да Куай-Гон видел его последний раз, Рыцарь отметил, что бедность его всё равно бросается в глаза по сравнению с Сектором Цивилизованных.
На Новом Апсолоне не было видно последствий гражданской войны, которая вспыхнула здесь 6 лет назад. Куай-Гон посещал миры, где многолетние конфликты опустошали целые города. Он видел руины зданий, превращённые теперь в груды щебня, а некогда цветущие кварталы обращённые в грязь. На Новом Апсолоне не было таких разрушений. Сектор Цивилизованных все также блистал. Город всегда был техническим центром, и здания были высоки и внушительны. Любое свидетельство, напоминавшие о сражениях было давно удалено с улиц.
Но вот была одна вещь, которую Куай-Гон не помнил со своего последнего посещения. Это были высокие стеклянные колонны, высотой с человеческий рост, освещающиеся изнутри. Колонны появились на углах улиц, на площадях. Иногда они были стояли по несколько штук, иногда в одиночке. Некоторые пылали белым светом, некоторые ледяно-синим.
– Как вы думаете, что это? – спросил Оби-Ван, – кажется у них нет определённых функций.
Куай-Гон узнал перекрёсток, где они были. «Это то место, где был энергетический барьер между Рабочим и Цивилизованным сектором», – сказал рыцарь. Здесь же было больше всего пылающих колонн.
– Давай поближе посмотрим на эти колонны.
Колонны разделяли только несколько сантиметров. Вместе они образовывали большой, светящийся квадрат. На одной из сторон Куай-Гон увидел полированную чёрную плиту с выгравированными словами на гладкой поверхности.
Здесь мы вспоминаем наших товарищей, граждан, 40 Рабочих, которые были убиты силами Абсолюта при попытке пройти Энергетический барьер.
Оби-Ван посчитал колонны. «Их 40. По каждой на одного из погибших. Это памятники», – сказал юноша.
– Ими отмечено каждое место, где погиб Рабочий, – предположил Куай-Гон.
Два Джедая пристально смотрели на светящиеся колонны. Казалось, теперь они видели живых существ. Куай-Гон мог представить, как эти сорок Рабочих шли к Энергетической стене. Возможно, они держались за руки.
– Я вспоминаю нашу миссию на Мелиде-Даан, как я был потрясён, когда видел опустошение в городе, – сказал Оби-Ван, – каждое разрушение приносило такую печаль. Можно увидеть прерванные жизни. Это заставляет помнить об ужасе. Город не был разрушен, но все же жизни были прерваны. Но сейчас жизнь продолжается, – Оби-Ван коснулся стекла, – и это хорошо, чтобы все помнили о том, что потеряли.
– Да, я чувствую это тоже, – сказал Куай-Гон, также замерший перед колоннами.
Они прошли мимо участка, где располагался старый Энергетический барьер. Контрольно-пропускной пункт все ещё стоял, закрытый броней. Поперёк стены кто-то написал «Роан – убийца!» Поскольку они прошли в Сектор Цивилизованных, они видели все больше подобных надписей на стенах. Роан должен уйти! Эван жив, Роан должен умереть!
Рабочие в комбинезонах были заняты, пытаясь убрать эти надписи, полируя камень.
– Здесь есть разлад, который лежит глубоко под тем, что мы видим, – сказал Куай-Гон.
– Я чувствую это, – согласился Оби-Ван, – люди не свободны от этого.
Улицы стали более многолюдными. Различие между Цивилизованными и Рабочими сразу бросалось в глаза. Цивилизованные имели все атрибуты богатства – великолепную одежду и блистающие аэрокары. Посольку был полдень, богатые были на улицах, разговаривали или отправлялись в кафе, которые были на улице. Рабочие были одеты в простую одежду, брюки и казалось, что спешили выполнить свои поручения, вместо того, чтобы прогуливаться и наслаждаться днём.
– Мы должны отметиться в службе безопасности, – сказал Куай-Гон, – это требование для всех посетителей. Только формальность, но возможно мы кое-что сможем узнать.
Правительственные здания были сгруппированы рядом друг с другом. Между ними были разбиты клумбы цветов. В отличии от блистающих высотных структур вокруг них, эти зданий не были высокими, но украшались немалым количеством украшений, колоннами и выступами, лестницами, ведущими к дверям.
Оби-Ван и Куай-Гон поприветствовали сидящего за столом администратора. Он был низкого роста, но широкоплечий, лысоватый мужчина. Он встал и кивнул им.
– Я Балог, официальный администратор. Добро пожаловать на Новй Апсолон. Мы благодарны вам за то, что вы пришли так быстро, чтобы пройти процедуру регистрации. Можно узнать о цели вашего визита?
– Мы слышали о достопримечательностях Нового Апсолона, – сказал Куай-Гон, – мы прибыли сюда как туристы.
Балог кивнул.
– Туризм пока не запрещён. Но все же… Я должен предупредить вас, что правительство близко к изданию официального предупреждения всем, кто планирует путешествие сюда. Новый Апсолон – теперь опасное место для любого пришельца. Резиденция нашего правителя в осаде. Да и здесь наблюдаются волнения. Страсти кипят. Общество изменилось. Я не могу гарантировать вашу безопасность.
– Нам не нужны гарантии, -сказал Куай-Гон, – мы не планируем долго задерживаться здесь и будем осторожны.
Балог кивнул. – Тогда наслаждайтесь своим пребыванием.
Куай-Гон пошёл к двери, потом как будто засомневался.
– Вы сказали, что резиденция правителя находится в осаде. Мы слышали, что прежний лидер был убит. Вы считаете, что Роану тоже угрожает опасность?
– Есть некоторые, кто считает, что за смертью Эвана стоит именно Роан, – сказал Балог, – это, конечно, неправда, но есть те, кто всё равно хочет отомстить. Мы держим все под контролем. Эван был большим человеком, но Роан тоже. Он Цивилизованный, с большим богатством, но всё равно перед бескровной революцией он бросил вызов таким же как он и примкнул к Рабочим. Я тому свидетель. Роан был тем, кто поднял меня до этого положения. Он сделал тоже самое для других. У Роана есть поддержка среди рабочих, те, кто подозревают его в убийстве, их меньшинство. Но меньшинство агрессивное.
– Дочери Эвона скрываются или нет?
Балог выглядел удивлённым.
– Вовсе нет. Роан принял их после смерти их отца и заботится о них. Они живут в двух кварталах от резиденции правителя.
Глава 5
Оби-Ван посмотрел на своего учителя после того как они оставили здание службы безопасности. Он видел, что Куай-Гон волновался. Если близнецы были в безопасности, то почему они обратились к Талле?
– Может быть близнецы не хотели, чтобы кто-либо на Новом Апсолоне узнал о том, что они опасаются за свою жизнь?
– Это наиболее вероятно, – сказал Куай-Гон, – однако непонятно, почему они обманули, сказав, что скрываются. Я думаю, что самое время навестить их.
Они спросили у прохожего как им добраться до резиденции правителя. Каждый знал, где живёт Роан. Это было великолепное здание, построенное из того же серого камня, и было оно совсем недалеко. Куай-Гон откинул капюшон, когда они вошли. Он знал, чтобы увидеть близнецов, его должны были узнать.
На контрольно-пропускном пункте службы безопасности, монитор вспыхнул синим и голос спросил их имена. Куай-Гон представился, объяснив, что является другом Эриты и Алани.
Заработал сканер сетчатки глаза. Куай-Гон и Оби-Ван прошли проверку. Рыцарь не возражал против этого. Наоборот, он был доволен, что служба безопасности проявляет подобную щепетильность.
Наконец двери открылись, и они вдвоём были сопровождены в светлые и тёплые жилые комнаты. Там их встретили две девушки. Они были похожи как две капли воды, обе с длинными заплетёнными белокурыми волосами, худыми лицами и тёмными глазами. Они заулыбались, когда увидели Куай-Гона.
– Куай-Гон! – вместе закричали они и подбежали к нему.
Куай-Гон поклонился.
– Я не был уверен, что вы помните меня.
– Конечно, помним.
Куай-Гон не был так уверен, как говорил. Шесть лет назад Алани была чуть выше Эриты, но теперь они сравнялись ростом. Как будто видя затруднение Куай-Гон, другая девушка улыбнулась.
– Я – Эрита, а это моя сестра – Алани.
– Я боюсь, что не могу различить вас, – сказал Куай-Гон.
– Это трудно, но со временем люди могут научиться, – ответила Эрита.
– Некоторые люди, – поправила Алани, – почему вы здесь на Новом Апсолоне? Это миссия Джедаев.
– Нет. Позвольте мне представить вам своего падавана. Оби-Ван Кеноби.
– Любой ваш друг – это один из наших друзей, – сказала Алани, – мы никогда не забудем вашу доброту к нам шесть лет назад.
– Как Талла? – нетерпеливо спросила Эрита, – мы надеялись, что она с вами.
– Талла находится сейчас на Новом Апсолоне, но боюсь, что я не могу с ней связаться, – сказал Куай-Гон, – вы посылали за нею?
Близнецы удивлённо переглянулись.
– Нет, – ответила Алани, – зачем надо делать это?
– Вы не чувствуете себя в опасности? – спросил Куай-Гон, – после убийства вашего отца, вы можете считать, что Новый Апсолон не безопасен для вас.
– Мы в безопасности здесь, с Роаном, – сказала Эрита, – он был лучшим другом нашего отца. Он защищает нас, у нас есть все, в чём мы нуждаемся и нам не нужно выходить за пределы резиденции. Здесь есть даже частный сады, где можно гулять. О нашей безопасности заботится полковник Балог.
– Я вижу, что вы обеспокоены, Куай-Гон, – сказала Алани, – Конечно, Эрита и я знаем, что на Новом Апсолоне есть силы, которые утверждают, что Роан убил нашего отца. Мы не верим этому.
– Роан заменил нам отца, – сказала Эрита, – мы видели его печаль, после смерти папы.
– Это правда. Он не позволил бы нам жить здесь. Он сказал, что будет теперь нашим отцом.
– Мы семья, – твёрдо сказала Алани.
Куай-Гон кивнул. Он не усомнился бы в словах девушек. Но и не принял бы как безоговорочную правду. Он знал, что девочки, когда им было 10 лет видели большой конфликт и хотели бы, чтобы у них был отец, когда тот был заключён в тюрьму. Их защищали последователи Эвона, которые доказали свою преданность лидеру, защищая его дочерей. Конечно, они ещё не были способны справиться со всеми сложностями мира, где занимались саботаж и предательство.