– Спасибо, – сказал Оби-Ван.
Куай-Гон вышел из комнаты через секунды после ухода Манекса.
– Я слышал голоса, – сказал он тяжело.
– Манекс пошёл в Законодательный Совет, – ответил Оби-Ван, – Могу я что-то сделать для вас, учитель?
– Нет. Дроид не вернулся?
Оби-Ван покачал головой.
– Я сообщу вам, как только он появится. Но я думаю, что есть и другие вещи, которые мы можем сделать, чтобы захватить Балога, учитель. Мы не должны только лишь ждать дроида, – он заговорил быстро, пока Куай-Гон не отвернулся и не ушёл опять в комнату.
В течение долгого ожидания он думал об их следующем шаге. Это была единственная вещь, способная потеснить боль.
– Эрита все ещё остаётся с Элани в резиденции Верховного правителя, – продолжал он, – Она скрывает, что знает о том, что её сестра – в союзе с Абсолютистами, надеясь получить новую информацию. Она обещала быть нашим информатором. Элани может знать, где Балог.
– Что ж, в любом случае мы должны ждать, – сказал Куай-Гон.
– Но мы могли выяснить, что связывает их, – заметил Оби-Ван, – Почему возник такой союз? Что Элани ожидает от Балога? Что он рассчитывает делать по возвращении? Где укрываются Абсолютисты теперь, когда их база в каменоломнях разрушена? И что со списком информаторов Абсолюта? У Балога его нет, иначе он бы не искал его. Мы знаем, что список мог быть у Элега, перед тем как тот исчез.
Острое внимание исчезло из взгляда Куай-Гона. Всё это было не ново, многое рассказала им Тала. Оби-Ван заспешил:
– Если мы первыми сможем найти список, мы сможем устроить ловушку Балогу. И как насчёт Манекса? Почему он вдруг столь добр к нам? Есть многое, что нужно выяснить. Я уверен, что должны быть какие-то слухи в Законодательном совете. Некоторые из них могут дать направление…
– Мы здесь, чтобы найти убийцу Талы, а не вовлекаться в политику, – серьёзно сказал Куай-Гон, – Наша главная цель – поиск Балога. Как только мы получим информацию на нём, я смогу отправиться…
– Вы подразумеваете, мы сможем отправиться, – поправил Оби-Ван, внимательно глядя на учителя.
Ни один из них не слышал приближающихся шагов.
– Мы прибыли, как только смогли, – сказал глубокий знакомый голос.
Оби-Ван обернулся. Прибыла команда джедаев. К своему облегчению, он увидел Бэнт, своего друга. Но его радость мгновенно превратилась в беспокойство, когда он увидел мастера-джедая рядом с ней. Это был Мэйс Винду.
ГЛАВА 2
Мэйс Винду отправлялся только на самые важные и сложные миссии, слишком много забот и обязанностей было у него в Совете. Оби-Ван только теперь понял, сколь серьёзна для джедаев была потеря Талы. Он думал, что это потеря главным образом для него и Куай-Гона. Оказалось, нет.
Мэйс посмотрел на Куай-Гона и Оби-Вана долгим изучающим взглядом. Казалось, он уловил и их усталость, и горе. А так же и напряжённость между ними.
Оби-Ван задался вопросом, как много из их разговора услышал Мэйс. Под этим всевидящим взглядом становилось неуютно.
Оби-Ван поспешно повернулся к Бэнт, невольно ища поддержки. Она была его другом, они вместе обучались в Храме. И именно от неё он больше, чем от кого-либо, мог ожидать поддержки и понимания. Но в её ответном взгляде был непривычный холод. Да, конечно, она была расстроена. Ведь она была падаваном Талы.
– Нам жаль, что мы здесь при таких трагических обстоятельствах, – сказала Бэнт Куай-Гону.
И Оби-Ван почувствовал тот же холодок в её приветствии, обращённом к Куай-Гону.
Это было большой неожиданностью. Бэнт всегда с уважением относилась к Куай-Гону, и Куай-Гон выделял её среди друзей Оби-Вана. Но Куай-Гон, казалось, не заметил этого. Он был слишком погружён в своё горе, Оби-Ван знал это. Он кивнул Бэнт.
– Тала там, " сказал он.
– Мы зайдём на минуту увидеть её, – сказал Мэйс, – А потом я хотел бы коротко обсудить положение дел.
Куай-Гон хмуро кивнул. Мэйс и Бэнт зашли в комнату. Они вышли через несколько минут. Бэнт выглядела потрясённой. Мэйс спокойно закрыл за собой двойную дверь и прошёл в холл.
– Ответственность за это на главе Службы безопасности, – сказал Мэйс, – Мы знаем это наверняка, но не знаем, где он. Верно?
Куай-Гон не ответил, поэтому пришлось сказать Оби-Вану:
– Да.
– Расскажите, как все случилось, – сказал Мэйс, глядя на Оби-Вана. Казалось, он понял, что Куай-Гон не хотел говорить.
Куай-Гон смотрел на дверь комнаты, где была Тала, и лишь остатки уважения к Мэйсу заставляли его оставаться в зале.
– Как только мы узнали, что Балог захватил Талу, мы отправили дроида-разведчика, чтобы выследить его, – объяснил Оби-Ван.
Мэйс нахмурился:
– Разве использование этих дроидов не запрещено сейчас на планете?
– Да, – сглотнув, ответил Оби-Ван. Он хорошо знал, что джедаи не имеют права нарушать законы других миров, – Но они продаются на чёрном рынке. Это был наш единственный шанс найти Талу. Мы имели серьёзные основания предполагать, что её держат в капсуле, так что мы знали – чем дольше мы будем искать её, тем большей опасности подвергается её жизнь. Дроид определил, что Балог покинул обжитые районы планеты и отправился в сторону каменоломен. Эрита, одна из дочерей погибшего правителя Эвана, отправилась следом за нами. Она обнаружила, что её сестра-близнец, Элани, была в сговоре с Абсолютистами. Это казалось просто невероятным, потому что и Эрита, и Алании – Рабочие. Когда Цивилизованные были у власти, они использовали Абсолют для слежки, пыток и расправ с Рабочими – и в том числе отца Элани и Эриты.
– Я знаю, что Абсолют был тайной полицией Нового Эпсолона, – нерешительно сказала Бэнт. – Я воспользовалась возможностью вкратце ознакомиться с материалами по этой планете. Но разве они не были вне закона после избрания Эвана?
– Да. Но Рабочие подозревают что тайная полиция так и не была окончательно уничтожена, – сказал Оби-Ван, – Как выяснилось, они были правы в своих опасениях. Но мы никогда не подозревали Балога в сговоре с ними. Он – Рабочий, он был доверенным лицом Эвана. Теперь же мы знаем от Эриты, что Элани сама устроила их похищение, чтобы сбить нас со следа, а заодно и получить сочувствие народа. А так же мы предполагаем, что это было уловка, чтобы заманить Роана в руки Абсолютистов. Роан был избран после того, как Эван был убит.
– Но Роан относился к фракции Цивилизованных, а не Рабочих, – заметила Бэнт.
– Да. Но он сочувствовал Рабочим и поэтому работал вместе с Эваном. Он хотел справедливости для всех людей Нового Эпсолона. А когда Эван был убит, он даже предоставил убежище близнецам.
– И Элани предала его, – медленно проговорила Бэнт, – Для такого надо быть на редкость продажной.
– Мы наткнулись на послеление горняков, когда преследовали Балога, – продолжил Оби-Ван, – Всё поселение было разрушено при набеге Абсолютистов, убиты все кроме Янси, одной из жительниц посёлка. Именно она и помогла нам найти секретную базу Абсолютистов. Так мы нашли Талу. Но было слишком поздно. Куай-Гон привёз её сюда, но повреждения внутренних органов, вызванные парализующим препаратом, оказались слишком серьёзны.
– Балог медленно убивал её, – сказал Куай-Гон. Его голос звучал хрипло и с усилием, словно заржавевший.
– Он скрылся на аква-глиссере, – продолжал Оби-Ван, – Преследовать его мы не могли, надо было как можно быстрее доставить Талу в медцентр.
– И теперь? – спросил Мэйс, – Мы видим волнения на улицах. Если Элани планирует переворот, то это случится очень скоро. Разумнее всего будет немедленно заняться поисками Балога.
– Именно так мы и думаем, – сказал Куай-Гон.
– Все же внимание к происходящему также принесёт результаты, – продолжил Мэйс, – Если Балог теперь в бегах, мы можем отследить его, зная его цели и амбиции. Они подскажут нам направление поиска.
– Со мной связались Рабочие, – сказал Оби-Ван, – Они изучили всю компьютерную базу данных в штабе Абсолютистов. Но вся информация была стёрта. У нас мало что есть для продолжения поисков.
– У нас есть наша интуиция, – ответил Мэйс. Он развернулся к Куай-Гону, – Можем ли мы где-то поговорить с глазу на глаз, Куай-гон?
Куай-Гон неохотно кивнул. Повернулся и пошёл вперёд по коридору.
Как только они остались одни, Оби-Ван повернулся к Бэнт:
– Мне так жаль, – сказал он порывисто, – Я знаю, что ты сейчас чувствуешь – - Я так не думаю. – тон Бэнт был холодным. Она смотрела на него своими большими серебряными глазами. У Мон Каламари были необычно ясные глаза, и для Оби-Вана всегда были открытой книгой все чувства Бэнт. И сейчас он пришёл в замешательство от гнева, который он увидел.
– Твоё сочувствие запоздало, – продолжила Бэнт, – Как ты мог скрывать от меня то, что Тала была похищена, Оби-Ван? Ты же знаешь, что ты и Куай-Гон немедленно должны были связаться с Храмом.
– Я знаю, – сказал Оби-Ван, – Но случилось так много, и за такое короткое время… Куай-Гон полагал, что прибытие других джедаев может подвергнуть жизнь Талы ещё большей опасности. Мы решили, что свяжемся с Храмом, если не сможем спасти её за двадцать четыре часа.
Конечно, фактически это было решение Куай-Гона – повременить с сообщением о происшедшем Совету. Но Оби-Ван не мог не понимать, что ответственность за это лежит и на нём тоже. Он ведь мог бы постараться убедить Куай-Гона. Но он не стал спорить.
– Вы не имели права принимать такое решение, – прервала его Бэнт.. Её обычно нежный голос звенел гневом, – Как бы ты себя чувствовал, если бы другая команда джедаев поступила бы так же по отношению к тебе, Оби-Ван? Что, если бы Куай-Гон был похищен?
Оби-Ван почувствовал вспышку стыда. Действительно, Куай-Гон однажды был похищен, женщиной-учёным Дженной Зан Эрбор. Если бы он тогда не принимал участия в спасении учителя, он просто сошёл бы с ума.
– Мы не подумали об этом, – признал он.
– Я спрошу так – сказала Бэнт с горечью. Она никогда ещё не говорила с ним так резко, – Ты думал обо мне вообще, Оби-Ван?