Он увидел штуковину впервые, а подумал только об одном: она не из человеческого мира.
Человек средних лет взял кольцо, не обращая никакого внимания на то, что находится под прицелом.
– Положи! – громко предупредила Юнь Шань. – А не то стрелять буду!
С этими словами она подняла дуло пистолета повыше, целясь точнехонько ему в затылок.
– Немедленно!
– Нельзя! – вдруг в ужасе завопил съежившийся в сторонке Чжуан Циюй. – Нельзя стрелять! Как только «Моисей» потеряет контроль, вся материя здесь перейдет в низкоэнергетическое состояние, и высвобожденная энергия сровняет с землей весь город!
Во фразе было слишком много информации. На мгновение Юнь Шань заколебалась, не зная, как реагировать. Голос мужчины звучал спокойно и с такой уверенностью, как будто не ему целились в затылок, а им с Го Юанем:
– Если вы не хотите разнести это место в пыль, просто будьте паиньками и ведите себя тихо.
Мужчина держал кольцо, которое Чжуан Циюй назвал «Моисеем», на левой ладони, а правую запустил в карман на груди. Го Юань направил пистолет на его правую лопатку, опасаясь, что он вытащит очередное оружие и начнет контратаку, но увидел, что в его пальцах зажат черный предмет, похожий на магатаму[24].
Да что же это за штука, что появляется снова и снова? Почему в центральном энергоузле появилось какое-то странное кольцо? Какое отношение к этому имеет цилиндрик, который Ван Хайчэн уронил в землю и в итоге перевернул все устье реки вверх дном? Что за две черные бусинки Ван Хайчэн добыл с помощью министерства? Что, мать вашу побери, здесь, в конце концов, происходит?
Тут все выходило далеко за пределы масштабов обычной террористической атаки. Словно во время Первой мировой войны кто-то влетел на поле боя с эскадрильей бомбардировщиков В2, нагруженных ядерными бомбами. Несмотря на все напряжение, Го Юань в глубине души был возбужден. Это было невероятно. Казалось, он покинул царство людей и попал в другой мир.
Его пистолет был направлен прямо в плечо противника. Выстрели он сейчас, пуля наверняка осталась бы в теле и вряд ли попала в одну из этих двух штуковин. Маленькую в форме запятой можно положить в нагрудный карман, и лежать она там будет довольно устойчиво. А вот о кольце трудно сказать, но на таком расстоянии его можно будет поймать. Не говоря уже о том, что преступник определенно не позволит кольцу выйти из-под контроля…
Все эти мысли Го Юань прокрутил в голове за долю секунды – и решил, что лучше всего стрелять. Но не стал. Он слишком хорошо знал логику работы министерства: после выстрела он никогда не узнает, что это за вещи и что собирались сотворить люди из «Светлячка». Он взглянул на Юнь Шань и шагнул к ней, хоть и не сдвинул прицел.
Вещи в руках мужчины медленно приближались друг к другу. Прежде чем агенты опомнились, «Моисей» внезапно изменился. С точки зрения Го Юаня казалось, что его цвет управлялся какой-то программой рисования, что он растягивается вверх и вниз, как идеальный математический фрактал. Черные следы вытягивались в линии. Только покачивая головой влево-вправо, Го Юань под разными углами наблюдал за тем, что на самом деле происходило в трехмерном пространстве: кольцо казалось ажурным, росло и вверх, и вниз, разрасталось вовне. Оно и магатама сперва никак не соединялись, напротив, были словно вырваны непосредственно из ткани пространства, а затем медленно сгустились, приобрели форму и слились с черным кольцом исходного тела.
Черное кольцо, казалось, выросло, превратившись из подобия браслета в полую сферу. Сперва отросли тоненькие, как биссус[25], ствол и ветви, затем они срослись и утолщились, и в конце концов свернулись в похожее на футбольный мяч тридцатидвухгранное тело. Но в многограннике оставались лишь стыки, все поверхности были пусты, как у игрушки для маленьких детей. Рост – это неточное описание. Го Юань чувствовал, как будто эта вещь уже существовала, а черное кольцо было лишь частью ее проекции в человеческом пространстве. И теперь она притянула в наш мир больше собственного тела, ориентируясь на положение черного кольца.
Го Юаня охватило необъяснимое чувство. Казалось, перед ним всего лишь часть чего-то большего, вроде айсберга. Часть чего-то скрытого и огромного.
Шея Юнь Шань задеревенела от напряжения.
– Что… что это?
В конце концов, она ведь была совсем девчонкой. Пусть даже на задании она была аккуратна и отважна, но по сути оставалась маленькой девочкой, не отшлифованной до бесчеловечности. Эта сцена за гранью понимания всколыхнула в ней дурные воспоминания, повергла в растерянность. Юнь Шань попыталась дозваться до командного центра, но в бункере явно был установлен электромагнитный щит, блокирующий сигнал, и все ее попытки пропали втуне.
– Положи это! Немедленно!
Но команда и раньше не возымела эффекта, а сейчас рассчитывать на это и вовсе не приходилось.
– «Моисей» обеспечивает больше половины энергомощности пяти юго-западных провинций, – подал голос Чжуан Циюй, невесть когда поднявшийся на ноги. Он уставился на объект, от прежней паники не осталось и следа – его будто засосало в эту черную штуку, а пистолеты вокруг больше не имели значения.
Голос напугал Юнь Шань. Она уже и забыла о существовании Циюя, и потому сейчас быстро направила на него пистолет, а затем вновь обернулась к мужчине средних лет. Она находилась в полном замешательстве. Го Юань испугался не так сильно, но слова Чжуан Циюя потрясли и его.
Что это вообще значило? «Моисей» обеспечивает половину электроэнергии в пяти юго-западных провинциях? А разве не термоядерный реактор? Не смешно. Го Юань вырос на заводе энергетического оборудования и с детства привык к турбинам – теплопаровым, атомным и ветряным. Одни только комплектующие к этим установкам были больше нескольких метров, а смонтированный агрегат шел уже на десятки. Что говорить о детях, даже взрослые перед лицом этих исполинских махин проникались собственной ничтожностью и смирением. Термоядерный реактор, вырабатывающий электроэнергию, находился далеко отсюда и занимал площадь в несколько квадратных километров. Здесь был всего лишь распределительный узел. Как он мог производить электроэнергию?
В этот момент у них за спиной раздался металлический лязг. Первой реакцией обоих было оглянуться. Как опытные члены контртеррористического элитного подразделения они не должны были позволять себе такого, но сейчас, словно в полусне, полагались лишь на интуицию. Го Юань посмотрел на источник звука – то лязгнула о дверь связка ключей. Он сразу понял, что это не к добру, но обернуться уже не успел.
Мужчина средних лет отвесил Юнь Шань мощный апперкот. Го Юань стремительно обернулся, но противник уже молнией метнулся к нему и врезался в него всем телом. Пистолет внезапно превратился в помеху. Го Юань хотел врезать противнику по макушке, но тот, к сожалению, уже оправился и толкнул его на консоль. Край панели врезался точнехонько Го Юаню в поясницу. Резкая боль пронзила его, а тело будто сломалось пополам, вся нижняя часть внезапно онемела. Однако так между ним и нападавшим появилось пространство, и Го Юань с вновь обретенными силами, не обращая внимания на неслушающиеся ноги, выпрямился во весь рост и выстрелил.
Он не успел толком прицелиться, а потому пуля прошла мимо плеча неприятеля и попала в лабораторное стекло. То было изготовлено из специального армированного материала, поэтому пуля отскочила от него и пару раз отрикошетила в закрытом пространстве, едва не задев Юнь Шань, только-только поднявшуюся с земли.
Девушке не повезло больше всех. Сперва ее сбил с ног непонятный мужик, и хорошо, что ее силы превосходили обычные человеческие – она смогла тут же приподняться. Но неожиданно Чжуан Циюй, который прятался в углу, взметнулся и пнул ее по правой руке, которой она держала пистолет и одновременно опиралась о пол. Оружие вылетело из ее пальцев, Юнь Шань вскрикнула от боли и снова упала. Го Юаню только сейчас удалось вновь крепко встать на ноги. Его противник уже вылетел за порог, и дверь за ним немедленно закрылась. Пуленепробиваемое стекло нельзя было разбить пистолетом. Го Юань торопливо повернул пистолет и дважды выстрелил в Чжуан Циюя, который тоже мчался к выходу, тот вскрикнул, но не остановился, а бросился на дверь и выбежал, оставляя за собой кровавый след.
– Да чтоб тебя, – нахмурившись, тихо выругался Го Юань.
Нижняя часть его тела частично утратила чувствительность – вероятно, последний удар слегка повредил позвоночник. Но сейчас времени на раздумья и колебания не было. Опираясь на все, что было под рукой, он с трудом сделал пару шагов, едва вернув контроль над тем, что не слушалось.
– Наденьте наручники на этого, ближневосточного! – крикнул он Юнь Шань, одновременно ускоряясь, чтобы пуститься в погоню.
Судя по звукам, эти двое не воспользовались лифтом, а обогнули его, чтобы пройти по правому коридору. Это и неудивительно, нельзя иметь лишь один выход в столь опасном месте – слишком велик риск несчастного случая, поэтому здесь непременно должен был быть аварийный выход.
Когда Го Юань пустился в погоню, за поворотом он все еще видел удаляющуюся спину Чжуан Циюя, мужчина средних лет не стал его ждать. Между ними было больше десяти метров, Го Юань поднял пистолет и выстрелил. Но оружие не было высокоточным, на нем сказывалась дистанция, да и Го Юаня снайпером назвать было нельзя. Поэтому, выстрелив дважды, он оба раза промазал.
Уклонившись от двух выстрелов, Чжуан Циюй помчался вперед, одновременно отстреливаясь. После шести или семи выстрелов Го Юаню пришлось пригнуться и привалиться к стене. Неприятель пытался сбежать от смерти, и благодаря своей тактике выиграл еще большее расстояние между ними.
– Да твою ж!..
Неужели Го Юаню будет суждено умереть от любопытства? Сперва он счел Циюя обычным студентом, с которым нетрудно справиться, но, увидев, как тот стреляет на ходу, понял, что парень явно прошел довольно продолжительный период обучения обращению с оружием и боевым навыкам.