– Еще не слишком поздно, – сказал он.
– Для чего?
– Для того, чтобы отступить от края. Белла простит. Она прощала всегда.
– Передай ей мои наилучшие пожелания.
Женщины говорили по «Шипнету». Светлана глядела на Беллу дерзко и холодно, как полвека назад, в самые мрачные дни «Хохлатого пингвина».
– Давай покороче, – предложила Света.
– Я думала, ты послушаешь Райана. За столько лет мы обе обязаны ему очень многим. Он был добр к нам.
– Дело не в Райане. И я выслушала его.
– Он же сказал тебе, чего на самом деле хотят «мускусные собаки» от Януса.
– Да, Эксфорд рассказал мне кое-что. И очевидно, верил в это. Возможно, и ты веришь. Но оттого оно не делается убедительнее.
– Штука, посланная вслед за тобою, уничтожит Янус.
– Это по-твоему.
– Джим Чисхолм тоже считает так.
– С Чисхолмом у нас проблема. Кто знает, насколько он прежний Джим, а насколько – Бультерьер Шалбатаны?
– Слышала, ты помирилась со Шроупом, перед тем как послать его на корабль «фонтаноголовых».
– Он вызвался сам. Совершил одно доброе дело после всей жизни абсолютного придурка.
– Думай про Джима что хочешь, но я знаю – он не лжет. Я уверена. И потому уже осуществляю план эвакуации.
Эта новость на мгновение поколебала показное безразличие Светланы.
– Ты эвакуируешь Крэбтри?
– Я эвакуирую Янус. Официального оповещения пока нет – не хочу массовой паники. Но когда настанет время, я буду располагать средствами доставить всех нас на внешнюю поверхность «неба» за часы. Поезд в Поддырье, лифт к тому, что осталось от посольства. «Фонтаноголовые» позаботятся о нас, пока мы снова не встанем на ноги. Нас всего полтысячи, так что это возможно.
– Когда подготовишься, пошли мне открытку с приветом.
– Послушай, ты, эгоистичная сука! Я эвакуирую всех! Это включает и Форпост. Твоих людей. А это значит, ты обязана помочь мне!
Светлане будто отвесили с маху пощечину.
– Помогать тебе?
– Нам всем! Тебе нужно отослать своих людей в Крэбтри, чтобы оттуда переправить их шаттлом в Поддырье и посольство. Нельзя ждать, пока начнется массовая эвакуация. Начинать следует уже сейчас, а значит, ты должна выдумать предлог, под которым вывезти людей сюда.
– Понимаю. Я очищаю Форпост, ты посылаешь приставов и забираешь его у меня.
– Кажется, ты все еще думаешь, что тут личные наши с тобой дела?
– Я обошла тебя с «мускусными собаками». И тут ты ничего не можешь поделать, потому выдумываешь тупые страшилки про взрыв Януса.
– Страшилки? Ну да, я напугана. И Джим тоже. И «фонтаноголовые». Ты ввязалась в дела, которых не понимаешь ни на йоту, и мы уже в дерьме с ног до головы. Да, страшилки, черт возьми!
– Значит, вини только себя. Ты могла бы уже давно поделиться информацией со мной, чтобы я могла представить общую картину…
– Хочешь информации? Ладно. Вот тебе кусочек общей картины: «мускусные собаки» оставили открытыми ворота. И позволили «вырвавшимся» пройти сквозь них.
Белла пристально всмотрелась в лицо бывшей подруги, надеясь заметить реакцию на новость.
– Не помню таких, – неуклюже солгала Света.
– Тогда позволь просветить тебя. Они – враждебный разум, гораздо хуже «мускусных собак». И уже уничтожили расу, по меньшей мере столь же развитую и разумную, как мы. И направляются сюда. Когда «мускусные собаки» проделают дыру в стене, «вырвавшиеся» тоже удерут сквозь нее. И неизвестно, какие разрушения они учинят перед уходом, чтобы никто за ними уж точно не погнался.
Белла уловила, что кое-что все-таки дошло, проскользнуло сквозь броню враждебности и злобы.
– Что сделано – то сделано, – процедила Светлана. – Если уж «собаки» оставили ворота открытыми, вред был причинен задолго до моего разговора с ними.
– Но сейчас ты можешь исправить вред! Я работаю над эвакуацией, но ведь есть шанс и на то, что нам не придется эвакуироваться. Возвращайся к «мускусным собакам». Скажи: сделка расторгается. Пусть убирают свою чертову машину с Януса и оставляют нас в покое. Пусть уходят и закрывают за собой дверь.
Даже с плоского экрана флекси взгляд Светланы полыхнул такой злобой, что у Беллы заледенела в жилах кровь.
– Им не потребуется закрывать. У меня есть возможность создать ключ.
Белла вспомнила о технологии «шепчущих»:
– Их дали тебе «собаки»?
– Они продали мне их, – поправила Света. – У меня файл с чертежами для наноплавильни.
– И ты уже делаешь ключ?
– Пока нет. Есть дела более срочные.
– Этому файлу нельзя доверять. «Мускусные собаки» не собираются больше иметь с тобой дело. Там может оказаться что угодно.
– Я попытаю счастья.
– Даже если файл без подвохов, ты же намерена сделать что-то инопланетное в нашей земной наноплавильне. Это не заставляет тебя задуматься хоть на секунду?
– Значит, ты не хочешь ключ?
– Хочу, конечно! Но черт возьми, я еще больше хочу удостовериться в том, что это не обман.
– Как же ты удостоверишься?
– Ван – мастер своего дела. Последние сорок лет он только спит, ест и занимается наноплавильнями.
– Значит, мне просто передать файл, и все?
– Пожалуйста, Светлана, позволь мне исследовать этот файл!
– Но без «мускусных собак» ты и понятия иметь не будешь о том, что с ним делать.
– Джим покажет мне. Он-то уж знает. А до того тебе всего лишь нужно сообщить «собакам», что все сделки с ними отменяются.
– А потом что?
– Потом мы все обсудим.
– Не пойдет. Сначала я хочу гарантий – начиная с твоего немедленного отречения от власти и освобождения Перри.
– Надо понимать, торговаться ты не станешь?
– Белла, я сама вручила козыри в твои руки, когда вернула Джима из мертвых. Это стоило мне Крэбтри. Я не виню Джима… я даже тебя не виню. Но своей возможности не упущу. Если тебе так нужен ключ – плати.
Белла кивнула, соглашаясь и принимая грядущее. Она уже ощущала, как тридцать пять лет власти ускользают из рук, но они не стоили ровно ничего по сравнению с человеческими жизнями.
– Света, они все ближе. Что бы ты ни решила сделать со мной – делай поскорее. Нужно начинать работу над ключом. Самое малое – он поможет нам уйти отсюда, перед тем как взорвется Янус.
– А ты откажешься от власти?
– Да что угодно! Только передай файл.
Наверняка Светлана обдумала ответ до беседы, потому что сказала сразу и с уверенностью, не оставлявшей места для уговоров:
– Я приеду на поезде в Крэбтри. В скафандре. И с файлом. И ты не попытаешься забрать его силой. Никоим образом. Если попробуешь – потеряешь ключ.
– Понимаю. Когда мне ждать тебя?
– Сейчас десять, – ответила Светлана, взглянув на часы. – Чтобы приготовиться, мне нужно чуть больше часа. Затем я сяду на поезд. Он прибудет в Крэбтри спустя полчаса. Как тебе встретиться в полдень?
– В полдень – отлично, – заверила Белла.
Из черной грани куба вышло нечто. Выдвинулось, словно из-за занавеси черного дождя. Остановилось. Оно было гуманоидной формы и лишь чуть больше человека. Глянцевые, острогранные поверхности черного, как полночь, корпуса казались тесно подогнанными доспехами. Вместо головы – жуткий острый клин, слишком узкий, чтобы уместить человеческий череп. Вместо рук – перфорированные длинные лезвия, заточенные до невероятной остроты.
– Что это? – выдохнула Белла чуть слышно.
– Государственный инструмент насилия. Мы зовем такие магистратами. Когда для осуществления решений Конгресса требуется насилие – магистраты применяют его. К счастью, не слишком часто.
– Это машина?
– Да. Не более чем пустая оболочка из фемточастиц. Все вычислительные процессы протекают в нескольких ее миллиметрах.
– И что может магистрат?
– Все. Он превращается в любой инструмент насилия, требуемый для исполнения закона.
– Если я пошлю его в Форпост, что магистрат сделает там? – спросила Белла, уже проинформировавшая Хромис о возникшей ситуации.
– Спустя некоторое время Форпоста попросту не станет. Конечно, возможности одного магистрата ограниченны. Но куб может сделать много их. Магистрат весит всего пятьдесят килограммов. Куб произведет полк из тысячи магистратов – вдвое больше населения Януса, – потеряв всего лишь четверть массы. Если этого окажется мало, я прикажу кубу перевести всю свою массу в магистратов. Их появится четыре тысячи.
– Хромис, а что тогда произойдет с вами?
– Мои процессы будут идти в них, пока они не вернутся в куб. Если значительная часть их не получит сильных повреждений, я буду функционировать по-прежнему.
– Как же такому можно повредить?
– Здесь – вряд ли. Если, конечно, мы отреагируем быстро и не дадим Светлане время получить от «мускусных собак» оружие, способное повредить магистратам. А обо мне беспокоиться не стоит. Я более устойчива, чем вы можете представить. Иначе как бы я уцелела столько времени?
– Хромис, я рада, что вы нашли меня, – сколько бы времени это ни заняло.
– Я тоже рада. Если бы только существовал способ послать весточку упрямым глупцам, едва не похоронившим мемориальный проект. Они говорили: недостаточно фондов. Бесполезный жест, обреченный на провал. Возможно, стоит подождать еще десять тысяч лет. Лучше воздвигнуть памятник или общественное учреждение. Красивый узорчатый фонтан. – Хромис фыркнула презрительно. – Как будто они могли остановить меня!
– Вы были правы, добиваясь своего.
– Я склонна согласиться.
Эксфорд по-детски кашлянул:
– Белла, ты скажешь мне, что это за штука, или у меня двадцать попыток угадать?
– Инструмент, – ответила Белла. – Робот. Хромис говорит, его достаточно, чтобы усмирить Форпост и взять под контроль. Хороший шанс завладеть ключом, если Светлана уже скормила файл наноплавильне.
– Всего один робот?
– Хромис может и больше. В любое время.
– Насколько больше?
– Намного.
– Отлично! Тогда давай пошлем одного, пока дела не стали еще хуже. Мы же знаем: у нее есть наноплавильня и сейчас она, несомненно, варит в ней что-то крайне неприятное.