Но и они, и их хозяин опоздали.
Ночь была тёмной, небо закрыто толстыми облаками, а лунный свет исчез.
А также исчезла и она.
"Искать!" Разрушитель дал команду своим грифона, и их усилия удвоились.
"Взять!" прошептал он, и в этот момент он не слишком заботился о том, сколько времени это займёт, если они сумеют убить! Разорвать в клочья! Рвать сустав за суставом! Сожрите!
А потом Горграел задумался о цели.
Лунный свет ударил в глаза, и Адамон закричал, отвернув голову в сторону от боли. "Азур?" Он медленно заморгал, когда сияние угасло. "Азур?" Она стояла на коленях в центре крыши, удерживая сына прижатым к себе, качая его взад-вперёд, напевая без слов.
Адамон поднялся и нерешительно пошёл к ней, оббегая глазами её тело на ходу. Не найдя никаких повреждений на её теле, он посмотрел на её сына. Этого нельзя было сказать о нём. Адамон глубоко вздохнул от ужаса, когда увидел рваные раны и синяки, которыми было покрыто тело мальчика. Он положил тёплую руку на плечо Азур, и опустился на корточки рядом с ней. "Азур?"
Она подняла голову и посмотрела на него. Её глаза были тверды и ярки. "Посмотри, что он сделал моему сыну." сказала она.
"Будет он…" Адамон боялся спросить.
"Жить?" Азур опустила глаза и кивнула. "Да. Ни одна из этих ран не смертельна, и при уходе, отдыхе и любви он поправится. По крайней мере, его тело. Никто не знает, как подобный опыт отразится на его душе."
Ребёнок повернулся, и оба, Азур и Адамон, затаили дыхание.
"Мама," прошептал он, он медленно протянул руку и ухватил Азурза хвостик волос, которые свисали на грудь. "Мама. Ты пришла."
Адамон шумно выдохнул в облегчении."Он верит тебе, Азур, и ты не обманула его ожиданий. И это всё, что является важным для него."
Азур обняла сына так крепко, как могла, её щёки были мокры от слёз. "Спасибо тебе, Адамон."
"Я только дал тебе дополнительную силу, Азур. Сила и отвага, которые потребовались для этого спасения — это твоя заслуга."
"Ты дал мне идею и сказал, что нужно сделать."
Бог улыбнулся и нежно откинул прядь волос с лица Азур. Он наклонился и поцеловал её во влажную щёку. "И Горграел попался на это, дорогая? Пересилили ли желания из сна его подозрительность?"
Она засмеялась. "Попался на это? Сильнее, чем ты можешь вообразить, Адамон! Я думаю, что более, чем только его гордость пострадала в эту ночь!"
Когда Ривка вошла в Большой Зал на завтрак, она остановилась в удивлении.
Азур сидела у огня, одетая в бледно-серое платье, а на коленях у неё спал Каелум.
Ривка моргнула, уверенная, что не разглядела, уверенная, что Азур держит другого ребёнка, но когда она подошла ближе, Азур повернула голову к ней и улыбнулась. Её улыбка была такой прелестной, такой мирной и удовлетворённой, что Ривка уверилась, что это был Каелум. Она остановилась в нескольких шагах от Азур, её сердце пропустило удар. "Как…?"
Азур улыбнулась."Тебе снились ночью сны?"
Щёки Ривки порозовели слегка. Действительно ей, что-то снилось, но она не помнила точно, что. Но она помнила ощущения, которые сон вызвал у неё. О чём она думала, да ещё в её положении?
Улыбка Азур стала шире. "Твои щёки порозовели также прекрасно как и у молодых слуг, которые накрывают на стол, Ривка. Я не могу подумать, что ничего не помнишь из сна."
Ривка собрала всё своё самообладание, и села за боковой столик. Слуга, ещё с розовыми щеками, положил блюдо фруктов и хлеб перед ней, и, почти запинаясь, поспешил спрятаться за дверь.
"Каелум?" спросила Ривка мягко, не обращая внимания на еду и глядя на Каелума. Он был в царапинах и синяках, но спал мирно, и его кожа не имела оттенка воспаления или повышенной температуры.
Азур нежно погладила сына по щеке. "С ним всё нормально, Ривка. Лучше, чем можно было ожидать. Его страхи и воспоминания перестанут быть яркими со временем."
Мальчик заворочался и проснулся. Я никогда не забуду тебя, как ты стояла в лунном свете, мама, улыбалась и тянулась ко мне.
"Но как?" спросила Ривка.
Азур тряхнула головой. "Сон, Ривка. Ничего больше. Луна была очень сильна прошлой ночью, и она вторглась в сны многих людей."
Ривка подавила своё раздражение этими словами, она знала этот тон. Она жила среди Икарии тридцать лет и могла без ошибки узнать эти хитрые уловки с уходом в эвфемизмы[10] и таинственности, когда они не хотели чего-либо пояснять.
И что бы ни сделала Азур, она превзошла Горграела.
Она глубоко вздохнула. "Я рада, Азур." сказала она, и Азур оторвала взгляд от сына.
"Я знаю, Ривка. Спасибо."
"Что теперь?"
"Теперь? Теперь я должна выяснить, как Горграел ухитрился преодолеть защиту Сигхолта." Она поднялась и протянула Каелума Ривке. "Давай, Каелум, посиди с Ривкой немного…"
Она остановилась на середине предложения, в ужасе от крика, вырвавшегося изо рта мальчика. Он вцепился в неё отчаянно, а она прижала крепко его к своему телу, напевая ему снова, её глаза смотрели в глаза Ривки.
"Я не думаю, что он позволит тебе его оставить."сказала Ривка тихо.
Азур кивнула и, прижимая плачущего ребёнка к себе, вышла из зала.
"Он вернулся домой!" воскликнул мост, радость в её голосе прогрохотала эхом по Сигхолту.
Да, теперь уже все будут знать. Думала Азур. "Да, мост, он — дома."
"В порядке ли он?"
Азур нахмурилась из-за нервного тона, которым мост спрашивал. "Достаточно хорошо, мост, достаточно хорошо."
Каелум был тих сейчас, он вцепился в мать и впал в полудрёму.
"Я рада," прошептал мост, "потому что чувствую свою вину в его похищении."
Азур молчала. Ждала. Она пришла к мосту с этой целью — узнать, как Горграел умудрился проникнуть через защиту без подачи сигнала тревоги гарнизону.
"Я должна была послать запрос вторгнувшемуся похитителю."
"И почему ты этого не сделала?"
"Моя ошибка," простонал мост, "Моя ошибка."
Азур подавляла своё нетерпение. "Каелум теперь дома. мост, и он в конце концов забудет об этом кошмаре. Но он и я хотим быть уверенными, что это никогда не случится вновь. Почему ты не послала запрос Горграелу?"
"Горграел!" мост почти зашатался, настолько был подавлен. "Похититель был Горграел?"
"Точно, мост."
"О, О! Горе! Я подвела тебя, Чародейка, и подвела мальчика, который доверчиво спит у тебя на руках!"
"Почему ты не послала запрос?"
Мост не отвечал целую минуту. "Потому, что я поверила ему." наконец прошептала она.
"Ты поверила Горграелу?"
"Нет, нет, нет," застонал мост, "не заставляй меня сказать тебе, Чародейка!"
"Лучше скажи мне сама, или я вытащу память из тебя, мост!"
"Я почувствовала, что он спускается и начал посылать запрос. Но… но…"
"Что, "но"?"
"Но твой сын сказал мне, что пришедший был истинный. Друг. И я поверила ему. Я поверила его суждению."
Азур нахмурилась."Каелум сказал тебе, что вторгнувшийся — друг?"
"Нет, Чародейка. Твой другой сын. Звезда Дракона."
Казна подпрыгнула, когда дверь в её апартаменты резко распахнулась. Азур вошла внутрь, Каелум… Каелум!… на её руках. Позади неё торопилась Ривка, запыхавшись от спешки, Рейнальд, старый и давно отошедший от дел повар Сигхолта, и Сол Балдвин, капитан гарнизона Сигхолта.
"Где он?" спросила Азур, её голос опасно тих. В её руках Каелум, полностью проснувшись смотрит на Казну, затем опускает глаза на пол.
"Ты получила его назад!" закричала Казна, истинное облегчение звучало в её голосе, и жесткость взгляда Азур немного ослабела. Она не была уверена, насколько Казна принимала участие, но сейчас поняла, что девушка была безвольной жертвой обмана манипуляций Звезды Дракона.
"Да," сказала Азур, "Я получила его назад. Теперь скажи мне, где мой другой сын?"
Казна улыбнулась. Итак Азур не оказалась такой жёсткосердной по отношению к Драго, как делала вид в присутствии Аксиса. Хорошо.
"Сейчас принесу его," сказала она и поспешила в одну из меньших комнат. Она перегнулась через колыбельку Дараго, и отпрянула, увидев выражение лица младенца.
"Драго, что случилось?"
Она потянулась к нему, ужасаясь напряжению в его маленьком тельце. Не заболел ли он?
Младенец зарычал, когда Казан подняла его, и он растопырил руки и ноги так жёстко, что Казна вынуждена была нести его на расстоянии от себя, чтобы вернуться к остальным.
"Я не знаю, что случилось." сказала она, её глаза были озабочены.
"Зато я знаю," сказала Азур, "Казна, то, что я собираюсь сделать, не будет приятным, и я не хочу осквернять твои апартаменты памятью об этом. Но ты нужна мне как свидетель, и мне нужны Ривка, Рейналд и Сол. Пойдём на крышу. То, что я собираюсь сделать, должно быть сделано на свежем воздухе."
Каелум заплакал тихо при упоминании крыши.
Или ты пойдёшь со мной на крышу, моя любовь, или я оставлю тебя с няньками. Что ты выбираешь?
Каелум пожал плечами, он боялся быть оставленным больше, чем плохих воспоминаний о крыше. На крышу, мама.
То, что я сделаю там будет… неприятным… но я думаю, что тебе это принесёт пользу.
Да, мама.
Азур уже послала слугу на крышу, и, когда группа прибыла туда, они увидели стол, накрытый белоснежной скатертью.
Слуга уже исчез, но два чародея Икарии с Юга ожидали здесь.
Они молча кивнули Азур. Она попросила их мысленно прибыть на крышу, и они примерно знали уже, о чём идёт речь.
"Азур?" спросила Казна, все более обеспокоенная происходящим. "Что происходит?"
Она взглянула на Ривку, но видно, что та понимала не больше неё. Казна неожиданно поняла, что что-то нехорошее случится сейчас, потому что выражение лица Азур было настолько твёрдым, что даже Ривка чувствовала себя стеснённо и некомфортно. Рейналд и Сол, также чувствовали себя неловко, они стояли позади Ривки с руками скрещенными на груди и глазами опущенными вниз.
"Казна," сказала Азур. "Положи Звезду Дракона на стол и раздень его."