
— Отец назвал меня Дана, но все меня зовут Быстрый Плавник.
— Дана, значит? — даже не удивился я. — А кем был твой отец?
Отцом Даны оказался обычный колонист с «Хельги». Того самого ковчега, за которым отправили наш «Эгир».
232
Эта новость не то чтобы меня удивила, скорей оказалась неожиданной. Мне уже встречались упоминания о колонистах с «Хельги», попадалось их оружие и источники питания, совместимые с нашими. Откровенно говоря, было даже немного странно, что я до сих пор не смог разузнать никакой конкретики. Собственно, вот она эта самая «конкретика», шагает рядом со мной топлес.
Пока мы беседовали с Даной Быстрый Плавник, ничего не понимавшая в нашей беседе, Ам’Нир’Юн зорко и настороженно осматривалась в поисках западни или засады. Однако я отнёсся к её бдительности прохладно. Моё чувство опасности молчало. Никакие угрозы от этих водоплавающих нудисток нам не грозили.
Дана оказалась общительной и улыбчивой. Она охотно отвечала на все мои вопросы, казалось, даже радовалась тому, что нового знакомого так заинтересовала история её семьи.
Её отца звали Анджей Новак, и да, он был колонистом с «Хельги». Однако никакими особыми талантами или умениями он не отличался, а был обычным рабочим.
Племя Белого Озера нашло его почти сразу после того, как его спасательная капсула упала с неба. Естественно, первое что сделали нашедшие, превратили странного небесного человека в трэля.
Трэль получился странным, ведь плавать он почти не умел, едва держась на поверхности воды. О том, чтобы научить его нырять и речи ни шло после того, как речные люди его несколько раз чуть не утопили. Даже собирать мидий и водоросли на мелководье он не мог, так как быстро замерзал из-за студёной воды, простывал, а потом болел. Приходилось на трэля тратить Звёздную Кровь, подлечивая его исцеляющими заклинаниями, чтобы не умер прежде времени.
Не повезло озёрникам с трэлем. Приспособили его пасти на одном из многочисленных островов Белого Озера остророгов — полезных животных, дающих отличную тонкую шерсть и жирное вкусное молоко, из которого получается прекрасный сыр. Когда от Анджея все отстали, он показал себя прекрасным пастухом и с сыроделием разобрался получше многих.
А потом он начал торговать сырами с жителями Манаана, начавшими регулярно плавать к нему на остров Дракона. Хозяева только радовались такому повороту дел. Ведь трэль защищал стадо от хищников и способствовал тому, что ранее диких остророгов стало так много, что никто из старейшин не мог и припомнить, чтобы у них было столько за всю историю существования племени озёрников. Шерсти, кожи и сыров было в избытке. А у хозяев такого выгодного трэля появилось много ун, потому что Анджей, может, и плохо владел единым языком, но считать умел отлично и разбирался в ценах на товары, не позволяя ушлым торговцам себя обманывать, всякий раз оставаясь в прибытке.