– Лилька, что за платье ты мне дала! – прошептала Надя.
– А что?
– Во-первых, в нем дышать невозможно – такое оно узкое, а во-вторых – ну что это за разрез!
– Ты ничего не понимаешь, Шелестова! – прошипела в ответ Лиля. – Это платье от Вествуд! От самой Вивьен Вествуд!
– Да хоть от кого, но передвигаться в нем совершенно невозможно! И вообще, куда идти-то?
– Туда...
По коридору они дошли до большой залы – там, в ослепительно белом свете, толпились люди. На небольшом возвышении негромко и нежно играли на скрипках музыканты. Мимо скользили официанты с подносами.
– Вон они! – вдруг с ужасом прошептала Лиля и подалась назад. – Надюха, ты их видишь?
Держа Лилю за обнаженную ледяную руку, Надя заглянула в зал – там, в самом центре, вальсировали Адам и девушка в белоснежном кружевном платье, с маленькой фатой на заколотых гладких волосах цвета воронова крыла.
– Это она, Дарина?
Лиля молчала. Ее вдруг стала бить дрожь. Дарина Мардарьевская была чудо как хороша. Нет, она не была так уж особенно красива. Пожалуй, голубоглазая блондинка Лиля выглядела гораздо эффектнее. Но в Лилиной внешности было-то кукольное, неестественное – словно ее скопировали с Барби. У Дарины была маленькая голова, уши чуть-чуть, едва-едва, но все же оттопырены, а глаза немного узковаты, раскосы – проглядывала то ли башкирская, то ли татарская кровь. Но все с лихвой искупалось загадочной и в то же время задорной улыбкой, которая не покидала лицо Дарины. Она была юной и... отважной – как степная наездница. Амазонка. Скифская царевна...
И Лиля моментально женским чутьем поняла – страшно, почти невозможно сразиться с этой безрассудной девичьей отвагой.
– Надя...
– Что, Лилечка?
– Позови его. Позови Адама. Скажи ему, что я здесь.
Мимо сновали люди, очередной охранник вдруг остановился в коридоре и стал пристально смотреть на них.
– Лиля, может быть, не стоит? – умоляюще произнесла Надя, жалея свою подругу. – Поехали отсюда, а? Поехали, пока не поздно...
– Нет...
Охранник вдруг двинулся в их сторону.
– Дамы, можно вас на одну минуту? – холодно произнес он.
– О господи... – Надя с Лилей торопливо зашагали по коридору в сторону.
– Дамы, я прошу вас остановиться! – В голосе охранника звучала явная угроза.
– Делаем вид, что мы ничего не слышим и нам срочно надо припудрить носики... – прошептала Лиля.
Они свернули за угол – но там не было намека на туалетную комнату. Двери, двери, канделябры мерцали на стенах и – тишина...
– Это тупик! – обреченно произнесла Надя.
Охранник был совсем близко.
– Извините, дамы, но я должен сверить ваши имена со списком, – с безупречной вежливостью произнес охранник. – Что-то я вас не помню. Вы кто?
– Кто мы? – возмутилась Лиля. – Как вам не стыдно портить людям праздничное настроение! Я – Зина Трубецкая, а это моя...
– Вы не Зина Трубецкая, – сказал охранник. – Я прекрасно знаю Зинаиду Яковлевну в лицо. Кто вас пропустил сюда?
Сердце у Нади упало в пятки. «Все-таки влипли!..»
– Пройдемте со мной.
Строгий секьюрити ухватил Лилю за локоть.
– Пройдемте...
– Пустите меня! – возмутилась Лиля. Она лягнула охранника каблуком, но этим только разозлила его...
– Ах ты, дешевка крашеная!.. – выругался он.
Надя, не отдавая себе отчета, незаметно выхватила из своей сумочки электрошокер и ткнула им охранника. Тот дернулся и упал на пол.
– Надька-а... – с изумлением пробормотала Лиля. – Чем это ты его?
– Это Зинкина штучка... Сама не знаю, зачем я ее с собой взяла. Лиля, что теперь будет?
– А ничего не будет, – с неожиданным подъемом произнесла Лиля. – Давай-ка этого парня куда-нибудь спрячем.
Она толкнулась в одну дверь – закрыто. За другой была темнота.
– Сюда тащи...
Вдвоем, держа охранника за ноги, они заволокли его в комнату.
– Быстрее приведи Адама, пока этот тип не пришел в себя!
Надя, уже ничего не боясь, побежала в зал. Сердце у нее колотилось, словно сумасшедшее.
– Адам, можно тебя на минутку...
Адам Блендис в это время мирно беседовал с какой-то толстухой в боа из страусиных перьев.
– Надя? – растерялся он. – Извините, Нонна Леонидовна...
– Как ты здесь оказалась? – прошептал он, уводя Надю в сторону. – И что, вообще, происходит? Лиля тоже здесь?
Он был очень проницателен, этот человек.
– Да. Она хочет с тобой поговорить. Пожалуйста, выйди к ней. Будет хуже, если Лиля появится тут...
Сквозь улыбающуюся, веселую толпу они пробились к выходу. Адам то и дело пожимал кому-то руки, кто-то похлопывал его плечу...
Из-за угла им навстречу выбежала Лиля.
– Ты... – тихо охнул Блендис.
– Адам, нам надо поговорить. Адам... – Из глаз у Лили вдруг брызнули слезы.
– Идем, я знаю место... – коротко сказал чужой жених.
Он потащил подруг, подхватив их под руки, по коридорам, завел в какой-то закуток с пальмами. За стеклянной стеной мерцали сказочные, усыпанные снегом деревья, на черном небе плыла круглая луна. Надя встала у стены, ближе к коридору, чтобы не мешать этим двоим.
– Адысь, что ты делаешь? – услышала она умоляющий Лилин голос.
– Лулу, так надо. Сладкая моя, прости, что не предупредил тебя... Но я просто не хотел причинять тебе боль. Зачем? Мы не смогли бы ничего изменить.
– Адысь, ты все время твердил мне, что никогда не женишься... Так почему же ты для этой девочки сделал исключение? – с отчаянием спросила Лиля.
– Потому что... Господи, Лулу, только не думай, что я влюбился в Дарину и потерял из-за нее голову! – шепотом закричал Адам. – Дело в другом... В том, что моя фирма на грани банкротства, я не могу погасить кредиты! А отец Дарины, Мардарьевский – он гендиректор «Севзапнефти», у него...
– У него есть деньги! – перебила Лиля с насмешкой. – Ну да... Ты хочешь сказать – это брак по расчету, да?
– Да, именно так! Милая моя девочка... У меня больше не было денег содержать тебя... В конце концов, я женюсь на Дарине ради тебя!
– Боже, какое благородство! – истерично засмеялась Лиля. – Ты хотел содержать меня на деньги своей жены!
– Нет, я только хотел погасить кредиты, дальше я бы справился со всем сам! Ты подумай – ты сама бы бросила меня, если б я перестал давать тебе деньги. Тебе, моей избалованной куколке, не работавшей ни одного дня в своей жизни!
– Адысь... – умоляюще прошептала Лиля. – Я поняла... Но... мне не нужны деньги. Адысь, я люблю тебя! Адысь, я для тебя на все готова, я буду сама работать – пусть хоть посудомойкой, хоть уборщицей... Адысь, я всю жизнь мечтала быть твоей женой! Адысь, брось ее, уйдем отсюда вместе!
Надя осторожно высунула голову в коридор – никого, только вдали сновали официанты с подносами. «Как же она любит его! – страдая за подругу, подумала она. – Бедная Лилька, я совсем тебя не знала!..»
– Нет, Лиля, – тихо, но решительно произнес Адам. – Уже ничего не изменишь. Ты не плачь... Уезжай. Через три недели мы с Дариной вернемся из свадебного путешествия, я приду к тебе. Я буду приходить к тебе так же, как и раньше. Ничего не изменится!
– Адысь, я люблю тебя! – повторила Лиля таким голосом, что Надя сама чуть не заплакала.
– Лулу, не рви мне сердце. Все, закончим этот разговор... – устало произнес Адам. – Уезжай.
Лиля помолчала немного, а потом сказала:
– Нет, милый, я никуда не поеду. Я люблю тебя. Я сейчас пойду к твоей Дарине и все ей расскажу про нас.
– Лиля, ты хочешь устроить скандал? Я тебя прошу...
– Нет, Адам, не проси! Нет! Я ей все скажу!
– Лиля, я тебя умоляю...
– Она должна знать! Она не имеет права портить людям жизнь! – в исступлении повторила Лиля. – Я ей все скажу!
– Лиля, детка...
– Я люблю тебя! Ты мой, только мой... Наплевать на деньги! Наплевать на все!
– Лиля, не делай этого, пожалуйста, – с усилием произнес Адам. Судя по всему, он страшно боялся надвигающегося скандала. – Ты не понимаешь... Уезжай отсюда. Хочешь, я на колени встану?
– Что? – удивленно спросила Лиля.
И он повторил:
– Хочешь, я перед тобой на колени встану? Только не говори ничего Дарине...
Надя невольно оглянулась – там, под изящным веером пальмовых листьев, стоял на коленях Адам Блендис.
– Адысь... – ошеломленно прошептала Лиля. – Что ты делаешь? Встань, сейчас же встань!
– Лулу, заклинаю тебя всеми святыми – не устраивай скандала, не говори ничего Дарине... – без всякого выражения забормотал он.
Некоторое время Лиля молчала.
– Хорошо, Адам... – наконец с трудом произнесла она. – Если ты так просишь... Надя, поехали отсюда.
– Давно пора! – Надя подхватила Лилю под локоть и потащила ее в выходу. Ноги не слушались Лилю – она едва их переставляла. «Как же мы поедем?.. – с отчаянием подумала Надя. – Она же совершенно не в себе!..»
Но на свежем воздухе Лиля задышала полной грудью.
– Бежать! Бежать отсюда как можно скорее! – застонала она, словно очнувшись ото сна, и, спотыкаясь, помчалась к своей машине.
– Лилька, как ты думаешь, тот охранник уже пришел в себя?
– Откуда я знаю...
– По-моему, он будет очень зол, когда очнется, – забормотала Надя. – Честное слово, Лиля, я сама не понимаю, зачем я ткнула его электрошокером... На меня что-то нашло!
Они залезли в машину и поехали к воротам. Их выпустили беспрепятственно – тем более что перед ними катил чей-то лимузин с тонированными стеклами. Пристроившись лимузину в хвост, они благополучно покинули территорию Мардарьевских.
– Слава богу... – прошептала Надя.
Они мчались теперь по черному шоссе обратно в город.
Лиля была бледна, но держалась спокойно.
И только когда они уже проезжали мимо окраинных новостроек, произнесла задумчиво:
– Надька, ты видела? Он встал передо мной на колени!
– Лиля, я тебе с самого начала говорила, что из этой поездки ничего не выйдет.
– Он встал на колени... – изумленно повторила Лиля, словно не слыша ее. – Надька, ты не представляешь, какой Адам гордый! Он и перед собственной смертью не встал бы на колени... А тут взял, да и повалился передо мной – «Лил