– Садись, юный Оби-Ван. – Королева жестом пригласила его сесть на траву рядом с ней. – Я тоже люблю вечерами гулять по саду.
Оби-Ван сел рядом с королевой, скрестив ноги и выпрямившись по манере джедаев. Он не видел королеву со дня приезда на Галу. Королева выглядела намного хуже. Юноша ужаснулся, видя, насколько измучила ее болезнь.
– Мне нравится запах травы, – прошептала королева Веда, перебирая пальцами тонкие стебельки. – До того, как заболеть, я любила смотреть на нее из окна. Я на все смотрела из окна. Но теперь я чувствую, что должна касаться ее, вдыхать запах, сливаться с природой. – Она положила травинку на ладонь Оби-Вану и сжала его пальцы. – Крепче держись за жизнь, Оби-Ван. Это единственное, что я могу тебе посоветовать.
Оби-Ван заметил на лице королевы следы слез. Он пожалел, что с ним нет КуайГона. Спокойное сопереживание учителя излечивало даже самые израненные сердца. Что сказал бы на его месте Куай-Гон?
Он бы начал разговор на какую-нибудь нейтральную тему, но говорил бы сочувственно. Он дал бы королеве выговориться, понимая, что она нуждается в чутком слушателе.
– Вижу, вам не стало лучше, – осторожно начал Оби-Ван.
– Нет, мне стало гораздо хуже, – произнесла королева и прислонила голову к стволу. – По ночам меня мучает сильная боль. Я не могу спать. К середине дня становится немного лучше, но ночью все начинается снова. Вот почему я выхожу сюда вечерами, пока боль еще не слишком разыгралась. Мне хочется вспоминать дни, когда я была здорова. Дни, проведенные за городом… – Королева вздохнула.
– За городом? – переспросил Оби-Ван.
– Династия Талла владеет поместьем к западу от города, – сообщила королева.
– Сразу после того, как началась болезнь, я поехала туда поправить здоровье. Может быть, мне помог свежий воздух. А может быть, – печально сказала она, – все дело в том, что я смогла немного отдохнуть. Там не было Совета министров, и никто не вызывал меня на собрания. Не было слуг, и никто не суетился вокруг меня. Только моя сиделка и я. Но, как выяснилось, без меня правительство не справлялось с работой. Они прислали за мной.
Через несколько дней мне стало хуже. Так плохо мне еще никогда не было. И это было тяжелее всего, – пожаловалась королева. – Почувствовать, что мне становится лучше, а потом заболеть опять.
– Но почему вы не вернетесь туда? – спросил Оби-Ван.
– Поначалу все мое время поглощала организация выборов, – ответила королева. – А теперь я слишком слаба и не перенесу путешествия. Так мне говорят доктора. А они у меня – лучшие в Галу. Каждый день для меня проходит одинаково. Начинается с надежды на выздоровление. Потом – снова отчаяние. А теперь надежда ушла. Я просто жду конца.
Оби-Ван сочувственно посмотрел на королеву. Луны поднялись выше, заливая ее лицо жидким серебром. Юноше снова подумалось, что когда-то королева была очень красива.
– Не смотри так печально, – подбодрила она. – Я смирилась со своей участью.
А теперь помоги мне подняться, пожалуйста. Мне пора пить чай.
Оби-Ван встал и протянул королеве руку. Ее пальцы были очень слабы. Он взял ее под локоть и помог встать.
– Доброй ночи, королева Веда, – сказал он ей вслед. Королева ушла, ее платье шелестело по траве. – Простите, – тихо шепнул он, зная, что она не услышит.
Слова королевы глубоко тронули его. Он не знал, правду или нет она говорит о том, что хочет открыть Элане тайну ее рождения. Но он знал одно: королева совершенно искренне рассказала ему о болезни и о своих страхах. До чего это, должно быть, ужасно – чувствовать, как жизнь медленно уходит из тебя.
Страдать, потом выздороветь, потом каждый вечер, с восходом лун, прощаться с последней надеждой… Каждый вечер…
Оби-Ван настороженно выпрямился. Сила велела ему сосредоточиться. В болезни королевы просматривался какой-то странный ритм. И она сказала, что в загородном поместье ей стало лучше…
Пока не приехали члены Совета…
При мысли об этом у Оби-Вана засосало под ложечкой.
Неужели королеву отравляют?
ГЛАВА 6
Оби-Ван не колебался ни минуты. Если его подозрения правильны, времени терять нельзя. Он вскочил на ноги и торопливо выбежал из сада. Вдалеке он заметил старика в серебристом халате члена Совета. Он бродил между деревьями, время от времени опираясь рукой на снежно-белую кору. Его молочно-голубые глаза были подняты к луне. Оби-Ван успел свернуть, пока его не заметили. Ему не хотелось привлекать внимания.
Он бесшумно прошел по дворцовым коридорам в покои королевы и тихо постучался в дверь.
– Это Оби-Ван, – сказал он.
Дверь открыл Джоно.
– Королева ужинает, – сообщил он.
– Кто принес ей ужин? – спросил Оби-Ван и в ответ на озадаченный взгляд Джоно торопливо добавил: – Мне тоже хотелось бы на ночь выпить чаю и немного перекусить.
– Я прикажу слугам на кухне, они будут приносить тебе еду по вечерам, – ответил Джоно и с усмешкой добавил: – Самые лучшие сладости, какие готовит наш повар.
– Могу я видеть королеву? – спросил Оби-Ван. – Мне нужно сказать ей два слова.
Джоно кивнул и удалился во внутренние покои. Через минуту дверь отворилась, он знаком велел Оби-Вану войти.
Королева полулежала на кушетке, рядом с ней на небольшом столике стоял поднос с чашкой чая и тарелкой фруктов и сладостей. Рядом в вазе благоухал букетик цветов.
– Я хотел убедиться, что с вами все в порядке, – с поклоном сказал Оби-Ван, подходя ближе. – В саду мне показалось, что вы очень устали.
– Ты очень добр. – Королева оделила его печальной улыбкой. – Да, я в самом деле устала сильнее обычного. Но не беспокойся обо мне, Оби-Ван Кеноби. У тебя есть более важные дела.
– Нет, – тихо ответил юноша. – Самое важное для меня – это ваше благополучие, королева Веда.
Он протянул руку и взял чайную чашку. В ней осталось совсем немного чая.
– Ваш чай остыл. Принести вам еще?
Королева опустила трепещущие веки.
– Я не голодна, – еле слышно молвила она. – Скажи Джоно, чтобы унес поднос.
– Отдохните, – ласково сказал ей Оби-Ван, взял поднос и направился к двери.
Он тихо выскользнул наружу – внешние покои были пусты. Хорошо. Ему не хотелось посвящать в свои планы Джоно.
Не мешкая, Оби-Ван отнес поднос к себе в комнату. Там он осторожно перелил остатки чая в пустой флакон из аптечки первой помощи. Потом положил флакон и остатки сладостей в плотный пакет, затянул его шнурком и положил в карман туники. Закончив, он отнес поднос обратно на кухню.
Завтра нужно будет найти химический анализатор. И сделать это, не привлекая внимания Джоно.
– Я тревожусь за королеву, – сказал Джоно Оби-Вану на следующий день, гуляя по улицам Галу. – Она слабеет на глазах, день ото дня. И доктора ничего не могут сделать. Я тоже не могу ничего поделать.
– Ты очень близок к ней, – заметил Оби-Ван. Он видел, что королева разговаривает с Джоно с большой теплотой. Она, несомненно, относится к нему гораздо заботливее, чем Куай-Гон – к нему самому, Оби-Вану. Но, с другой стороны, Джоно служит ей уже восемь лет.
Джоно прикусил губу и кивнул.
– Это так тяжело. Принц Беджу даже не приходит проведать ее. Он на нее злится. И говорит, что ее болезненный вид сильно огорчает его. Он-де должен сосредоточить все силы на выборах. Как может сын быть так жесток к своей матери? Думает только о собственных чувствах!
Они остановились возле избирательного участка – тот был устроен в зале районной управы. Оби-Ван посетил в Галу уже много избирательных участков.
Говорил с работниками комиссий, которые будут проводить избирателей к закрытым терминалам для голосования. Тщательно проверял точность каждого терминала. Но не мог отделаться от ощущения, что от его посещений нет никакого толку. Он ничего не понимал в процессе голосования.
Во время первого выхода он связался по коммутатору с Куай-Гоном и рассказал, что чувствует себя совершенно беспомощным. Куай-Гон не проявил никакого сочувствия.
– Достаточно твоего присутствия, – коротко ответил он. – Пусть видят, что процесс выборов контролируется извне. Это вселит в людей доверие к системе.
Оби-Ван повернулся к своему спутнику.
– Джоно, будь добр, подожди снаружи. Так будет лучше. Люди знают, что ты служишь во дворце. А я должен быть нейтральным, иначе мне не будут доверять.
– Верно, – с колебанием проговорил Джоно. – Но мне ведено не покидать тебя ни на шаг… – Он неуверенно замолчал, но потом улыбнулся. – Конечно, ОбиВан, ты прав. Нельзя ставить под сомнение правомочность выборов. Я подожду тебя на площади.
Оби-Ван поблагодарил его и вошел в городскую управу. Ему было неловко оттого, что пришлось обмануть Джоно. Но он не мог раскрыть другу свои планы. Если королеву в самом деле отравляют, никто во дворце не должен знать о том, что он докопался до истины. Нужно поймать отравителя. Если позже ему понадобится помощь Джоно, он привлечет его. Но прежде всего надо связаться с Куай-Гоном.
Оби-Ван прошел через районную управу и вышел через боковую дверь.
Оказавшись в переулке, торопливо свернул на соседнюю улицу. Потом повернул в противоположном направлении.
На пути к центру Оби-Ван высматривал информационную будку. Они стояли в Галу на каждом углу, горожане пользовались ими, чтобы получать информацию об услугах столичных предприятий. Вскоре, за несколько кварталов от центра, Оби-Ван нашел такую будку.
Над дверью зазывно мигал яркий зеленый огонек, сообщая, что будка не занята. Оби-Ван быстро вошел внутрь и напечатал на терминале «Химическая лаборатория». Через несколько секунд на экране вспыхнуло несколько названий. Оби-Ван вызвал карту города, где было указано расположение каждой лаборатории. Ближе всех была одна из них, владельца звали Мали Эррат. ОбиВан коснулся экрана, и яркая зеленая дорожка указала ему кратчайший путь к лаборатории.
Оби-Ван торопливо пробирался по запруженным толпой улицам. Вскоре Джоно забеспокоится, где он так долго пропадает. Юноша хорошо знает улицы Галу и наверняка отправится на поиски.