Другой волк не слышит его, и его память рисует новые картины.
… Кор медленно едет по опустевшему осеннему лесу. Конь нехотя переступает через похожие на змей корни деревьев, пугается внезапно вспорхнувшей птицы, и седок удивляется своему безразличию. Раньше такого нервного коня он исхлестал бы плеткой, а теперь равнодушно терпит и едет без дороги вперед по быстро темнеющему в холодных сумерках лесу.
Неожиданно вдалеке, между деревьями, показалась высокая мужская фигура: навстречу шел немолодой лесничий — в охотничьем костюме, с луком за спиной. Они поравнялись, Кор взглянул встречному в лицо и задрожал.
Он узнал его. Это был сын старой ненавистной няньки, которая совала свой любопытный нос, куда не следует. Три года назад Кор наконец расправился с ней. Маленький мягкий шарик из ядовитого снадобья, незаметно брошенный в ее кружку с молоком, отомстил за все муки Кора, ведь не подгляди тогда эта старая ведьма, что он снял с брата медальон, он по закону был бы королем! Он был бы другим, совсем другим. Он не оборачивался бы волком, не таскал мерзкой колдунье детей, не убивал ей в угоду крестьян… Он стал бы королем, женился на Ане…
Но он отомстил! Старуха умерла на следующий день в страшных мучениях. Приехавшего с охоты Кора известили о ее кончине слуги. Он не старался изображать скорбь. Горевали Ян и Ана, мать, а он испытывал радость. Так сладко, когда осуществляется месть…
— Узнаешь ли ты меня? — тихо, с ненавистью спросил Кор лесника, склонившись к нему из седла, и обнажил меч.
Старик перевел взгляд со сверкающего лезвия на темное синее небо в просветах между верхушками деревьев, натруженной рукой пригладил усы и презрительно, чтобы задеть побольнее, произнес:
— Это ты, маленький воришка?
Через мгновение его седая голова покатилась по траве. У Кора тряслись от ярости губы, и пришпорив коня, он поскакал прочь.
… Кор уже король, и всеобщее внимание и поклонение льстят ему, но он понимает, что так, как отца, подданные никогда не будут его любить. Мне не нужна их любовь, говорит себе молодой король, но в глубине души таится сомнение, и в один из вечеров он входит в отцовский кабинет, чтобы понять, что за человек был прежний, столь любимый народом король.
Скривившись, Кор оглядел скромную обстановку: стены, обшитые дубовыми панелями, несколько высоких резных шкафов вдоль стен, массивный стол у окна, потрет королевы на стене. Он нехотя открыл один из шкафов, доверху набитых бумагами, из толстой пачки листов наугад вытащил один, глянул. На него, с пренебрежением и чувством превосходства, смотрело надменное хмурое лицо, талантливо нарисованное угольным карандашом на плотной шершавой бумаге. Это был он сам — уже наследник трона, уже с медальоном, уже вот-вот король…
Кор неловко потянул на себя пачку листов, и бумаги белым дождем просыпались на пол. Он медленно присел и принялся рассматривать рисунки. Он и не знал, что отец так прекрасно рисовал…
Вот свадьба отца и матери… Вот довольный отец, уже не молодой, но все еще статный, подтянутый, везет впереди себя в седле свою королеву, которая прижимает к груди какой-то сверток… Мать, улыбаясь, держит на коленях двух толстощеких младенцев, а рядом, прижавшись к ней, стоит веселая черноглазая девочка… Ян и Кор, обнявшись, сидят у камина и, замирая от сладкого ужаса, слушают страшные сказки слуг… Ана стоит на самой крыше старой башни и с детским восторгом что-то кричит, а внизу, во дворе, плачет испуганная мать… Ян и Кор, еще мальчики, сражаются на детских, затупленных мечах… Кор, счастливо улыбаясь, держит в руках корзину, а из нее выглядывает острая щенячья мордочка… На белом коне по цветущей долине во весь опор скачет молодая смуглая красавица, следом за ней мчатся два белокурых юноши, похожие друг на друга, как две капли воды…
Оглушенный увиденным, Кор, не шевелясь, сидит на полу в темной комнате и не зажигает свечей. В горле у него стоит ком, но он не может заплакать, ведь короли не плачут… и волки тоже… Неужели это все было — счастливая жизнь семьи, где все любят друг друга? Почему же он не помнил этого? Почему подозревал всех в безразличии к нему, к его чувствам? Почему все заслонили слова "Разве он не рожден королевой…"? Когда он превратился в волка… и зачем?
… Мертвый Ян… Мать с безумным взглядом… И то, чего на самом деле не было: старый король пронзает мечом черного волка…
Дрожащими руками, не глядя на лица, улыбающиеся ему в лунном свете с пожелтевших листов, Кор сгребает рисунки в кучу. Их много, ими забит весь шкаф, и на них — люди, которые любили вечно недовольного, ожесточенного душой мальчика. Что он приобрел, потеряв их? Власть над людьми, которые ему безразличны? Старуху-ведьму, которая помыкает им, королем, как хочет? Предсмертный ужас и ненависть тех, кого убивает безжалостное черное чудовище?
Только вчера волк убил Любомира, вот этого человека, который на рисунке отца учит Кора держаться в седле. Волк убил Яна, который, как оказалось, дорожил не властью, а чем-то другим, и собирался отдать трон своему обделенному брату. И раньше срока ушел старый король, мать чахнет от тоски… Дол… Теперь на очереди Ана, которая, похоже, что-то подозревает… Он загнал себя в западню, и из нее не выбраться…
Летучая мышь с силой ударилась снаружи о стекло. Кор вздрогнул. Хватит! Это все в прошлом… Ничего не вернуть. Нужно жить дальше.
Подобрав каждый клочок, он набивает рисунками камин и поджигает груду сухих и ломких, как осенние листья, бумаг. В трубе гудит; огонь весело пожирает легкую добычу, и листы шевелятся, как живые — тонкие и хрупкие, как жизнь нарисованных на них людей…
Внимание дремлющего волка вдруг привлекает старый облезлый ворон, который с самого утра сидит неподвижно на башне напротив и даже не поворачивает головы, когда рядом затевают стычки молодые драчливые соплеменники. Ворон почему-то раздражает волка. Сидит с таким видом, будто больше всех знает, с каким-то даже презрением поглядывая вниз…
Волк уже устал жить чужими чувствами весь этот долгий жаркий день, но он знает, что скоро конец воспоминаниям. Радости он не испытывает, только разочарование: молодой король очень глупо распорядился своей властью, этим восхитительным подарком судьбы…
… Все больше Кора беспокоила Ана. После того вечера, когда он сделал ей предложение, она избегала его. Он в отместку высокомерно молчал во время завтраков, когда они встречались в обществе матери. Ана торопливо уходила к себе, подолгу сидела в комнате королевы или сопровождала ее, когда та ходила на могилы отца и Яна.
Неожиданно Кор почувствовал, что отчужденность Аны таит в себе нечто большее. Однажды, задумавшись, он вдруг уловил пристальный взгляд матери она глядела, не отрываясь, на его руку, сложенную горстью и скребущую стол. Под отросшими ногтями у короля чернела бахрома грязи. Ана перехватила взгляд королевы и опустила глаза. Очнувшись, Кор убрал со стола руки, резко поднялся и вышел.
Его возросшая неопрятность не нравилась ему самому, но то, что повадки зверя становятся привычками человека, волновало его гораздо больше. Заметили женщины, что его рука скребет стол, как звериная лапа, или нет? Придется следить за каждым своим движением… Кроме того, теперь Кор, злясь, подолгу чистил и полировал свои ногти.
Через неделю Ана, нарушив свое обычное молчание, вдруг спросила Кора о чем-то маловажном, но глядела не в глаза, а на шею, на роскошный кружевной воротник. Кор давно ответил, а она, как зачарованная, все смотрела и смотрела, забыв о приличии, пока поднесший новое блюдо слуга не заслонил ее. Кору не терпелось уйти и взглянуть на себя в зеркало. Когда он наконец смог это сделать, то обнаружил густо прилипшие к воротнику длинные черные шерстинки…
… Не только днем, по своей давней привычке, но и по ночам Ана ходила теперь в старую башню. Кор считал, что это род болезни. От кого-то он слышал, что на впечатлительных и нервных людей луна может оказывать самое неожиданное воздействие. Ана, беззащитная, хрупкая, конечно не могла в такие минуты угрожать черному волку, и Кор был далек от мысли, что она его выслеживает. Но когда у старой башни вдруг несколько ночей подряд появился Любомир, а потом ему донесли, что Ана зачем-то разыскивала старика по всему замку, волк медлить не стал.
После смерти Любомира Ана неожиданно повеселела, стала оживленной и любезной с королем в их короткие утренние встречи.
Размышляя над этим, Кор спрашивал себя, действительно ли Ана видит слишком многое и пытается отвести от себя беду, прикрываясь маской, или она в самом деле занята поиском жениха и подумывает, не стать ли королевой в родном королевстве?
Легкие, плавные, как у волчицы, движения ее гибкого тела неизменно притягивали взгляд молодого короля, но осторожность и осмотрительность заставляли его выжидать. И когда однажды за завтраком, внезапно повернувшись, он уловил в ее взгляде неприязнь, то мгновенно последовавшая за этим любезная беседа и милые обворожительные улыбки девушки не смогли погасить его вновь вспыхнувшую подозрительность. Участь Аны была решена.
… Всю охоту король пребывал в напряжении: важно было не упустить момент. Он знал, что Ана не может переносить вида загоняемых животных, и правильно рассчитал, что она захочет одна проехаться по холодным опустевшим полям. Когда это произошло, король, повременив, оторвался от группы охотников, что не привлекло внимания, и поскакал вслед за принцессой.
… Крупный ворон покружил в отдалении над холмами, и вскоре из небольшой лощины внезапно вынырнул громадный черный волк, заставив белого жеребца Аны вскинуться на дыбы. Волк чуть наклонил вперед уши, показал клыки и выпустил когти, готовясь к прыжку. Но вдруг примешавшийся к запаху прелой травы слабый аромат лаванды и выпитого утром молока, который исходил от молодого горячего тела наездницы, сбил волка с толку. Его тонкий нюх учуял такие родные, знакомые с детства запахи, что на мгновение жестокий зверь снова стал младенцем, которого, прижав к груди, баюкала маленькая смелая девочка, и три сердца бились рядом, будто стучали три маленьких молоточка…