Тяжеловесная машина наконец-то выровнялась и опустилась на бетон. Пилот выпустил короткий трап и распахнул люк. Из которого в ту же секунду хлынула оглушающе вопящая волна малолеток! Мама! Мама! Мама-а-а!!! Смех, слезы, сопли (простудились-таки. В субтропиках! И почему Наставница не залечила?) Чумазые, у кого-то молочный зуб выпал, кто-то вещи потерял. Спустя считанные секунды маленькая толпа распалась на парочки, расходящиеся к домам… и Талани, оставшуюся одинокой!
Констанция, глупо пошарив глазами вокруг (как тут можно кого-то пропустить?) — ринулась в салон автобуса. Заскочила, закрутила головой. Пробежала вдоль ряда сидений — никого. Сунулась к пилоту.
— Сколько сели у Святилища — столько вышли, — сразу поняв в чем дело, развела руками пожилая ведьма.
— Моя! Где моя⁈ — едва не вцепилась в воротник женщины более молодая коллега по Пути. — Может, на посадочной площадке осталась⁈
— Ты знаешь, так не бывает, — сочувственно посмотрела на мать пилот. — Наставница говорит, сколько привела. Я столько же и высадила.
— Тогда где моя Тестерадос⁈
— Если Наставница её не привела… Мне очень жаль.
Талани не прощаясь выскочила прочь.
Быстрые расспросы вернувшихся детей не принесли никакой позитивной информации: Тесс просто пропала. Задолго до возвращения основной группы. Пропала ночью. Наставница сказала, что так надо. И все подумали, что её заранее отослали домой. Еще завидовали… Означать это могло либо то, что живущая в святилище старейшина по какой-то причине решила оставить Тестерадос на дополнительный срок. Либо… Констанция сжала кулаки, справляясь с приступом холодной ярости. Она не будет судить по себе. Она не станет решать заранее. Она узнает ответ сама. И по результатам узнанного будет что-то решать и действовать. Не раньше.
Координаты посадочной площадки у «тайного» святилища узнать проблем не составило — вот не надо, польстившись на нахаляву, поручать бесплатно чинить общинный автобус. Талани тогда сразу впихнула в систему диагностический блок с техническим приемопередатчиком ближней связи*, чтобы в следующий раз не ползать по потрохам машины с пучком оптических коннекторов в зубах. Сейчас флай-автобус перелетел с площади на свое парковочное место — но такое плевое расстояние снять данные не помешало. А данные-то интересные оказались.
То, что транспорт колонии закидывает припасы в святилище — причем не там, где высаживает неофитов и принимает молодых ведьмочек — логично. Одаренность-одаренностью, но таскать продукты и всякое — занятие не самое приятное. А вот третья точка в относительной дали посреди леса — это вот что? На карте, составленной государственным сателлитом Фелгуса и регулярно обновляемой — ничего. Значит, надо сначала наведаться туда. Но прежде…
Констанция вышла вышла в сад, разбитый прямо за домом. Прошла вдоль кустов, выбирая длинные прямые ветви, которые буквально падали ей в руки — и получила десяток живых стрел. Да, ведьмы слабы в боевом плане по сравнению с солнечниками — но это не значит, что не могут нападать и защищаться на расстоянии. Последним «сорванным» объектом оказалось невысокое — в рост хозяйки сада — деревца. Под рукой ведьмы отбросившее корни и ветви, оставив в её руках посох. Способный в считанные мгновения согнуться в живой лук!
Последним штрихом под юбкой обвила ремнем бедро кобура скрытого ношения. Плоский пистолет с коротким дулом мог сделать пять выстрелов до перезарядки — но какого калибра! Палец в ствол можно засунуть было. «Подарок» неизвестного контрабандиста, чей корабль оказался на разборке. Талани повезло первой найти потайной отсек — и содержимое она закрысила. Преимущество отсутствия централизованного контроля властей, ага. Остается только отрубить транспондер во флаере — и к разборкам готова. И если Тесс хоть чешуйку поцарапала…
[*Что-то вроде нашего Блютуса, только с достаточно большим радиусом подключения.]
Констанция посадила свой флайер на грузовой площадке святилища. Тоже замаскированной, разумеется — но по координатом её найти ничего не стоило. Молодую женщину буквально трясло от ярости и совсем немного от безысходности. Что не помешало выйти, забрав лук и стрелы. Куда идти — догадаться было несложно: тропу натоптали такую, что хоть на тракторе катайся.
Она, как и планировала, посетила сначала дальнюю точку. Там оказалась тщательно замаскированная площадка для приема космических кораблей малого тоннажа. По следам выхлопа атмосферных двигателей инженер-информационщик влет определила тип и модель судна. Запросила сателлит и нашла запись двухмесячной давности о корабле этой модели. С подменным АйДи — потому что она уже чинила такой борт как раз-таки по просьбе общины, и номер корпуса не совпадал.
Тогда она не стала интересоваться, почему камеры в трюме «не совсем законных перевозчиков» не просто отключены, а физически разбиты. Там много чего не работало. А вот теперь как-то сразу получилось совместить — лишь только она разрешила сопоставить факты без шор на глазах! Оставалось лишь получить ответы на очень неудобные вопросы из первых уст.
Тропа привела Талани на заботливо укрытую кронами бравов поляну для тренировок. Сразу за ней стоял общинный дом, где жили и наставница, и ее ученицы. Показательно простой даже для лишенный всего электронного и механического жилища, как бы сообщающий — это просто место, где отдыхают. Не больше и не меньше. Кстати, об электронике.
По пути Констанция обнаружила несколько миниатюрных следящих дронов — вопиющее дилетантство со стороны тех, кто желает что-то спрятать в бесконечности густого леса. Их же даже её комм засек, в котором вообще нет никакой специальной аппаратуры — только рабочий софт! И, главное, что толку? Вот видит сейчас Граммера, как она движется к святилищу. И что? Подмогу вызовет? Против одинокой ведьмы своей же общины? Так нет, это ж такой позор будет — сразу из старейшин на социальную пенсию от общины выпрут. Пенсия, надо сказать, по старой ведьме горючими слезами плачет. И нет, конечно, противница знает, зачем здесь молодая мать. Гадает, разве что, как много ей известно.
Стоило Талани выйти на тренировочную площадку, как дверь дома, скрипнув, отворилась. На порог, тяжело опираясь на посох, вышла старая, очень старая женщина. Кажется, с момента, когда гостья видела ее в последний раз, всего несколько месяцев назад, она стала еще уродливее.
Граммера, похоже, специально делала свою внешность настолько отталкивающей. Ведь что ей стоило, к примеру, помыться и собрать седые космы в аккуратную косу? И надеть не этот древний балахон, обтрепанный далеко не только по подолу. Получилась бы вполне милая старушка, а не эта страхолюдина, да еще воняющая так, что нос Талани улавливал миазмы разложения и тухлятины через разделяющие их десять метров.
Но в таком виде гораздо проще внушать страх маленьким девочкам.
— Зачем ты здесь? — спросила Граммера. Недоброжелательно, но не враждебно. Как играет! Словно ее вовсе не насторожил приход бывшей ученицы, а лишь возмутило нарушение правил. — Это место учебы и ведьмам здесь места нет. До тех пор, пока я их не позову.
Но несмотря на этот уверенный тон, Поток подсказал Талани, что старая ведьма боится.
— Где моя дочь? — спокойно спросила она, хотя внутри все клокотало от сдерживаемой ярости.
— Я не должна перед тобой отчитываться, младшая! — тут же повысила голос грымза. — Я Старейшина! А ты лишь одна из многих.
— Это лишь должность, по силе ты мне ровня, — обманчиво-мягко поправила старуху Констанция и качнула посохом. — Если, конечно, деменция не отняла у тебя и то, что раньше было в твоей власти.
— Дерзишь, — скривилась Граммера. — Дерзишь той, кто видел ваших матерей сопливыми девчонками…
— Но только не мою мать! — рявкнула на мгновение потерявшая над своей яростью контроль инженер-информационщик. Но все-таки смогла вернуться к издательскому тону. — Память отшибло? Так я помогу! Говори, где моя дочь!
— Это не твое дел…
— Не играй со мной, Граммера! — перебила Талани. — Я знаю, что Тестерадос здесь нет. Я хочу узнать, где она. Отвечай, куда она пропала два месяца назад!
— Она там, где должна быть! — слово «должна» старая ведьма выделила особо, подняв голос. — И я не обязаны отчитываться даже перед Советом общины. Как я провожу обучение, и куда отсылаю слишком строптивых или слишком трусливых учениц…
Констанция вдруг поняла, что старуха словно прячется за словами. Неужели рассчитывает, что мать, потерявшая дочь, просто развернется и уйдет? Похоже, совсем выжила из ума!
— Хорошо, тогда я спрошу по другому, старейшина, — на этот раз Талани позволила части своей ярости прорваться сквозь барьер контроля, отчего наставница изменилась в лице. — Куда Бивер должен доставить Тестерадос?
Зрачки Граммеры расширились. В точку! Гребанная старуха!
— Так ты посмела отправить мою дочь пройти гребаное «чистилище»⁈
Общины ведьм раскинуты по обитаемым планетам периферии и окраин Ста миров. Разумеется, они поддерживают между собой связь. Ведьма, покинувшая одну общину обязательно найдет себе место в какой-нибудь другой. Однако, надо признать, очень редко старейшины эту связь используют для того, чтобы «не дать сбиться с пути» сильной своевольной ученице. Или избавится от «лишней». Особенно если у неё нет матери и других близких родственников. Все просто: ребенку ломают психику, отдавай работорговцам. Несколько недель в клетке — и её «спасает» другая ведьма на другой планете. Вот и все, остальное сделает импринтинг. А у общины со временем появится новая сильная ведьма. Называется этот прием «пройти чистилище».
Сама Талани никогда бы не раскопала это грязное белье — но в маленькой общине очень тяжело что-то скрыть. Особенно в женской компании, сплатничающей под бокал-другой местного вина. Но она даже в страшном сне не думала, что с её дочерью у неё за спиной такую гадость провернут!
— Стой, где стоишь, младшая! — взвизгнула старуха, сообразившая наконец, что её прямо сейчас будут убивать. — Предупреждаю тебя!..