– Мы были в Семетериуме и наглотались воды из какого-то там Хер…
– Ахерона, – перебил Вегу Ден.
– Вот как! – удивился Кайт, пристально глядя теперь на лоб Дена, на котором все еще виднелся шрам. После действий Анат он выглядел значительно лучше и напоминал скорее царапину, чем серьезную рану.
– А еще на него наехал Ильгекарт, но Анат ему помогла, – сообщила Вега.
– Мне не терпится узнать, почему, как и зачем все это было, но сначала, Денеб, нужно тебе помочь. Придется поспать.
– Прямо здесь?
– Ничего не поделаешь. Готов?
– Смотря к чему, – насторожился Ден.
– Это не больно, – заверил Кайт. – Просто постарайся не сопротивляться. Когда ты проснешься, тебе станет лучше. – Он было протянул к нему руки, но вдруг бессильно их опустил. – Ты мне не веришь? Я пойму.
– Сдурел, что ли? – Ден из последних сил ткнул его кулаком в плечо. – Давай, действуй.
Кайт призрачно улыбнулся, положил ладони ему на щеки, наклонился и коснулся губами его лба. Ден почувствовал, как голову буквально заливает холодом, парализующим и мысли, и чувства. Помня указание, он расслабился и так быстро отключился, что едва не опрокинулся на землю. Но Кайт вовремя его придержал и осторожно уложил, подложив ему под голову свой плащ.
Вега поймала себя на осознании того, что завидует Дену. Она сосредоточилась, пытаясь побороть это чувство, поэтому до нее слишком поздно дошло – они с Кайтом впервые остались один на один.
Предскажи ей кто такой поворот, Вега бы побилась об заклад, что не промолвит ни слова или будет мямлить какие-нибудь глупости. Но сейчас ей было очень тепло и спокойно. И хотя вспоминались слова Дена и Юнтерии о том, как Кайт отличается от нее, Вега легко отмела их и почувствовала себя очень уверенно.
Она взяла Кайта за руку. Его пальцы были жутко холодными и твердыми, как лед.
Кайт удивленно посмотрел на Вегу.
– Что ты делаешь? Ты замерзнешь.
– Может, замерзну, а может, и нет. Ты что-нибудь чувствуешь? – спросила Вега, не отпуская его. Ее рука онемела от холода, но внутри, как и в прошлые разы, бушевал огонь.
– Конечно. Ты меня касаешься.
– А тепло чувствуешь?
– Это сложно объяснить, – сказал Кайт. – Я ощущаю что-то, но не так, как вы чувствуете тепло. Я могу приблизиться к самой раскаленной звезде во Вселенной, и со мной ничего не случится. Я просто почувствую ее энергию. Понимаешь?
– Да. Но я не совсем то тепло имею в виду.
Вега уже не чувствовала своей руки. Кайт мягко высвободил ладонь из ее пальцев.
Некоторое время они сидели молча. Теперь Кайт избегал встречаться взглядом с Вегой. Она, полная дурных предчувствий, уже собралась задать волнующий вопрос в открытую, когда он вдруг встал и сказал:
– Пойдем со мной. Я хочу тебе кое-что показать.
Вега была готова пойти за ним куда угодно, но внутренний голос немедленно сделал выговор, и она с сожалением спросила:
– А как же Ден?
– С ним ничего не случится. Сейчас здесь никого нет.
Они пересекли поляну и пошли дальше по узкой дороге, петляющей между терниями.
– А если вернется этот мракогад? – спросила Вега.
– Не вернется. Я, кажется, немного переборщил, – сокрушенно проговорил Кайт. – Не суди его строго, – прибавил он, заметив, что Вега сильно удивлена его расстройством. – Быть мракодетелем нелегко.
– Разве он не сам захотел таким стать?
– Нет. Раньше он был светоносцем, как и я. Но его звезда погасла, и теперь он такой, какой есть.
– Что это значит? – не поняла Вега.
Кайт помолчал, обдумывая возможность ответа, и медленно заговорил:
– В наших жилах течет не кровь, а звездный свет. Когда гаснет звезда, от которой он был взят, гаснем и мы. Мы больше не можем приносить свет, и остается лишь сеять тьму.
– Это… случается со всеми? – спросила Вега, и ее пробрала дрожь – ей представилось, что Кайт станет таким же темным и жутким, как Сетрат.
– Рано или поздно все звезды гаснут. Но до этого еще надо дожить. Многие служители умирают прежде, чем гаснут их звезды. Это считается благом – тяжело существовать, зная, что твоя звезда мертва.
– А сколько вы живете?
– Очень долго, по сравнению с людьми. Если с нами не случается какая-нибудь беда.
– Значит, мы умрем раньше, – сделала неутешительный вывод Вега. – И что ты будешь без нас делать? – она шутливо ткнула Кайта в плечо.
– Буду скучать, – он улыбнулся.
– Похоже, тебя не очень-то расстроит наша смерть.
– Конечно, расстроит, ведь какое-то время мне будет вас не хватать. Но потом я тоже умру, и все изменится. Люди обычно непримиримо относятся к смерти, и это неправильно… Часто смерть печальна, но она никогда не страшна. Ведь это не конец. Это новое начало.
– Хотелось бы верить, – пробормотала Вега, вспоминая маленького Тему и слова людей из Полумесяца, пророчащие ей скорую гибель. Когда смерть была так близко, не получалось рассуждать, как Кайт.
Тернии по краям тропы сплелись так туго, что превратились в непреодолимые стены узкого коридора, изгибающегося через каждые несколько шагов. Сквозь узкие щели виднелись отблески светящихся шаров, но туда нельзя было просунуть даже палец, не говоря уже о руке. Веге подумалось, что никто их не достанет, и они так и будут сверкать между шипами, недосягаемые, пока не погаснут – маленькие звезды в своем крошечном неприступном мирке.
Естественный коридор выпрямился, и Веге показалось, что впереди выход из Затенения. Но они вышли на очередную поляну и остановились. У Веги вырвался восхищенный вздох.
Темно-синие тернии обступали пространство идеальным кругом. Земля внутри него мягко переливалась золотыми и серебряными искрами, будто кто-то широкой рукой разбросал всюду множество блесток. Из этих посверкивающих островков тут и там вырывались ветви, на концах которых светились фигурки, похожие на огромные снежинки. Мерное гудение сменилось тихим перезвоном.
– Что это? – спросила Вега, не в силах оторвать взгляда от этого поля чудесных фонариков.
– Эспериды. Мы питаемся ими, когда они созревают, но эти еще слишком малы. Красиво, правда?
– Не то слово, – прошептала Вега.
Она не выдержала нахлынувших чувств и снова взяла Кайта за руку. Он не шелохнулся. «Но он ведь не вырывается», – попыталась Вега успокоить себя. Кайту не было все равно. В то же время, что-то его сковывало.
– Я тебе не нравлюсь? – тихо спросила Вега. – Если да – так и скажи. Я пойму.
– Дело не в этом, – помедлив, ответил Кайт. – Есть кое-что, что тебе нужно знать.
– Я знаю, Ден сказал, что ты… Ну… Не такой, как мы.
– И это тоже. Но я сейчас не об этом.
– А о чем?
Кайт по-прежнему отводил взгляд.
– Ты слышала, что Сетрат сказал о Луране?
– Ну и что? Ты же хотел как лучше.
– Возможно, все было не совсем так. Возможно, это не все. Возможно, я сделал что-то еще.
– Например?.. А вообще, знаешь, мне все равно, – твердо сказала Вега. – Даже если ты уничтожил целую галактику. Я не могу перестать о тебе думать, хоть убей. У меня рука заледенела, а внутри тепло.
– Правда? – Кайт наконец посмотрел на нее.
– Конечно. Зачем мне врать?
Кайт не отводил от нее глаз. Вега была почти оглушена собственным сердцебиением, а он вдруг наклонился и легонько коснулся пальцами ее щеки. По лицу тут же поползли ниточки обжигающего холода, но это было самое приятное, что Вега когда-либо чувствовала.
– Я знаю, о чем ты говоришь, – тихо сказал Кайт. – Но лучше нам обоим забыть об этом. Пойдем, вернемся к Денебу.
Он повернулся и первым зашагал назад. Вега на мгновение замерла. «Я знаю, о чем ты говоришь… Нам обоим…» Неужели Кайт хотел сказать, что чувствует то же самое? И при этом предлагает просто забыть об этом!
«Ну нет, – подумала Вега, пытаясь совладать со сбившимся дыханием. – Не так быстро!»
– Подожди! – она нагнала Кайта и придержала его за край плаща. Он остановился. – Ты меня не поцелуешь?
– Что? – Кайт посмотрел на нее так, словно не понял, о чем она говорит.
– Ты меня не поцелуешь? – терпеливо повторила Вега и приложила пальцы к своим губам. – По-настоящему.
– Нет. Если я это сделаю, ты перестанешь дышать.
– Серьезно? – Вега не сдержала разочарования.
– Да, – сказал Кайт без тени усмешки. – Твое дыхание начнет замедляться, пока совсем не остановится.
– То есть я умру?
– В некотором смысле.
– Что значит «в некотором смысле»? – не поняла Вега.
– Больше я ничего не могу сказать, – отстраненно проговорил Кайт.
Он сказал это так же, как когда говорил о волновой болезни, и возобновил прерванный путь. Вега поняла, что больше от него ничего не добиться, и поцелуи у служителей, к сожалению, совсем не то, что у людей. Тем не менее, Вега с недоумением поймала себя на мысли, что готова рискнуть.
– Слушай… – начала она, снова нагнав его. – А откуда ты это знаешь? Ты уже целовал кого-нибудь?
– Нет, к счастью, не доводилось. Когда я был светлентом, мы изучали возможности своего воздействия на других. То, что ты называешь поцелуем – очень серьезно. Никто не посмеет сделать подобного без прямого приказа своего сефилорта. Оно и правильно, ведь речь идет о жизни.
– Ну и ладно, – Вега вздохнула. – Мне просто хорошо рядом с тобой.
– Мне тоже.
Вега не нашла слов, чтобы выразить свою радость, и слегка сжала его руку в своей. Кайт ответил, но слабо. Было ясно – его по-прежнему что-то гнетет.
Глава тридцать третья, о том, что всему тайному рано или поздно предстоит стать явным
Они вернулись на прежнее место, и Кайт попросил Вегу привести Дена в чувство. Это оказалось несложно: едва она коснулась его плеча, он вздрогнул, открыл глаза и резко сел.
– Что случилось?
– Мы немного обманули твой организм, – объяснил Кайт. – Так что успеем добраться до селения и там обработать твои раны. Тебе ведь больше не больно?
– Да, – Ден поднялся на ноги и посмотрел на свои раны. Они по-прежнему выглядели скверно, но больше не кровоточили. – Совсем не больно.