Генерал Колли изобразил на своём круглом, малосимпатичном лице с толстыми губами нечто вроде восторга и восхищения, легонько похлопал в ладоши и прошептал:
— Гениально, Джо. Это будет такая оплеуха русским, что о них нам можно будет надолго забыть. Думаю, что после того, как рухнут все их надежды снова стать второй великой державой, нам уже ничего не помешает разорвать эту страну на части. Китайцы никогда не двинутся севернее рисового пояса, а потому мы сможем забрать себе Сибирь до самого Урала.
Президент сосредоточенно кивнул головой и сказал:
— Пол, я ещё не заглядывал в будущее так далеко, но вполне согласен с тобой.
Если нам удастся обвинить во всём русских и при этом мы сможем подобрать в космосе уцелевшие корабли, а их, если я правильно тебя понял, после взрыва останется не менее тридцати штук, то мы сможем окончательно подчинить себе Россию. Тогда через двести лет нам будет чем встретить диарцев, если они осмелятся прилететь в нашу галактику, Пол. Но всё это будет потом, мой друг, после того, как мы избавимся от этого космического подарка. Мне нравится, что ты нашел надёжного исполнителя, Пол, но я совершенно не в восторге от того, что ты не имеешь запасного варианта.
Теперь настала очередь генерала Колли изобразить на своём лице хитрую улыбку и с нажимом в голосе сказать, доставая из кармана устройство очень похожее на спутниковый телефон:
— Джо, я рассказал тебе о том человеке, который будет действовать там. — Он несколько раз ткнул своим толстым указательным пальцем вверх — Но при этом мы позаботились о том, чтобы в случае необходимости послать на борт «Провиденса» кодированный сигнал, который полный обезопасит нас от любой неожиданности. Как ты знаешь это, Джо, рандеву состоится на другой стороне орбиты, по которой Земля вращается вокруг Солнца. Для того, чтобы быть на связи с «Провиденсом» и «Благовестом», оба корабля взяли на борт по четыре небольших спутника связи, которые будут действовать, как ретрансляторы. Вот с их-то помощью с этого спутникового телефона ты сможешь в любой момент послать сигнал на борт «Провиденса».
Президент США посмотрел на спутниковый телефон с опаской, замахал руками и воскликнул:
— Убери от меня эту штуку, Пол! Я не хочу даже знать о том, что он существует. С меня вполне хватит и того, что теперь я могу попросить тебя о небольшом одолжении. — Немного помолчав, он прибавил — Ты молодец, Пол, предусмотрел даже возможность сделать так, чтобы в крайнем случае избавиться от всех улик. С такого расстояния никто не сможет понят, на каком из двух кораблей взорвалась атомная бомба.
Госсекретарь недоумённо посмотрел на президента США и с удивлением в голосе спросил:
— Джо, разве ты не намерен уничтожить «Звёздный дар»?
Президент поднялся из кресла с раздражением воскликнул:
— Пол, именно об этом я мечтаю больше всего! Но ты же знаешь, что человек предполагает, а господь располагает. Никто не может сказать, как сложатся обстоятельства через два месяца. Вдруг выяснится, что на борту «Звёздного дара» есть аппаратура, способная обнаружить атомную бомбу и он остановит «Провиденс»?
Насколько я знаю, оба корабля подлетят к нему в сцепке и разъединятся только перед тем, как влететь внутрь. Из всего, что ты мне здесь сказал я понял, что мы будем наблюдать за всем находясь на Земле. Поэтому у тебя будет возможность вмешаться, если что-то пойдёт не так, а теперь оставь меня, я хотел бы побыть один. Через три часа мне предстоит отвечать на вопросы журналистов и я хочу сосредоточиться.
Генерал Колли, вскочивший вслед за президентом, молча поклонился и вышел из кабинета. Порой Пауэлл Колли ненавидел это трусливое ничтожество, склонное к интригам, но всё же гораздо чаще обожал за то, что за его спиной он мог обтяпывать свои собственные делишки. Сейчас он его ненавидел. У него не было никакого желания присутствовать на пресс-конференции и поэтому ещё за неделю до этого дня он договорился с президентом о том, что ему придётся отдуваться на ней без него, объяснив это тем, что не хочет отвлекать внимание от президента США, для которого, якобы, наступил звёздный час. Поэтому, выйдя из кабинета, он облегчённо вздохнул и с лёгким сердцем покинул Белый дом, намереваясь заняться своими собственными делами.
После того, как Красавчик Джо поручил ему разобраться со «Звёздным даром» и генерал Колли договорился об этом со своим старым другом, они встречались едва ли не каждую неделю и делали это вполне открыто. Теперь, когда «Провиденс» благополучно стартовал, он хотел встретиться с Робертом Паркером в последний раз.
В основном только для того, чтобы убедиться в том, что тот замёл за собой все следы. Встретиться они договорились в пригороде Вашингтона, в гольф-клубе принадлежащем их общему знакомому. От Белого дома до гольф-клуба Пауэлл Колли добирался чуть больше часа и приехал туда как раз к обеду. Для него и генерала Паркера уже был накрыт столик на веранде и когда госсекретарь добрался, у него разыгрался нешуточный аппетит, да, такой, что говорить о делах он смог только после того, как покончил с обедом. Официанты убрали со стола и подали кофе, но Пауэлла он не интересовал. Закурив сигару он спросил:
— Бобби, ты подчистил за собой?
— Что ты имеешь ввиду, Пауэлл? — Спросил Роберт — Если серию внезапных сердечных приступов и несчастных случаев, то нет. Более того, парень, я тебе так скажу, мы все выполняли приказ президента, а потому я вовсе не считаю, что мне нужно что-то подчищать. Ты приказал мне подготовить взрыв на борту «Провиденса» и я это сделал. Ты приказал мне найти человека, который взорвёт американский космический корабль с шестьюдесятью астронавтами на борту, и я его нашел. Ну, и к тому же ты потребовал, чтобы при этом была создана дублирующая система, которая позволит тебе уничтожить «Провиденс» прямо с Земли и это тоже сделано, так что тебе ещё нужно от меня, Пауэлл? Мои люди сделали всё, как надо и я не понимаю, что нужно подчищать за ними? Разве произошла какая-то утечка информации, друг мой, и газетчики пронюхали обо всём? Нет, этого не произошло и произойти не могло, так что тебе не о чём волноваться. Теперь, когда этот сумасшедший фанатик Чарльз Пейдж находится на борту «Провиденса», один из двигателей которого по твоему приказу заменён термоядерной бомбой, этот корабль обречён и его уже ничто не может спасти. Тем более, что Чарли может нажать кнопку не в одном месте, а сразу в трёх. Извини, Пауэлл, но я выполнил свои условия договора. Впрочем, ты тоже и поэтому я надеюсь, что мы больше никогда не встретимся. На всякий случай, друг, я побеспокоился о том, чтобы у тебя не возникло желания помешать мне дожить до глубокой старости.
Хотя генерала Колли так и подмывало взять и тут же пристрелить этого хитрого лиса на месте, он широко улыбнулся и сказал, громко рассмеявшись:
— Бобби, я хотел только убедиться в том, что завтра не прочту в газетах о том, что «Звёздный дар» а вместе с ним сто двадцать мужчин и женщин приговорены к смерти и что палач уже занёс над их головой топор. Если ты считаешь, что этого не произойдёт и я могу спать спокойно, то и тебе не о чем беспокоиться. Поверь, когда вся эта история закончится, ты ещё не раз скажешь спасибо Красавчику Джо за его предусмотрительность. В том случае, конечно, если ты не мечтаешь в тайне видеть президентом на посту какого-нибудь союза свободных миров китайца или того хуже, русского. Ты ведь не хуже меня знаешь, что вся самая опасная начинка содержится в центральном отсеке космического корабля диарцев и не дай Бог, чтобы именно она стала всеобщим достоянием. Если эта часть их корабля сгорит, а то, что находится в трёх других трюмах достанется американцам, то тогда ничего подобного не случится. Или ты думаешь иначе?
— Генерал, я ничего не думаю. — Сухо ответил госсекретарю Роберт Паркер — Я просто выполняю приказ президента, а теперь прости меня, мне нужно идти. Меня ещё ждут дела. Желаю тебе удачи в твоих безумных начинаниях, Пол, и помни, не в твоих интересах выяснять, куда делись те люди, которых я привлёк к этому делу.
Они исполнили приказ президента, а в честь чего он отдал такой приказ, это уже твоё с ним дело.
Генерал Паркер допил свой кофе, встал и ушел, а Пауэлл Колли остался курить сигару на веранде. Он мог, конечно, позвонить кому следует и отдать приказ о ликвидации строптивого генерала, но тем самым сделал бы только хуже. В том, что Роберт Паркер будет молчать, он был полностью уверен. Более того, он был полностью уверен в том, что этот тип сегодня же покинет страну и заляжет на дно где-нибудь в Мексике. Так и не позвонив никому, он молча выкурил сигару, поднялся из-за стола и покинул гольф-клуб, так и не сыграв с Робертом Паркером напоследок, что его также нисколько не расстроило. Генерал Паркер играл в гольф куда лучше его, а проигрывать Пауэлл не любил, даже своим друзьям в гольф.
Он сел в поданную ко входу машину и поехал к себе домой, мечтая только о том, чтобы его не вызвали по какому-нибудь поводу в Белый дом. Начиная с того момента, как только он приступил к выполнению задания, порученного ему президентом, Пауэлл Колли так ни разу и не усомнился в том, что Красавчик Джо, возможно, ошибается. Думать именно так ему было намного выгоднее. Исполнять чужие приказы, к тому же исполнять не лично, а передоверяя это своим подчинённым, было куда выгоднее, чем оспаривать их, рискуя быть выброшенным на улицу. В это же самое время генерал Паркер позвонил своему старому другу, вместе с которым планировал операцию, и сказал:
— Билл, дорога на Акапулько свободна.
— Всё понял, Бобби. — Ответил ему полковник Болтон, который получал со склада на авиабазе Эдвардс термоядерное устройство и устанавливал его на «Провиденсе» — Желаю тебе поскорее добраться до Тихуаны. До скорой встречи, дружище.
Полковник Болтон уже находился в Мексике и вовсе не в Акапулько, а в куда более отдалённом и безлюдном районе, в горах Сьерра Мадре. В большом охотничьем домике кроме него находилось ещё полторы дюжины человек, принимавших участие в подготовке операции. Все они сидели в большой гостиной и ждали этого звонка. Как только полковник поговорил с генералом Паркером, он облегчённо вздохнул и сказал: