ия.
— Асшарих?
— Думаю, принц не станет возражать и передаст тебе информацию.
В палате на несколько минут повисла тишина. Только жужжание одного из приборов создавало ауру «обитания» в помещении.
— За ней нужен будет уход. Все органы в порядке. Первое время девочка будет чувствовать слабость. Могут быть головные боли, тошнота, обмороки.
— Понял.
— Я не могу спрогнозировать, как ее психика будет справляться с произошедшим. — Добавил Альтар через минуту. — Не настаивай на близости.
— Ты меня за кого принимаешь?
Кожа на руках затвердела. Почувствовал, как челюсть выдвинулась от злости вперед, в глазах все покраснело.
— За избалованного паука — переростка. — Фыркнул симаниец. — Ты кадык на место поставь и слушай внимательно, как ее выводить из сна. А то будешь с горящей жопой по Рартору бегать и искать врача.
— Мы летим на Пари!
— Еще лучше! Там кроме ветеринаров вообще никого нет!
Асшарих
Принц мерил шагами небольшой кабинет. Наг ждал, пока Альтар даст разрешение вернуть арахнида и его прию на спутник. Хотел как можно скорее избавиться от гостей и вернуться на Вешненат. Он еще никогда так надолго не расставался с кевали. И сейчас нервничал больше обычного. Не спасали от тоски ни сообщения, ни звонки. Он хотел домой.
Тревожное настроение принца передавалось и команде. Все старались передвигаться как можно тише. И как можно реже тревожить нага. Все, кроме Хана. Ректор венной академии позвонил как раз в тот момент, когда Асшарих хотел связаться с медицинским блоком.
— Мирного Косссмосса. — Прошипел Хан.
— Сссветлых звезд. — Ответил Асшарих. — Где Лера? Я не могу ссс ней связаться.
— На полигоне. Учит желторотых манерам. Матреха сссснова сссделал из первокурсников качели. — Асшарих довольно хмыкнул и успокоился. — Я хотел сказать, что нашли еще одну девушку.
— Живая?
— Да. Нам повезло. Рагадан уже вылетел.
— Только дракон?
— Лорд Аях со своей гвардией ему помогут. Девушку доставят на Вираю. Буду держать тебя в курсссе.
— Я сообщу на Вешненат.
— Когда тебя ждать?
— Как только избавлюсь от Бадрана, сразу вернусссь.
Хан демонстративно закатил глаза и отключился. По академии о несостоявшихся побратимах слагали легенды. А некоторые, особенно смелые, даже делали ставки на то, сколько времени пройдет, прежде чем кевали принца обзаведется вторым супругам. Поговаривали, что сама кевали уже выйграла на этих «торгах» неплохую сумму.
Глава 38
Бадран
Дарина спала. Поправил тонкое одеяло и включил дополнительную фильтрацию воздуха. Япи, после дозы нейтрализующей сыворотки и кругляша успокоительного печенья, устроился под боком у хозяйки и тихонько скулил.
Один из пауков, присланных следить за домом, даже попытался успокоить малыша. Инстинкты оказались сильнее страха. Пришлось остановить несостоявшегося родителя. По крайней мере до того момента, пока сыворотка не подействует на япи полностью.
Пока нас не было, япи в приступе отчаяния и тоски сожрал все запасы в доме Дарины. Зверя раздуло как мохнатый шарик от несварения и печали. Он успокоился только тогда, когда увидел хозяйку. Сначала отчаянно пищал, пытался ее разбудить. Пришлось долго объяснять недоростку, что с хозяйкой все в порядке.
У япи было больше от пауков, чем я думал. По крайней мере, на долгое отсутствие матери, и опасность они реагировали примерно одинаково. Одно хорошо, волнуясь за девушку, он не обратил внимания на двух мелких арахнидов, собирающих вещи Дарины в боксы. Переезд прошел без особых проблем.
Оставаться в квартире прии смысла не видел. Девушке можно было это объяснить тем, что у нее совсем нет места, и мои апартаменты находятся недалеко от клиники. А япи оставить одного было нельзя. Зверь скучал и требовал вернуть хозяйку. Поэтому и он здесь.
На самом деле, я боялся снова ее потерять. Проснуться и не увидеть рядом с собой пустую подушку. Не заподозрить вовремя опасность. Если бы прошло еще несколько часов, я бы мог потерять ее навсегда. Не каждая самка могла пережить контакт с трехликим. И каждая умирала от рук их потомства.
— Уиии. — Пропищал япи. Как будто слышал мои мысли.
— Спи. — Ответил мелкому и включил ночной режим в помещении.
Хотел лечь рядом. Но нужно было связаться с Рартаром, пока Дарина спала. И попробовать узнать результаты допроса Халифы.
Дарина
Грозное «Ам!!!» было первым, что я услышала, когда начала приходить в себя. Потом маленькая лапка ухватилась за ухо и комок шерсти повис тяжелой сережкой на ухе.
— Ам!!!
Следующим в лапы япи попал нос. Недоарахнид залез на щеку, как скалолаз ухватился за прядь волос и начал тыкать мне в глаз мокрым носом. Через секунду послышались осторожные шаги и возмущенный писк япи.
— С ней все в порядке. — Голос Бадрана мягким теплом отразился в душе. — Пусть отдыхает.
— АМ!
Я дома. Не приснилось. Меня спасли! Облегчение, радость и страх от того, что это может оказаться просто сном, накатили одновременно. От такого количества эмоций из груди вырвался то ли судорожный вздох, то ли неумелый всхлип. Открыла глаза.
— Все хорошо.
Раздалось у самого уха, а потом град теплых поцелуев посыпался на лицо.
— Никогда, больше никогда! — Бадран обхватил мое лицо ладонями и прижался лбом к подбородку. — Больше никогда тебя не отпущу! Никуда!
— Попахивает домостроем. — Фыркнула из вредности и обняла арахнида.
«Он не знает, что такое домострой» — сообщил Балалайка.
«Рада тебя слышать, бестолковка»
«Я Балалайка» — возразил искуственный разум. — «Хоть и считаю, что называть высокоразвитый интеллект в честь такого примитивного инструмента было неправильно»
«Я тоже тебя люблю»
— Мне плевать, что чем пахнет.
— Ам! — Явно согласился с ним япи.
Малыш бесцеремонно залез на макушку Бадрана и возмущенно хлопал себя круглыми лапками по бокам. Тонкий мех стоял дыбом, крылья беспомощно дергались, а живот был такого размера, как будто он съел бройлера целиком.
— Что с ним случилось?
Бадран подцепил малыша япи за холку и пересадил на покрывало. Зверь возмущенно икнул и, словно неваляшка, попытался завалиться на бок.
— Переедание на фоне тоски. Он очень переживал за тебя.
— Уи! — Подтвердил слова паука япи.
В комнате царил легкий полумрак. Хотя часы показывали самый разгар дня. Только сейчас обратила внимание на затемненные окна, широкий резной комод и вход в ванну, прямо из спальни.
— Где мы?
— На Пари. У меня дома.
Бадран помог сесть и выключил ночной режим. В комнату ворвался мягкий дневной свет. Помещение сразу стало казаться больше. Из сумрака появились несколько галографических картин, часы, цветастая дверь, за которой прятался гардероб.
Взгляд упал на небольшую двуногую вешалку. Там висел светлый костюм из гладкой ткани. Я его купила в первые дни жизни на Пари. Для дома. На Земле у меня было похожего кроя кимоно. Очень красивое, но совсем неудобное. Я его ни разу не надела. А здесь аналогичная вещь вроде как и прижилась.
— Кажется, мы только что съехались? — Спросила у арахнида, глядя на одинокую вещь.
— Я рад, что ты не против.
Бадран помог мне сесть. Подложил под спину странную конструкцию с подпором под шею и поясницу.
— Ты не спрашивал.
— Я спрашивал. Ты просто спала.
— Ам! — Подтвердил япи и залез ко мне на колени.
— Кажется, тебе еще долго нельзя будет «ам». А то лопнешь.
Предложение «лопнуть» зверю понравилось. Он засмеялся и с громким «уууииии» покатился назад. Я хотела броситься, подхватить малыша. Но меня опередила тонкая паучья лапка.
«Только не кричи» — попросил Балалайка.
Через секунду появилась квадратная рожица с рядом из пяти крупных глаз и двумя, явно ядовитыми, хилицерами. Лапки и «лицо» паука были покрыты короткими серыми волосками, от одного вида на которые собственные волосы становились дыбом.
— Не бойся. Это Бай. Он помогает по дому. И Фру. — Бадран показал на стену, где притаился еще один паук, размером с теленка.
Оба с каким-то нездоровым трепетом смотрели то на меня, то на Бадрана, то на япи. Мой недоарахнид, тем временем, перевернулся на живот и переполз на голову Бая. Кажется, он арахнофобию, победил.
— Япи для них не опасен?
— Я ввел ему сыворотку, блокирующую ядовитый фермент. — Пояснил Бадран.
— А почему они его не бояться? Или они разумные?
Паук по имени Фру недовольно ударил лапками по стене. Видимо, мои слова ему не понравились.
— Более разумны, чем принято считать у некоторых рас.
Япи забрался на спину паука и, изображая из себя гордого наездника, поспешил в сторону кухни. Может, конечно, и не кухни. Но что-то мне подсказывало, что именно туда они и отправились. Фру тоже поспешил за другом. Двери спальни закрылись. Мы остались вдвоем.
— Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит?
Ничего не болело. Тело было слабым, как будто ватным. Но не болело. Руки казались онемевшими. Ноги тоже. Я даже попробовала подергать пальцами ног, чтобы убедиться в их работоспособности.
— Все хорошо. Как ты меня нашел? Коммуникатор с меня сняли.
— К счастью, ты надела на работу мою рубашку. Там был маячок.
Напрягла память. В утро похищения я старалась уйти как можно тише. Чтобы не разбудить Бадрана. Точно помню как надела брюки и взяла с кресла черную рубашку. Ту самую, которую украла в гардеробе…. Но точно это была не рубашка Бадрана.
«Балалайка, как зовут наследника Черного Клана?»
«Бадран Саях Орум. Возраст точно неизвестен. Предположительно около четырехсот лет. После окончания военной карьеры перешел на преподавательскую должность в «Межгалактической Военной Академии» планеты Такерим. Год назад вернулся в Клан, для подготовки к обряду Восхождения. В светских кругах известен как обладатель самого дорогого гарема трех галактик. И самый богатый арахнид системы Рартор. Визуального изображения в системе нет»