Повисло тяжелое молчание. Как-то… не задумывался о такой стороне вопроса. И ведь все на поверхности лежало. Зато теперь даже Ильтазар проняло! Вон как в своего Вадика вцепилась.
— Надо было раньше рассказать, да как-то к слову не приходилось, — вздохнул пернатый оборотень. — Давайте так. Освоите безмолвную речь до конца отработок — еще кое-что полезное и интересное расскажу.
Вот ведь… мотивирующей тренер личностного роста!
— Анасдея, готова принимать… гм, входящее подключение? — тем временем поинтересовался Стуний.
— Если Ори прикажет, — живой огонек в глазах девочки потух. Да что ж такое!
— Принимай, — я повернул опору в её сторону. Примерно минуту Ильтазар напрягалась в холостую. А потом…
Поток чужих мыслей, чувств, ощущений хлынул без предупреждения! Я сразу понял, почему филин так презрительно отзывался об энергонити: пропускную способность и близко не сравнить! Ручеек и могучая река вроде земной Волги — вот разница! Вроде как общение сразу с четырьмя фамильярами должно было меня подготовить к подобному — но мы изначально были, что называется, на одной волне. Ильтазар же я и как человека не слишком-то хорошо знал.
Однако опыт все же дал свои плоды: оглушение продлилось всего несколько мгновений. Я снова видел и чувствовал свое тело, которые даже пошатнуться не успело. А еще мое подсознание, усиленное работой фамильяров, смогло выделить отдельные, самые сильные и важные паттерны во входящем потоке, отсекая мусор. И я смог «увидеть» Анасдею изнутри.
«Ты мертва,» — постоянно твердила себе девочка. — «Твоя жизнь в руках господина. Ты окончательно провалилась — и поделом.»
Это что касается контролируемой части сознания. Но молодой, полный сил и витальной энергии организм одаренной с такой установкой был категорически не согласен! Он хотел жить! Такое противоречие могло свести с ума кого угодно, но… девица Ильтазар, как я правильно понял раньше, уже двинулась рассудком. И причины на то у неё были очень веские.
Анасдею примерно с трех лет воспитывал только отец. При этом мать жила с ними, но дочь словно вычеркнула из жизни. Хотя почему «словно»? Конкретно так вычеркнула. И связано это было с прорывом от ступени Мастера к Гранду. В одном из разговоров между родителями, что подслушала маленькая Аня, её мать прямо говорила отцу, что уже и не надеялась подняться выше — а теперь у неё другое большое будущее. В шесть родительница навсегда покинула Жемчужину и род Ильтазар. Именно из-за этой детской трагедии девочка из кожи вон лезла, пытаясь стать сильнее. И вцепилась в Кодекс как в спасательный круг.
Я с удивлением понял, что окончательно голову Аня не потеряла. Её и раньше посещали сомнения, что держаться Кодекса — правильно. Однако она чувствовала, что стоит ей отпустить единственый свой ориентир — и её накроет волной полноценного безумия. И тогда…
— Ори, не стой столбом!!! — толкнула меня в спину Зеленая, и проскочив сквозь меня, запрыгнула на колени Анасдеи. — Ну! Все помогайте!
Я бросился следом, уже понимая, что делать. Подхватил девочку на руки вместе с облепившими её котами, с силой прижал к себе. Одновременно транслируя по мосту разумов одну и ту же фразу.
«Ты не одна! Ты больше не одна! Мы не дадим тебе потерять себя!»
Несколько секунд реального времени — довольно долго для мысленной связи — Аня колебалась. А потом выпустила свою сверхценную идею и позволила нашему теплу окутать свое сознание. Одновременно сотрясаясь от плача.
В себя я пришел часа через два. Осознал, что сижу на мраморной садовой скамейке, так и удерживая Ильтазар прижатой к своей груди. Выплакав все слезы она не без дополнительного ведьмовского воздействия смогла, наконец, заснуть. Мои фамильяры тоже дремали, кто на лавке, кто на газоне. Только Ная устроилась прямо на моей голове, свернувшись калачиком.
— Я уведомил вашего наставника, что задерживаю вас еще на два часа, — ворчливо сказал мне Стуний, бесшумно слетевший откуда-то сверху. — И эти два лишних часа почти прошли. Но если ты заявишься в расположением с Ильтазар на руках — проблем будет еще больше. Так что придется из-за вас встрять еще больше! Смотри, потом своей Оранжевой покажешь.
Филин скакнул прямо к нам — и словно провалился в тело Анасдеи. Девочка тут же завозилась и выскользнула из моих объятий.
— Вот это и называется одержимостью, — странным дуэтом голосов произнесла Ильтазар.
До меня только спустя секунду дошло, что я слышу привычный голос Стуния не ушами, а своим даром. А вот голос Ани — как раз-таки ушами.
— Про голос хорошо, но еще, — не дал мне ответить птиц. — Подсказываю: энергетика тела.
А энергетика действительно была… странной. Но не настолько, чтобы я без опыта заподозрил одержимость.
— Запомнил? Все увидел? — опять все понял без слов оборотень. — Тогда побежали.
Мне пришлось переложить Зеленую на скамейку — она так и не проснулась. Вот это мои Звери вымотались! В первый раз такое вижу.
— Проблем не будет? — догнал я одержимую.
— У тебя — точно нет, — весело хмыкнул птиц, не раскрывая рта Анасдеи. — А свои я как-нибудь уж решу. Ты-то точно заслужил, чтобы я тебе помог выйти сухим из воды после опоздания. И научился распознавать людей и животных под контролем Зверей. Ты ведь не просто спас Ильтазар — ты её вылечил! Считай — рывком вывел на следующий ранг пути Шамана! На одном наитии и силе воли! Шаман, однако. По делам и награда.
На счет распознавать — я уже заметил странное поведение глаз Ани, и какую-то не типичную для неё пластику движений.
— Без моих котов я бы не справился, — так же не открывая рот ответил я Стунию. Отметил, что почему-то для разговора со Зверем потока строить мост разумов не требовалось… и не спросил. Волнами начала накатывать усталость. Потом, все потом.
Тем не менее, до нашего коттеджа мы добрались нормально и успели вовремя. Филин завел девочку в комнату и уложил спать, после чего быстро покинул наш дом. Я последовал хорошему примеру, разве что перебросился парой слов с одногруппниками, что то вроде «да нас совсем измотали, слов нет!» Все. Упасть и проспать до будильника без снов…
Около полуночи меня разбудил тихий стук в дверь. Не ту, что закрывает мою комнату, а ту, которой я закрыл вход на мост между разумами. Пришлось открывать… и опять открывать, уже в физической реальности.
Анасдея в пижаме-кимоно, с растрепавшимися волосами и подушкой, прижатой к груди, казалась брошенным котенком, взобравшимся на чужое крыльцо. Да если бы мы не наладили контакт, я бы все равно её пустил. А теперь и вовсе чего уж думать о том, что скажет наставник, когда ему покажут записи с камер. Мы легли в мою кровать и девочка прижалась ко мне, уткнувшись носом в грудь. И не было для неё сейчас ничего страшнее, чем провести ночь в одиночестве, когда каждую минуту будет все сильнее казаться: все случившееся сегодня — просто сон.
А записи с камер, думаю, Стуний опять поправит. Наверняка он знал, что случится нечто подобное… О, она уже спит! И мне пора. Только будильник еще на пятнадцать минут переставлю, чтобы Аня успела вернуться к себе до того, как остальные проснуться. Я-то сам на час раньше встаю вместе с Кунгом, чтобы потренироваться и помедитировать успеть. Так что в такую рань её точно никто в коридоре не встретит.
— Утро, — хмуро бросила всем Ильтазар, появляясь на площадке перед коттеджем. Мало того, что она умудрилась появится раньше Шаи, так она еще и не чинясь подошла ко мне и села рядом. Не выверено-величественно или брезгливо, не безразлично — а как обычная не очень выспавшаяся с утра девчонка. Подошла и плюхнулась на попу, прямо на покрытие нашего мини-плаца. Согнула колени, охватила их, уперлась подбородком. И уже гораздо приветливее поздоровалась со мной: — Доброе утро, Ори.
— Доброе! — улыбнулся я, и получил едва заметную полу-улыбку в ответ. Мост разумов я пока держал закрытым, Ане еще предстояло научится им пользоваться под чутким руководством красного птица. Так, а что тихо-то стало?
— Анасдея? — осторожно спросил Цзан, поднявшись на ноги и обходя меня. — Все в порядке?
— Еще дурацкие вопросы?
Наш «китаец» аж отступил на шаг от такого «доброго» ответа. И не нашелся, что еще сказать. Зато слова в избытке нашлись у Ренфолд.
— Утречка всем! — медноволосая вихрем вырвалась из нашего дома. — Все помнят, что… Ух ты, Ильтазар! А чего так рано?
— Становись в очередь за Кунгом, — мрачно послала её моя «наложница», из-за чего Шая споткнулась и едва не пропахала землю носом.
— Анасдея⁈ А где манеры?
— Решила приберечь до светского раута, — дернула уголком губ Аня.
— Ори, — обходя по большой дуге Ильтаза, посмотрела на меня командир группы. — Ты что с ней сделал?
— Наши отношения — уж точно не твое дело! — мигом вспылила и вскочила на ноги Аня. — Поняла?
— Ладно, ладно, — выставила перед собой руки кудряшка. — Чего сразу-то в бутылку лезть? Просто тебя как будто подменили.
— Её феи вечером украли и утром вернули, — вдруг сказал Джар. — Она в их королевстве сто лет провела, а тут только ночь прошла.
Вместо ответа Ильтазар с громким шлепком приложила ладонь к своему лицу.
— Ты что-то хотела сказать, — напомнил я Шае. — До того, как Аню увидела.
— Точно, — Ренфолд даже помотала головой, разбрасывая по плечам свои медно-медовые кудри. — Все помнят, что у нас зачетное задание по боевке на носу? Надо бы заранее подготовится, а не как в прошлый раз. Как на счет выделить выходной для этого? Наши залетчики как раз успеют все отработать.
Глава 18Интерлюдия: Шая Ренфолд. Маленькая девочка с большим потенциалом
Год 1134 от начала Экспансии
«Маленькая девочка с большим потенциалом».
В первый же день, только попав в Академию, Шая Ренфолд чуть не разбила в кровь лицо одному мальчику на несколько лет старше, который так ее назвал. А бедняга ведь даже ничего плохого ввиду не имел, даже похвалить хотел. Просто не знал, что первым эти слова произнес Стен Мерсли, первый наставник маленькой Ренфолд. А также убийца, работорговец, пират и ее хозяин.