Он помолчал немного.
— У него оставалось тридцать секунд, чтобы забраться в скафандр, и он не успел. Вряд ли он даже понял, что случилось.
Найк коротко всхлипнула.
— Потом, — сказал Данн, — убийца оставил мину-ловушку для меня.
Голос его был сама горечь.
— Что же нам теперь делать? — сказала Найк. — Мы можем его похоронить?
Зубы ее стучали.
— У меня все в голове путается!
— Не старайтесь, — мягко сказал Данн. — Я обо всем позабочусь. Пока забирайтесь в скафандр.
Она повернулась и, слегка спотыкаясь, направилась в самую дальнюю кормовую часть шлюпки.
Данн тихо выругался, когда Найк ушла, и вошел в контрольную рубку.
Он увеличил дистанцию действия до радара максимума, замедлил период обращения луча, показывавшего, что в зоне его действия находится шесть твердых объектов.
Два из них имели достаточно мизерные размеры, чтобы о них можно было не беспокоиться. Один был заметно больше даже той скалы, к которой пришвартовалась шлюпка.
Самый ближайший объект был примерно тех же размеров, что и скала Данна.
Все объекты двигались по характерным орбитам осколков Колец Тотмеса.
Данн снова покинул шлюпку. Ему нужно было взять в куполе необходимые инструменты. Неподалеку он приметил трещину.
Понадобится небольшое усилие на то, чтобы ее расширить. Данн начал работать.
С помощью Найк, облачившейся в скафандр, они перенесли труп Кииза к «могиле» и совершили обряд погребения.
Данн покрыл «могилу» заранее приготовленными плоскими обломками камня.
Несколько дней, последовавшие за их возвращением на шлюпку после похорон брата Найк, они провели в засаде у ближайшего к скале Данна осколка. Данн, отвел к этому соседнему осколку шлюпку, ожидал, что те, кто убил его партнера и приготовили смертельную ловушку для него, вернутся к астероиду, чтобы начать разработку жилы кристаллов. Дни шли за днями, но никто не появлялся.
Экран радара оставался чистым, и в коммуникаторе не слышался жужжащий звук двигателей космоскафа.
Данн слушал и всматривался. Казалось, во всей Вселенной не происходит ничего, не считая секундных всплесков на экране его радара. На самом деле происходило множество событий.
Примерно в пяти сотнях миль от шлюпки, космоскаф, который двигался в свободном полете, включил полную тягу и пустился наутек, едва в его коммуникаторах послышалось странное чирикающее «твит» твит»».
В другом месте, тоже в Кольцах, другой космоскаф шел без управления, пока его экипаж был занят жестокой дракой.
Эти два старателя много месяцев провели в обществе друг друга, и больше вынести это не могли. Еще один корабль даже нашел невероятно богатую жилу на астероиде всего в пятидесяти милях от Отдушины.
Еще два корабля обнаружили, что, пока они праздновали прибытие транспорта на Отдушину, их скалы были кем-то очищены до последнего кристалла. В другом месте какой-то человек был вытолкнут за борт космоскафа без скафандра, и космоскаф стремительно набрал скорость, скрываясь в тумане Колец. И капитан корабля-транспорта потел над проблемой, как объяснить исчезновение с борта пассажирки. Чрезвычайно трудно было выйти для него из этой ситуации незапятнанным. Кроме того, была еще шлюпка, которую он вынужден был отдать Данну.
Происходили и многие другие события, но они не имели уже особого значения для Данна, который, исчерпав запас терпения, повел шлюпку обратно к скале, где был убит Кииз и едва не погиб сам. С яростью, происходившей от чувства полного отчаяния, он набросился на работу, наполняя мешки обломками породы и перенося их к куполу.
Он был занят особенно большим обломком породы, когда фал его скафандра дернулся. Данн молниеносно повернулся и, находясь в расстроенных чувствах, тут же вытащил пистолет.
Потом он присел за небольшим бугром, создавшем дополнительное прикрытие для него, не считая близкого горизонта. Фал продолжал подергиваться.
Данн начал осторожно продвигаться к той линии, которая подставляла его горизонт. Достигнув ее, он увидел фигуру в скафандре. Рука Данна крепче сжала рукоять пистолета. Найк оставалась в шлюпке, и он должен был защитить не только себя, но и ее.
Человек, надевший скафандр, выбрал костюм явно не по размеру, и у него не было оружия. Он двигался вдоль фала Данна, отчего тот и подергивался. Данн выругался. Он понял, что произошло. Найк покинула шлюпку, и при этом сама не присоединила страховочного фала!
— Стой! — крикнул Данн. — Ты с ума сошла! Без фала! Когда они вернулись на шлюпку, Данн яростно набросился на девушку.
— Ты сошла с ума! Я же сказал — оставаться в шлюпке и следить за радаром!
Она сжала губы и молча слушала.
Только теперь, когда опасность осталась позади, Данн почувствовал испуг.
Она ведь могла потерять фал и уплыть в пустоту!
— Мне пришлось бы искать тебя, если бы ты сорвалась! — рассерженно сказал он. — Зачем вышла из корабля? Какого дьявола?
— Ты сказал, чтобы я не пользовалась космофоном. Но тебя так долго не было, и я начала волноваться, что у тебя мог кончится кислород.
Данн посмотрел на манометр кислородного баллона скафандра.
Стрелка стояла почти на нуле. Минут через десять он мог потерять сознание от кислородного голодания.
— Извини, — сказал он с сожалением. — Ты права. Это я ошибался. Я мог погибнуть.
— Вы сказали, что начали бы искать меня, если бы я сорвалась. Почему?
— По той же причине, — сказал он. — Я не хочу, чтобы с вами что-то случилось.
Она пристально смотрела ему в лицо, потом тряхнула головой.
— Нет, это не совсем та же причина. Но все равно, спасибо.
— Вы благодарите меня? Послушайте! Я прошу сделать мне еще одно одолжение. Ваш брат и я были партнерами. Теперь, когда его больше нет, его часть переходит к вам. Поэтому я вас хотел попросить, не согласитесь ли вы стать моим партнером до того момента, пока мы доберемся к следующему транспорту с Хоруса? Мне действительно необходим напарник. Что бы случилось, если бы вы не предупредили меня, и я не посмотрел вовремя на указатель кислорода?
Она снова пристально посмотрела на него, потом пожала плечами.
— Хорошо, — сказала она. — До следующего транспорта. Она помолчала.
— А теперь я приготовлю что-нибудь поесть.
— А я, — сказал Данн, — пойду к моим кристаллам.
— Кислород! — предостерегающе напомнила ему Найк.
Данн снова покинул шлюпку, и хотя снаружи ничто не изменилось, ему показалось, что все выглядит не так, как всегда.
В этот момент он услышал жужжание двигателей космоскафа. Корабль был совсем близко. Он тормозил.
Данн быстро заполнил магазин базуки максимальным — четыре — количеством снарядов. Он был готов стрелять при первом же намеке на опасность.
Когда от воя двигателей космоскафа, казалось лопнут перепонки, звук исчез, и завопил чей-то голос:
— Гуки идут! Выходите! Защищайтесь! Они приближаются! Над иззубренным краем скалы показался нос потрепанного космоскафа.
Данн чертыхнулся.
Глава пятая
Это был космоскаф того седого старателя по имени Смайдерс, который единственный в Кольцах работал в одиночку, без пары.
Исцарапанный нос космоскафа говорил о множестве осколков, которые ему приходилось толкать, разгоняя их для столкновения с другими осколками.
При столкновении скалы трескались, и появлялась возможность добраться до их внутреннего содержимого.
— Я слышал их! — объявил его голос. — Они шли по моему следу. Они гонятся за мной! Если вы, ребята, придете мне на подмогу, мы с ними справимся!
Данн подхватил уже наполненный рудой мешок. Он с силой потянул за фал, присоединенный к выступу рядом с люком шлюза, и поплыл к шлюпке.
— Выходите, слышите! Я вижу, ты прячешься внутри! Собирай свои заряды и бери базуку! Три человека имеют больше шансов в схватке, чем один!
Потом он, видимо, наконец как следует рассмотрел шлюпку и понял, что это не космоскаф. Очертания шлюпки должны были бы показаться ему незнакомыми. Шлюпки хранились в удлиненных наружных ангарах, которые можно видеть на внешних корпусах лайнеров и больших грузовых кораблей.
Пассажиры древних океанских кораблей почти никогда не видели их во время рейса. Их редко кто видит — они постоянно находятся закрытых ангарах, и не так часто случаются аварии, когда приходится прибегать к последнему средству спасения.
— Что за черт? — озадаченно потребовал разъяснений старатель. — Что за посудина?
Тормозной двигатель космоскафа ожил на несколько долей секунды.
Теперь корабль висел совершенно неподвижно относительно астроида и шлюпки. Он плавал в сотне футов от пластикового пузыря и рудного массива астероида.
Данн добрался до воздушного шлюза шлюпки.
Подтянувшись и забравшись в камеру, он мрачно сказал в шлемофон:
— Это частная собственность, Смайдерс! Я здесь работаю. Если бы я тебя не знал, я бы не стал сейчас разговаривать, я бы стрелял. Уходи!
Последовала пауза. Потом люк потрепанного космоскафа распахнулся. Показалась фигура человека в скафандре.
Прикрепив фал к зажиму на корпусе, человек оттолкнулся и поплыл к скале.
— Я же сказал — место занято! — процедил Данн.
С необыкновенной ловкостью человек связал двойную петлю, набросил ее на выступ скалы и одним рывком затянул. Потом невысокий старатель посмотрел на Данна.
— Стреляй, черт побери! Но ты потом еще пожалеешь! Я сейчас поднимусь к тебе, чтобы мы могли поговорить.
Данн многозначительно поднял базуку. Коротышка издал звук, означающий, очевидно упрек. Он продолжал двигаться. Он не представлял опасности.
Убить его сейчас — значило совершить бессмысленное убийство.
Данн не нажал спуска. Он чувствовал негодование человека вынужденного уступить, чтобы сохранить уважение к себе.
Маленький старатель с необыкновенной для условий невесомости ловкостью добрался до люка шлюпки. Руки он держал демонстративно на высоте плеч и ждал, пока Данн не присоединится к нему.