На следующий день нам приходилось спешиваться и вести тауро на поводу по узким карнизам.
К вечеру третьего дня мы достигли места, откуда открывался вид на Туманную Долину. Она простиралась далеко внизу, окутанная густым молочным туманом. За ней, словно призрачные силуэты, виднелись тёмные контуры дремучего леса.
— Вот она, — сказал я, остановившись на краю обрыва.
Ами подошла ближе.
— Мы почти на месте.
— Пора разбить лагерь, — предложил я. — Завтра продолжим путь.
Мы начали готовиться к ночлегу.
236
236.
Про стоянку у стремительного безымянного горного потока сказать особо нечего, кроме того, что мы решили заключить копчёную уксу, полученную от речных ведьм в деревянную Руну. В неё «влезло» сразу семь крупных рыбин, килограмм по тридцать, что порадовало. Теперь у нас всегда будет вкусный и питательный деликатес, чтобы разнообразить наш походный рацион.
Всю ночь вокруг стоянки бродили несколько зверей, в которых бывалая Ам’Нир’Юн опознала найтволков. Мы устроились на ночь, оставив на страже Большого Уха, который также не собирался исправно нести патрульно-постовую, свернувшись на мне маленьким клубочком.
Тем не менее его два огромных уха-локатора чутко поставляли мне информацию о том, когда какая-нибудь тварь отваживалась приблизиться. Тогда я вылезал из палатки и стрелял на звук. Откровенно говоря, точность такой неприцельной пальбы в сумерках оставляла желать лучшего, но «Десница» стреляла с оглушительным звуком, усиливавшимся ещё и эхом. После того как я наудачу попал в одну из зверюг, эти громкие звуки стали ассоциироваться у них с опасностью.
Что сказать?
Умные твари.
Наутро я прогулялся до трупа невинно убиенной зверушки. Что-то похожее на волка, — в холке — мне по пояс примерно. Больше всего удивила шипастая грива, словно равновеликие иглы не росли из загривка, а были туда кем-то воткнуты. Шесть янтарных глаз были почти привычной особенностью местной эволюции. Полное отсутствие шерсти открывало всем желающим возможность изучить поджарую мускулатуру под чёрной с фиолетовым отливом шкурой.
Ами объяснила, что это «ночное» создание, это я, в общем-то, уже и сам понял каким-то шестым чувством.
Когда мы добрались до удобного спуска в каньон, по какому-то недоразумению названый «Туманная Долина», я с облегчением выдохнул и спешился, взяв Буяна под узцы. Вытер ладонь о штанину. Что-то не так было с этим туманом. Вроде как осевшая на уздечке взвесь обжигает кожу. Наша добротная походная снаряга потяжелела, да и весь я уже был покрыт липкой испариной. Было непросто, скакать по горным уступам, всякий раз разворачиваясь и возвращаясь, когда мы заходили в тупик. Но мы Восходящие, а значит, будем покрепче обычного человека. Ну не могли мы так вспотеть. Это туманная взвесь липла к нашим телам. Глаза слегка резало, а кожа стала липкой и какой-то чуть маслянистой.
То, что это нездоровое место нас никто не предупредил.
Первым, чем встретила нас Туманная Долина — россыпью костей, на которые мы наткнулись. Если считать по черепам — нам встретилось два мертвеца, но костей было ненормально много. Я практически остался уверен, что их было больше.
Это только убедило меня в том, что мы всунулись в гиблое место, тем странней было видеть почти не тронутую временем аккуратную башню, возникшую из тумана перед нами внезапно. Она была древней, но её стены были сложены из лиоровых блоков — экзоматериала загадочных Кел, над которыми, казалось, время не властно. Если бы камни не были покрыты мхом, можно было бы предположить, что её и вовсе построили недавно. Сначала я подумал, что наше путешествие закончено. Ведь древняя башня — прекрасное место обитания для древнего отшельника? Верно? Но нет… Строение оказалось пустым.
Внизу каждый вдох был словно глоток горячего пара, в воздухе висел удушливый запах гнили. Под ногами что-то то и дело хлюпало, хотя и болотом в полной мере это назвать было нельзя.
Порывшись в своих пожитках, спрятанных в экстрамерном пространстве, я добыл нам две дыхательные маски и очки, чтобы уберечь глаза от агрессивного воздействия окружающей тяжёлой атмосферы. С этого момента мы перешли на ментальное общение.
Я, держа руку на рукояти «Десницы», чувствовал, как пот стекает по спине, смешиваясь с этой мерзкой взвесью.
Ам’Нир’Юн шла рядом, её длинные чёрные волосы, обычно блестящие, словно дорогой атласный шёлк, теперь слиплись и отяжелели от влаги. Она молчала, но её глаза, постоянно изучали окружающее пространство. Посовещавшись, мы решили вызвать из Руны Колчака. Чешуйчатый маблан не чувствовал ни малейшего дискомфорта, двигаясь впереди на удалении десяти шагов от нас.
— Что-то не так, — ментально сообщила Ами остановившись.
Я кивнул, проходя мимо неё и ощутил как шестое чувство, то самое, что всегда предупреждало его об опасности. Я огляделся. Туман был настолько густым, что деревья, стоящие в десяти шагах, казались призрачными силуэтами. Ветви, покрытые мхом, свисали низко, словно руки мертвецов, готовые нас схватить.
Колчак застыл как вкопанный, он что-то почувствовал.
Сначала это был едва уловимый звук, похожий на скрежет по камню. Потом ещё один. И ещё. Я вытащил «Десницу» из кобуры.
— Ами, — послал мысль спутнице я, — Впереди кто-то есть.
Из тумана выступили фигуры. Сначала одна, потом ещё, и ещё. Некросы. Их тела, когда-то принадлежавшие людям, теперь были искажены и изуродованы. Кожа, обтягивающая кости, была серой и потрескавшейся, глаза — пустыми впадинами, из которых сочилась чёрная слизь. Они двигались медленно, но с жуткой целеустремлённостью.
— Стреляй, — скомандовала Ами, хоть её мысль была холодна, как сталь, за этим чувствовался страх.
Я не заставил себя ждать. «Десница» выстрелила с оглушительным грохотом, и голова первого некроса разлетелась на куски. Второй выстрел, третий. Ами вооружилась своим карабином и присоединилась ко мне. Некросы падали, но новые силуэты всё продолжали и продолжали выходить из-за деревьев. Некоторые из восставших мертвецов сжимали дубинки и какое-то ещё дреколье, опознать которое не было ни сил, ни желания. Наверное, мы могли бы так развлекаться до самого вечера, но, во-первых, их тут было слишком много, а во-вторых, чуткие органы осязания моего маблана сообщили, что нас медленно, но верно берут в кольцо. Ведь уверенно поражать цели из-за плохой видимости мы не могли, стреляя почти в упор.
— Надо отступать! — сообщил я, чувствуя, как адреналин заливает тело.
Мы запрыгнули на своих тауро и быстро отъехали. Ам’Нир’Юн ловко отстреливалась из седла. Ни одного промаха я не заметил.
Туман сжимался вокруг нас, как удавка. Некросы следовали за нами по пятам. Башня возникла на пути внезапно. Мы с Ами и тауро ворвались внутрь, захлопнув за собой тяжёлую металлическую дверь.
— Это не конец, — пришла мысль от Ами, её глаза были устремлены через бойницу в непроглядный молочный туман. — Они не остановятся.
Я активировал Скрижаль и воспользовался Руной Плеть Тьмы.
— Закрой дверь на засов, — передал я свою мысль.
— Ты куда?
— Хочу кое-что попробовать.
Каких-то двенадцать капель Звёздной Крови и из моей левой руки, словно пророс гибкий отросток чернильной тьмы. Некросы ещё не подошли, и у меня было несколько секунд, чтобы освоиться. В целом, это энергетическое продолжение моей конечности было покорно моей воле, но и полагаться всецело на новое заклинание не стал, вытащив иллиумовый меч.
Некросы не заставили себя ждать.
Тёмная энергия хлёстко, словно настоящая плеть, ударила по нескольким первым изломанным фигурам некросов. Моя догадка оказалась верна. Всё их противоестественное подобие жизни поддерживает «магия» Звёздной Крови.
Вы получили Звёздную Кровь + 2 капли.
Вы получили Звёздную Кровь + 1 капля.
Вы получили Звёздную Кровь + 3 капли.
Тела некросов попавших под удар чернильной тьмы рухнули как подкошенные, но их место тут же заняли другие. Самое вкусное в этом заклинании оказалось её недокументированная способность. Эти крохи Звёздной Крови добавлялись к общему резерву, а не просто восполняли его. Может это, конечно, только на некросах так, потому что они вроде бы только благодаря Звёздной Крови и живы, но это оказалось приятным бонусом.
Минусом этого интересного заклинания оказался малый срок работы. Всего минута. Следующие пятьдесят секунд, я сожалел только об этом и о том, что плеть имеет такой короткий радиус действия.
Вы получили Звёздную Кровь + 1 капли.
Вы получили Звёздную Кровь + 1 капля.
Вы получили Звёздную Кровь + 3 капли.
…
…
…
Вы получили Звёздную Кровь + 1 капли.
Вы получили Звёздную Кровь + 3 капля.
Вы получили Звёздную Кровь + 2 капли.
237
Серый сумрак опустился на башню, превращая её в одинокий остров среди бурлящего моря тумана. Я, тяжело дыша, захлопнул засов на массивной двери, отсекая нас от опасностей Туманной Долины. Руки дрожали от перенапряжения, а мышцы ныли после недавней стычки с некросами. Пришлось изрядно помахать мечом, прежде чем, пространство вокруг башни, послужившей нам убежищем, стало свободно.
В углу просторного нижнего зала присела Ам’Нир’Юн, склонившись над небольшим костром. Тусклый свет огня выхватывал из тени её тонкий профиль и задумчивые глаза, скрытые тенью длинных ресниц.
Стены башни, сложенные из лиоровых блоков, отливавшие янтарным светом в отсветах костра, напоминали об ушедших в Вечность Кел. Кисть руки Ами, перебирающая сушёные листья каких-то приправ и сладковатую крупу кхерры в котле, была покрыта несколькими старыми шрамами, коих я раньше не замечал на её гладкой тёмной коже. Кхерра — была местным злаковым растением вроде кукурузы. Только кукуруза — это куст с початками, а кхерра — торчащий из поля один большой початок, окружённый ворохом зелёных листьев.